Сергей Гжатский - Колодец

Пятнадцать лет назад Конклав Девяти назначил его Учителем к новоявленному Ученику, недавно переведённому из Послушников и поручил им обоим наиважнейшее задание, предупредив, что его успешное выполнение влечёт автоматическое повышение статуса каждого на целую Ступень.

То есть, Ученик становился Братом Первой Ступени, а Учтиель — Четвёртой! И безо всяких там экзаменов!

И вот, спустя долгих пятнадцать лет, Грамоты на очередное присвоение Ступеней были вручены Советнику сегодня утром в торжественной обстановке в Главной Резиденции самого Магистра Братства!

Это было что-то!

Советник до сих пор не мог отойти от незабываемых впечатлений. Ученика туда не пригласили и это правильно — рангом не вышел, но ему поручили самому объявить своему подопечному Величайшую Милость!

Собственно, ради этого торжественного случая Учитель и пригласил

Ученика в ресторанчик, где им никто не смог бы помешать отметить это зна- менательное событие.

— Давай-ка, милейший, выпьем ещё! — вырвался из плена воспоминаний Учитель и собственноручно наполнил фужер Ученика до краёв.

У того от удивления глаза на лоб полезли, но он не осмелился спросить, за что ему выпала такая честь. А войти в мысли Учителя и покапаться там, было бы возмутительным кощунством и весьма глупым поступком — всё равно блок-защиту Советника ни в жизнь не проломить. Да и застукает он попытку в два счёта! Короче, зря засветишься и неприятностей огребёшь сверх меры…

Они чокнулись, выпили, закусили… Что бы кто-нибудь из них захмелел, заметно не было: братья умели пить и не пьянеть, когда хотели.

— Директор ФСБ нам не страшен… — продолжил тему советник, — Пусть его "слушает" сколько хочет… Представляешь, они даже специального человечка собираются отправить в Давыдово. Тот должен проверить информацию о Вратах и в случае чего подготовить почву для их захвата…

— Государство решило подсуетиться и наложить лапу на артефакт? — удивился Ученик, — Зачем он им? Один чёрт, профукают!

— Не государство, а Президент. Спит и видит, как бы остаться на второй срок, глупец. Сказано же ему было, что бы не рыпался, второй срок ему и так обеспечен, так нет же… невмоготу…

— А потом что? — поинтересовался Ученик, — В смысле, после второго срока?

Советник в задумчивости покрутил вилкой в воздухе.

— Что потом? Мавр сделал своё дело — мавр может умереть!

— Даже так? — поднял брови Ученик. Советник улыбнулся.

— Не так дословно, милейший. Пока я имел ввиду политическую смерть. Да, он должен уйти с политической арены и уйдёт, но не сейчас. Потом. . А годика через три-четыре мы его и впрямь торжественно похороним. Человек пожилой,

со здоровьем не в ладах, всё будет выглядеть вполне естественно. .

Он очистит место для другой, давно подготовленной нами кандидатуры. Весьма интересный расклад намечается… С новым Президентом и его окружением Россия скатится на самое дно, и сама не заметит, как это произошло! Заманчивая перспективка! Но довольно об этом…

— А кто он, этот феэсбешниковский наймит?

— Брат жены Симакова! Молодой, подающий надежды учёный. Он и зять будут у вас всё время перед глазами, так что можешь не дёргаться. У вас же всё под контролем, верно? Вы даже умудрились заснять на видеокамеру, как сегодня утром Страж начал копать колодец и углубился аж на полметра! Или я ошибаюсь?

Ученик чуть не поперхнулся. Этот сюрприз он хотел преподнести Учителю как бы невзначай и тем самым усилить эффект неожиданностью, но тот откуда-то уже узнал об всём сам.

— А… Я… Ни… — он попытался ответить с полным ртом, но у него не получилось.

Только запив минералкой, он смог говорить:

— Я ничего подобного не говорил, Учитель, хотя всё верно! Как я и обещал, он приступил к работе. Но откуда вы узнали?

— От верблюда! Ещё вчера я попросил Конклав выделить нам десяток спутник-

ов-шпионов и он пошёл навстречу. С нуля часов усадьба Симакова находится под постоянным визуальным контролем из космоса. На неё одновременно нацелены объективы не менее трёх спутников зараз. Вот полюбуйся!

Он встал из-за стола, отдёрнул гардину, за которой пряталась ещё одна дверь — основной вход в кабинет, и приоткрыв её немного, приказал стоящим там телохранителям никого к нему не впускать. Затем повернулся к шедевру Перова "Охотники на привале", висевшему слева от входа, и как-то по-особому щёлкнул пальцами.

Ученик подумал, что картина — наверняка оригинал. Учитель не стал бы размениваться по мелочам и окружать себя какими-то там копиями. Копия, ско рее всего, висит сейчас в Третьяковке…

Вдруг полотно треснула посередине и две его половинки стали расползаться по сторонам с тихим гудением. На стене открылся большой и плоский жидкокристаллический экран, который засветился серым светом. На нём появилось изображение. Оно подавалось сверху и под небольшим углом. В кадре застыло деревенское подворье.

Разрешающая способность видеосистем спутникового наблюдения про сто потрясала воображение: на экране просматривалась любая деталь, какой бы мелкой она ни была.

"Не меньше 15 см. — подумал о ней Ученик, — И объёмные характеристики на высоте. Ни у кого в мире нет подобной аппаратуры! А у Братства — пожалуйста!"

Судя по степени освещённости, рассвет только-только наступил. Но вот из дома появился мужчина. Ученик моментально узнал в нём Симакова. И как было не узнать, когда он следил за ним целых пятнадцать лет! Сколько наблюдал, столько тот и снился ему по ночам. .

Симаков между тем прошёл в левый угол палисадника и принялся копать землю под ветвями растущего поблизости вяза. Скоро ему сделалось жарко и он обнажился по пояс. Ученик с Учителем с интересом просматривали запись, сделанную одним из прикомандированных спутников-шпионов.

— Так вот он каков, ваш Симаков — Страж Врат! — резюмировал Учитель, — Ничего примечательного — мужик как мужик! Что это он всё на брезент откладывает?

— Да, так…Отголоски войны! Всякая дребедень: гильзы, осколки, пули…

— Сентиментальный значит? Это хорошо! Проще будет взять его в оборот. Твой человек сумел определить, на какой глубине залегают Врата?

— Говорит: три метра, восемнадцать сантиметров от поверхности. Погрешность: плюс-минус дюйм. .

— Сколько по вашим прогнозам потребуется Стражу времени, что бы до них докопаться?

— Если сегодня вечером после работы Симаков поковыряется ещё часок-дру-

гой, то после завтра утром он без сомнения на них наткнётся!

— И я так думаю, что после завтра… Два дня, стало быть… Ладно, потерпим, дольше ждали. И ни в коем случае не вмешиваться и не форсировать события. Всё должно идти своим чередом!