Андрей Легостаев - Файл №119. И пала тьма

Шериф замолчал, словно столь продолжительная речь выбила его из сил.

Скалли тоже не знала, что сказать.

- Взять того же Гарри Тейна, к которому я вас везу, - неожиданно продолжил Мазеровски. - Сами увидите, во что его превратили. А был... Атлет, лидер футбольной команды. Тренер из Мадисона приезжал специально смотреть на него... Сейчас Гарри уступит любому пятиклашке... Кстати, накануне происшествия с Гарри пропал его любимый сенбернар и я отнюдь не удивлюсь, если его найдут убитым и изуродованным. Три года назад подобного у нас не происходило. Вон, кстати, ранчо этих придурков. Собираются к главному зданию... Месса у них сейчас что? Или проповедь, как там они обзывают свои собрания?

- Вы не могли бы остановиться? - попросил Молдер. - Вы не знаете, шериф, они пускают к себе непосвященных?

- Пусть только попробуют не пустить! - проворчал шериф. - Я пока еще представляю на этой земле власть!

Он затормозил у бывшего ранчо, несколько ярдов не доезжая до ворот. Через решетчатые ворота Молдер и Скалли наблюдали, как молодые люди в красных одеждах и белых головных уборах, издали напоминавших чалму, небольшими группками проходили в здание бывшего коровника, выкрашенного сейчас в красный цвет. За главным домом возвышался бревенчатый скелет нового здания. Вдали виднелось еще одно, отличающееся от основных построек ранчо, почти готовое строение - похоже было, что община решила обосноваться здесь всерьез и надолго.

Снова начал накрапывать мелкий дождик. Молдер вышел из машины, помог выйти Скалли, раскрыл зонтик. Мимо них них прошли вереницей четверо молодых людей в той же униформе, что и остальные члены секты - их лица ничего не выражали, незваных гостей они словно не замечали.

"А может и действительно не замечают, погруженные в свои мысли о вечном", - пришло в голову Скалли.

Шериф запер двери автомобиля и все трое пошли прямо ко входу в "храм".

- Как заноза в пальце, - вроде и не обращаясь к спутникам, проворчал шериф. - Вроде и не смертельно, а зудит, зудит...

- Ведут они себя весьма пассивно, - заметила Скалли. - Учитывая, что, по вашим словам, культ проповедует весьма странные идеи.

- Смотрите, - пожал плечами шериф, - и все сами увидите.

Внутри здания было светло и просторно. У дальней стены стояли неразобранными несколько стойл, и было ясно, что сохранены они здесь не случайно, а как некий символ.

Перед небольшой сценой, на которой стоял столик с компьютером и микрофон, располагались ровные ряды простых оструганных скамей. Первые ряды были уже заняты, задние заполнялись вновь прибывающими членами церкви. Все были в одинаковых одеждах, молча ждали начала, на пришедших чужаков никто не обратил внимания.

Скалли показалось неестественным садиться среди них, и она чуть ли не с облегчением вздохнула, когда шериф и Молдер прошли к поребрику, отделяющим пустующие стойла от зала и встали там; шериф со скептической улыбкой оперся о перила, всем своим видом показывая, насколько ему смешно и отвратительно все, происходящее здесь.

Ждать пришлось не слишком долго. На сцену поднялись двое, в таких же одеждах и странных головных уборах, как и у остальных. Приглядевшись, Скалли поняла, что один из них - женщина. Мужчина сразу прошел к столику с компьютером и сел. Женщина приблизилась к стойке микрофона и сложила у груди руки в ритуальном приветствии. Присутствующие в почти полной тишине так же сложили руки и чуть склонили головы.

- Вон он, - вполголоса сказал шериф. - Тот, у компьютера. Ричард Один, глава всего этого заведения.

Мужчине было на вид лет сорок, но с тем же успехом могло оказаться, что ему за пятьдесят. Начинающие седеть волосы посеребрили виски, на худощавом лице резко выделялся острый нос, у плотно сжатых тонких губ был заметен застарелый шрамик. Вид у Ричарда Одина был сосредоточенный и благостный, точно он готовился одним разом осчастливить всю вселенную. Он закрыл глаза и принялся быстро стучать по клавиатуре. На огромном экране за его спиной начали появляться слова. Женщина у микрофона, не глядя на экран, слово в слово начала вещать его откровения в микрофон.

"Театральная постановка, - подумала Скалли. - Простенько, но, надо признать, довольно эффектно".

- Передаются вам, братья и сестры, - монотонным, хорошо поставленным голосом говорила женщина на импровизированной сцене, - благословения от нашего Хозяина и Повелителя. Он соберет свое стадо в это же время суток на закате века водолея через восемнадцать земных лет от начала нового королевства. Посланец Слова говорит от имени Хозяина и Повелителя, что мы, братья и сестры, можем быть свободны от смерти и от прозябания в царстве бездуховном.

Ричард Один, не открывая глаз, вальсировал тонкими пальцами на клавиатуре. Всем своим видом он показывал зрителям, что прислушивается к голосу, слышимому ему одному, но предназначенному для всех сидящих в зале.

"Да, это может производить впечатление на людей, лишившихся всех надежд, - подумала Скалли. - Хотя слепым методом набора владеет любая секретарша..."

- По мере того, братья и сестры, как приближается время Хозяина нашего и Повелителя, - разносился по залу голос женщины, - мы, просвященные, обязаны нести Его учение остальному человечеству, дабы люди смогли выжить в новые времена. Хозяин и Повелитель дал нашим душам второй шанс не для того, чтобы мы жили в покое и благости, но чтобы помогли спастись всем заблудшим людям, пожирающим мясо живых существ и запивающих его горячей кровью. Чтобы мы, братья и сестры, добившись гармонии с собственной душой и телом, несли Слово в мир, погруженный во мрак взаимной ненависти и...

Скалли, привыкшая больше доверять документам, а не словам, успевала прочесть на экране раньше, чем произносила служительница странного культа вслух. Честно признаться, ни прочитанное, ни услышанное не увязывались в ее голове в стройную систему. Говоря проще, она ничего не понимала. И вопросительно посмотрела на напарника, желая по его лицу прочесть, что он обо всем этом думает.

Молдер перехватил ее взгляд.

- Я слышал о подобном вероучении, - на ушко Скалли заметил он. - Они считают себя переселенцами...

- И кто такие эти "переселенцы"? - живо поинтересовалась Скалли.

- Мы - вторые души первых тел, - вместо него ответила женщина на сцене.

Скалли обратила внимание, что Ричард Один перестал набирать, откинулся, словно изможденный общением свыше, на спинку стула; экран позади него погас. Действо вступало в новую фазу. И словно в подтверждение догадки, стройный хор голосов вторил:

- Мы вторые души первых тел...

- ...носители Слова и хранители священных обрядов нового просвещения... - нараспев произносила жрица неведомого Хозяина и Повелителя.