Вольдемар Грилелави - Сайт двойников

— Хм! — промычал, пораженный таким откровением, следователь, придерживая милиционера, зашедшего по его вызову, чтобы забрать арестованного в камеру. — У вас и в самом деле такая серьезная любовь. Думал, что привирают, но ошибся. Почему своих не заведете. Насколько понял, дома кроме жены никого не осталось.

— Вырос. Свой уже в училище поступил, а дальше самостоятельно жить будет. В большую авиацию собрался, так что домой не вернется. А больше не смогли родить. Неудачный аборт.

— Так во сколько вы первенца своего родили? Самим, поди, еще совсем немного лет.

— Сразу после школы. Точнее, после выпускного бала она загремела в роддом. Да ладно, переживу и это. Я ведь уверен в себе и в невиновности. Не причастен. Пройдет немного времени, и вы в этом же убедитесь. Так что, ищите истинного убийцу. Не тратьте время на меня.

В камере кроме него было еще трое. Четырехместный номер с минимумом удобств в углу. Не люкс, но койко-место выделили на первом этаже. С сокамерниками Сергей не стал знакомиться, поскольку немного знал их, а они его еще лучше, потому и уважили нижним ярусом. Но на общение Сергей был не расположен. Во-первых, хотелось хоть чуток вздремнуть. Сказывались последние бессонные ночи и нервное излишнее перенапряжение с нервотрепками и переживаниями, с попытками начать объяснения, но некий скрытый страх перед непредсказуемостью.

А во-вторых, он сильно хотел есть. Как-то в спорах и последующих событиях совершенно забыл о пище физической. Поэтому голод неожиданно поглотил все его мысли. А обед в камере давно прошел, и следующий прием пищи ожидается лишь утром. Здесь, оказывается, кормят только два раза. Не курорт. Сокамерники продолжали азартно играть в карты, а Сергей не любил такие забавы, посему и решил решить все проблемы сном, чтобы уйти в мир Морфий и немного отвлечься от суеты.

Сон, однако, долго не приходил. Вот всякие черные мысли сразу же заполнили черепную коробку. А они ему совершенно в данную минуту без надобности, поскольку вносили сумятицу и в, без того растревоженные, мозги. Сергей даже сильно рассердился на них. Ему страстно желалось лишь вздремнуть хотя бы пару часиков, вот тогда и можно было бы разобраться со всеми мыслями. Сейчас же в данную минуту кроме сна и еды его ничто не беспокоило, и не желало иное воспринимать. Пока милиция сама не разберется с этим загадочным убийством, так нечего самому и ломать голову. От таких коллизий и метаморфоз ее лишь сломать можно, но умного не придумать, и положительного результата не получишь.

Но уснуть все-таки получилось. Притом довольно крепко и с красочным интересным сном с сюжетом и фигурантами. Крепость он определил по тому, что один из сокамерников усиленно пытался разбудить и нечто невразумительное объяснял. А в сон он поверил потому что, даже открыв глаза и обнаружив себя в камере, продолжал все еще ощущать атмосферу далекого леса и трель птиц из чащи. Они ему и приснились. И он в резиновых сапогах и с большой корзинкой в руках выискивал под кустиками и в густой траве грибы. А они рассыпались по всему лесу, словно некто специально разбросал их специально для него.

Любил Сергей такую тихую охоту, да очень уж редко удавалось наяву вырваться в лес. Вот и снилась она часто, компенсируя недостаток в жизни. Душу он отводил по полной, попадая в грибные места. Друзья и знакомые порою диву давались, как он умел в лесу при пасмурной погоде и в незнакомой местности безошибочно выходить в точку, где оставлена машина, которую они покинули час-два назад и плутать в лесу без ориентиров и без компаса. Ответа и сам Сергей не знал. Чутьем догадывался, куда и по какой тропке возвращаться к месту сбора. Поэтому часто те, кто боялся заблудиться, старались держаться, поближе к нему, не теряя его из вида.

Будили его на завтрак, поэтому он и не рассердился, а немного удивился, что так много проспал в окружении приятных грез. А чего обижаться, если сны еще успеет досмотреть, а есть уже хотелось зверски. Просто до обеда не дотянет ни физически, ни морально.

— Мы уже пульс у тебя щупали, — со смехом говорил один из арестантов. — Не добудиться ни как.

— Замечательно выспался, — обрадовано потягивался Сергей, с благодарностью воспринимая участие сокамерников. И поспать дали возможность до сытости, и разбудили вовремя. — Дома так крепко не спится, как у вас тут в камере. Нужно потом друзьям рекомендовать камеротерапию для восстановления жизненного тонуса.

— Век бы сюда не попадать, — не соглашались товарищи по несчастью, с недоверием относясь к его излишнему оптимизму. — Еще не насытился, заскулишь скоро.

— Я здесь ненадолго, — слишком самоуверенно заявил Сергей. — А этих часов вполне хватит для стабилизации нервов. Я считаю, что сладкое понять легче после горечи.

— Дома горечи не хватило, что ли? — смеялись товарищи, не желая даже понимать его удовлетворения.

— Хватило вполне, — уже серьезно согласился Сергей. — Только горечь эта с привкусом тухлости.

Почему же Валентин так откровенно и без зазрения совести лгал. Ведь только сейчас наконец-то Сергей понял, что его ложь умышленная и преднамеренная, несущая определенную программу. Он специально подставлял Сергея, пытаясь скрыть или утаить истинного преступника. Да никогда без выгоды не станет Валентин специально укрывать кого-то. Есть, стало быть, немалая выгода от этого. А скрыть можно, лишь перекинув стрелки на иного, коим и подвернулся Сергей.

А если он спасает самого себя? Васька, хоть и труслив, но на пакости способный. Как мерзкие, так и подлые. Его можно было на короткое время запугать, но потом он буде долго и терпеливо поджидать удобного случая, чтобы ужалить больно и смертельно. Или подложить приличную и смердящую свинью. Вдруг в чем-то пересеклись их интересы? Валентин — мент, представитель и блюститель закона, но о честной жизни даже не помышлял. Он постоянно прокручивал какие-нибудь аферы, часто задействовал в своих делишках и экипажи вертолетов.

Приходилось и Сергею выполнять полеты и перевозить неизвестные грузы по его просьбе, но Сергей всегда дублировал и согласовывал эти рейсы с заказчиком, которому, по сути, было наплевать, куда и зачем летает вертолет. Для него главным был факт наличия транспортного средства всегда в готовности к полету и к выполнению его заданий, необходимых и нужных для конторы. А если остается время, и заказчику в данный момент транспорт без надобности, то лети, хоть на луну. Ведь в обязанности заказчика входит плановый оборот летных часов. Сколько положено по договору, столько и забирай. Недобор недопустим: урежут сверху.

Перебор так же невозможен — денег на это нет лишних. Вот поэтому он, всегда не глядя, подписывал заявки Сергею, уверенный, что в любое время вертолет полетит туда, куда требуют дела и его личное желание. Ведь и самому часто хотелось в выходные слетать на охоту или рыбалку на горную речку хариуса поудить. А в это время вертолет рядом стоит и дожидается команды. За такие вылеты заказчик с удовольствием заявки подписывал, не вчитываясь и не всматриваясь, на неделю вперед.