Стивен Дональдсон - Любитель животных

-- Ах, это лишь начало,-- снова улыбнулся он.-- Через две минуты меня здесь не будет. Меня никто не сможет отыскать... и никто не узнает, где я. А когда узнают, я буду готов к встрече.

-- Не понимаю.

-- Конечно, не понимаете!-- торжествующе воскликнул он.-- Вы провели целый день в моем резервате, и все равно не поняли. Да вы и понять-то не в состоянии.

Тут я испугался, что он замолчит, но его распирало от ощущения победы.

-- Скажите-ка, киборг,-- спросил он, с презрением выделив последнее слово,-- вы случайно не заметили, что все животные в резервате -- самцы?

Я тупо кивнул, не понимая, куда он клонит.

-- Все они самцы. Ашре хотел, чтобы я использовал и самок -хотел, чтобы животные размножались. Но я ему сказал, что создаваемые мной животные стерильны -- якобы что прививаемые гены делают их стерильными. И что самцы станут более агрессивными, если у них не будет самок. Я знал, как запудрить ему мозги. И он мне поверил.

Вы все дураки! Я просто планировал вперед -- готовился к тому, что сегодня произошло. Созданные мною животные не стерильны. Более того, они генетически доминантны. И в трех случаях из четырех они передадут новые гены потомству.

Он сделал паузу, придавая своей речи эффектность, и добавил:

-- Сейчас все животные в загонах -- самки. У меня их сотни. А из этого здания в резерват ведет туннель.

И я выведу всех самок в резерват. Никто ничего не заподозрит, никому и в голову не придет, что я так поступлю. Там меня не станут искать. А как только ворота закроются, время начнет работать на меня. Никто не будет знать, что делать с моими животными. Гуманисты захотят их сохранить и наверняка станут подкармливать. Ученые захотят их изучать. А просто взять и убить не захочет никто. Пройдет время, мои животные размножатся. Размножатся, киборг! Скоро у меня их будет целая армия. И тогда я устрою вам такую месть, по сравнению с которой генетические бунты покажутся курортом!

Так вот почему он так торжествует. И его схема вполне может сработать -- во всяком случае, на некоторое время. Мировую историю она не изменит, но погибнет куда больше, чем сорок шесть охотников.

Я стискивал винтовку с такой силой, что руки дрожали, но голос мой был тверд. Сомнений у меня уже не осталось, и иначе он звучать не мог.

-- Сперва вам придется убить меня.

-- Я врач,-- ответил он.-- И мне вас убивать не обязательно.

И он облизнул губы кончиком языка.

Он едва не погубил меня уже во второй раз. Меня предупредил голый инстинкт -- я ничего не слышал за спиной и не знал, что мне грозит опасность. Но я резко развернулся, выставив перед собой винтовку.

Я не смог бы испортить дело больше, даже если бы неделями тренировался. После разворота ствол винтовки уперся точно в ладонь размером с мое лицо. Черные волосатые пальцы, каждый из которых был силен, как моя рука, вырвали ее. Кулак другой руки ударил меня в грудь с такой силой, что я едва не взлетел. Шлепнувшись на пол, я заскользил и врезался в ножку ближайшего стола.

Кое-как поднявшись, я ухватился за стол, чтобы не упасть. Комната вращалась, словно меня крутили на карусели, и целую минуту перед глазами все расплывалось.

-- Я назвал его Цербер,-- ухмыльнулся Парацельс.-- Он у меня уже давно.

Цербер. Как смешно. Сделав над собой усилие, от которого едва не треснул череп, я заставил глаза сфокусироваться и взглянул на то, что стояло передо мной.

-- Он последнее существо, которое я успел создать перед тем, как меня вышвырнули. Когда я понял, что меня ждет, я рискнул всем ради последнего эксперимента. Я сам смастерил инкубатор и прихватил эмбрион с собой. И вырастил его своими руками.

Должно быть, именно он меня в прошлый раз и ударил. Я предположил, что это был Ашре, но скорее всего ошибся. Уж слишком тихо и быстро он подкрался.

За основу этого существа была взята горилла. От нее остались клыки, черная шерсть, обезьянья морда и длинные руки. Но такой гориллы я никогда не видел. Хотя бы потому, что рост существа превышал два метра.

-- Взгляните, какие улучшения я ввел,-- продолжил Парацельс. Пожалуй, он уже не мог остановиться, потому что прошел ту точку, когда это можно было сделать.-- Для него естественно стоять прямо -- я изменил позвоночник, тазобедренные суставы и ноги. Бедра и икры длиннее обычных, что обеспечивает повышенную скорость и подвижность.

Но это лишь внешние отличия.-- Он заговорил, как Ашре.-Изменив структуру его мозга, я улучшил сообразительность, рефлексы и обучаемость, и еще сделал правшой. Кроме того, он невероятно силен.

Это я и сам увидел. На моих глазах проклятая обезьяна схватила винтовку и шарахнула ее о стену. Винтовка переломилась, а от бетонной стены отвалился кусок.

-- В некотором смысле мне даже жаль, что мы тебя выключили, киборг. Интересное могло оказаться состязание -- искусственный человек против улучшенного животного. Но результат, разумеется, не изменился бы. Цербер достаточно быстр, чтобы уворачиваться от бластера, и достаточно крепок, чтобы выдержать попадание. Он больше, чем животное. А ты меньше, чем человек.

Обезьяна медленно приближалась. В ее глазах читалась такая злоба, что я почти поверил, что она специально не торопится, желая меня как можно больше напугать. Я попятился, отгородившись от нее двумя столами. Но переместился и Парацельс, не подпуская меня ближе к себе. Я едва удержался, чтобы не крикнуть: "Морганстарк!" Но Морганстарк не придет меня спасать -- я все еще слышал перестрелку. В здание он зайдет не раньше, чем она прекратится, а ворота закроют. Он не мог рисковать и упустить хотя бы несколько животных-убийц.

Парацельс наблюдал за мной, наслаждаясь собой.

-- Одного я не могу понять, киборг.-- Мне хотелось заорать, чтобы он заткнулся, но Парацельс со злобой продолжил:-- Не могу понять, почему общество терпит и даже одобряет механических чудовищ вроде тебя, но терпеть не может усовершенствованных животных -- таких, как Цербер. Что в биологии такого священного? У исследований рекомбинантной ДНК был неограниченный потенциал. А ты просто оружие. И не очень хорошее.

Такого я вынести не смог. Я должен ему как-то ответить.

-- Есть всего одно отличие,-- процедил я.-- Я сам сделал выбор. И никто меня не изменял, когда я был эмбрионом.

Парацельс рассмеялся.

Оружие... мне нужно оружие. Вряд ли я смогу произвести впечатление на эту зверюгу, помахав ножичком. Пятясь, я шарил взглядом по комнате, по столам и под ними, но ничего подходящего не заметил. Обычное лабораторное оборудование, по большей части настолько тяжелое, что мне его даже не поднять. Реактивы на полках тоже для меня бесполезны -- я в них ничего не соображал.

Парацельс уже хохотал.

Думай, Браун, черт бы тебя побрал! Думай!