Артем Колчанов - Путь к Золотистой (Круг - 1)

- Как лучше всего избежать столкновения?

"Нужно снизить нашу скорость, хотя бы до трети це ".

- Но тогда значительно вырастет время полета.

"Только при трети це я могу гарантировать относительную безопасность корабля".

- Есть ли какие-либо другие варианты?

"Затормозить, вернуться назад и попытаться обойти пылевой пояс. Но мы не знаем конфигурации и протяженности этого пояса и вряд ли сумеем выиграть время на таком возвращении".

- Мы возвращаемся, - почти не раздумывая, сказал я, - попытайся обойти пылевой пояс.

"Вероятность того, что этим мы выиграем время, составляет менее одного процента".

- Все равно, мы возвращаемся. Приказываю начать торможение.

"Приказ принят к исполнению. Скорость будет погашена до нуля через шесть часов".

Звездолет быстро развернулся кормой вперед и запустил маршевые двигатели.

- Я буду в капитанской каюте, - сказал я, поднявшись с кресла.

Но выйти из рубки я не успел. Страшный и тяжелый удар бросил меня на пол и сразу же, со всего размаху, на потолок. Экраны заднего обзора озарила чудовищная вспышка взрыва, и они погасли. Это я все-таки успел заметить, когда падал. Одновременно с взрывом замолкли двигатели. Я ухватился обеими руками за решетку вентиляционной системы. Вцепился мертвой хваткой, такой на меня накатил страх и ужас. Корабль вращался, как соломинка в водовороте, звезды так и мелькали на работающих экранах. И я не мог понять, что же всетаки случилось с кораблем. То самое столкновение, о возможной опасности которого меня предупреждал кибермозг. Или того хуже, если взорвался двигатель. Что с кораблем? Уцелел ли кибермозг? Кибермозг, по-видимому, уцелел. Включились двигатели ориентации, которые хоть и медленно, но все-таки остановили это сумасшедшее вращение. У меня появилось ощущение, что я куда-то падаю, а все незакрепленные предметы наоборот всплыли. Это наступила невесомость, которую я испытывал на себе по сути дела в первый раз. Но как к счастью оказалось, космической болезнью я не страдаю. С трудом я заставил себя разжать пальцы, они даже успели онеметь. Ну и черт с ними. Я легко оттолкнулся от потолка и спланировал к креслу. С непривычки я промазал и довольно больно стукнулся об него и только после этого опустился на место. Застегнул пристяжные ремни, чтобы не всплыть, и только после этого вдавил голубую кнопку:

- ЦНЛ, что произошло? - мой голос непроизвольно дрожал и срывался. Ответа не последовало, и мне пришлось повторять.

"Мне страшно, Вик, - совсем уж неожиданно высветилась на экране надпись неровными буквами, - я боюсь".

До этого события я даже не смог бы предположить, что машина, холодный кибермозг, может сказать такое. Но и в тот момент, если сказать честно, я не задумывался об этом и даже, несмотря на очевидное, совсем забыл, что разговариваю с машиной, а не с человеком.

- Я тоже боюсь. Но вместе что-нибудь постараемся придумать. Скажи только, что же все-таки произошло?

"Столкновение с крупной частицей на релятивистской скорости вызвало взрыв эквивалентом в пять с лишним гигатонн . Компенсаторы перегрузок едва выдержали... Но и то не везде. Мне страшно".

- Не бойся, если мы уцелели, то что-нибудь постараемся придумать.

- Мне показалось, что я сейчас умру, я был почти уверен в этом, - голос, прозвучавший из динамиков, оказался детским, точнее говоря мальчишеским. Но тогда я не придал и этому никакого значения. - Два двигателя мгновенно захлебнулись. Хорошо еще, что реакторы не сдетонировали, а то бы мы сейчас разлетались в разные стороны со скоростью света в виде жесткого излучения.

- И что нам теперь делать? - спросил я, потому что своих мыслей по этому поводу у меня и не могло возникнуть.

- Сейчас подумаем. - Несколько секунд по экрану стайками перепуганных рыбешек бегали цифры и слова, которые я не успевал уловить. Мерцали планы и схемы корабельных коммуникаций. - Гдето произошло разрушение линий контроля. Ниже шестнадцатой палубы я ничего не вижу и не могу контролировать.

- Нужно починить эти линии.

- Пока это не самое главное. Если серьезно пострадали двигатели, то линии могут оказаться и вовсе ненужными. Потому что мы тогда навсегда превратимся в летучий голландец.

- Я могу добраться до двигателей и посмотреть, что с ними.

- Хорошо, попробуй, а я буду тебя инструктировать. Ты знаешь, где находятся скафандры?

- Ага, ближайшие у первого шлюза.

- Иди туда, тебе придется надеть скафандр.

- Ты можешь включить гравитацию? - спросил я, потому что невесомость не очень-то привлекала меня.

- Пока нет, - последовал ответ. - Ну, иди же, одевайся.

- Уже иду.

До первого шлюза я добрался довольно быстро. Но так как опыта пребывания в невесомости у меня не было никакого, это стоило мне нескольких синяков и шишек. На решетчатых стойках возле шлюза имелся весь парк скафандров. Начиная от сверхлегкого и заканчивая, напоминающим своим видом бронированный сейф, скафандром высшей защиты. Какой из них выбрать? Задумываться над этим мне не пришлось, потому что ожил встроенный в стену динамик внутренней связи:

- Надевай средний скафандр. В тяжелом и СВЗ без моей помощи там не пройти. Вот этот, крайний тебе вполне подойдет.

Я с трудом влез в толстый, сделанный из многослойной триоткани , скафандр. Надел большой полупрозрачный гермошлем. Но в этот момент заморгал на стене красный аварийный сигнал. Я приподнял гермошлем, потому что он отрезал все звуки:

- Еще что-то случилось?

- Пока еще нет. Включи рацию, а то, как я буду тебя инструктировать. Зеленая кнопка на левом плечевом щитке.

- Извини, включаю. - Сделав это, я снова надел гермошлем. - Я готов.

- Возьми на стеллаже пятый набор инструментов. Оранжевый контейнер.

- Этот?

- Он самый. Пристегни его к скафандру, на груди есть специальные фиксаторы, ага, это они.

- Все?

- Еще нет, сними с кронштейна видеокамеру полного обзора.

- Эту? - я указал на матовый шар, висевший возле двери шлюза.

- Да, ее.

Я потянул камеру, но она и не пошевелилась.

- Не снимается.

- Слева внизу защелка. Вот так, хорошо. На левом плече у тебя есть для нее гнездо. Да, оно самое.

- Вставил. Теперь все?

- Ага, иди к лифту.

Лифт был почти рядом. Дверь передо мной открылась, но кабинки за ней не оказалось, только глухая, лишенная света чернота шахты.

- Похоже, что шахту деформировало, - прозвучал из наушников комментарий. - В этой зоне были ударные перегрузки в несколько сотен же. В нижние отсеки лифт не проходит. Так что спускайся так, здесь же невесомость.

- И темнота, как в могиле, - добавил я, придерживаясь за проем двери и заглядывая в шахту.

- Включи фонари скафандра. Белая кнопка, вот так. А сейчас вниз и не бойся, опасности тут не должно быть.