Александр Гейман - Чудо-моргушник в Некитае

- А я че-то упал, а мне сюда и не надо вовсе... - забормотал император. На ватных ногах он повернулся, чтобы пойти прочь, и замер на месте - ещё два громилы со столь же разбойничьими рожами перекрывали ему отход. Из-за ног одного из головорезов выглядывал все тот же мальчишка. Он указал пальцем на императора и звонко произнес:

- Это он к себе во дворец подкоп вырыл!

Император побледнел. Он попытался улыбнуться и, сплюнув - слюна упала ему же на грудь, - произнес блатным голосом:

- Кенты, вы чего, в натуре? Мы, урки, промеж себя всегда столк...

В этот миг ему сзади на плечи легла пара тяжелых рук и прозвучала команда предводителя:

- Хватай его!

Двое подначальных головорезов сграбастали императора за ноги, и дальнейший путь император проделал по воздуху, несомый под мышки и за ноги. Он не сопротивлялся. "А че, в натуре, - думал император, - нас, императоров, так и положено на руках носить. Видать, ребята поняли, что у меня ноги ходить пешком устали. Все равно принесут куда-нибудь. Небось, дорогу знают!"

Похоже, ребята и впрямь знали дорогу - императора внесли на деревенскую площадь и прислонили к забору.

- Ну-ка, кликни начальника амыня, - велел вожак.

Вскоре один из его подручных вернулся с местным полицмейстером.

- Принимай, начальник, - доложил вожак головорезов. - Вот он, вирус геморроя, язви его в колено. С тебя семь кусков.

- Уже поймали? - восхитился начальник местной полиции. - В камеру негодяя! - приказал он своей свите.

Императора грубо толкнули и заставили проследовать в какое-то мрачное каменное строение. "В камеру, на нары", - подумал государь - и ошибся. Его ввели в кабинет, усадили на железный круглый табурет перед столом, за которым сидел какой-то мужик кляузного вида. Император узнал его феноменальная память на лица подсказала государю, что это кто-то из ведомства Кули-аки. Император приободрился:

- Голубчик, а не ты ли в тот раз допрашивал Гу Жуя? Вы его ещё приняли за гофма...

- А, добегался! - хищно ощерился крючкотвор, недавно ведший следствие по делу ограбления императором своего дворца. - От нас не уйдешь!

Император оробел.

- Да я... Тута... Я не знал, что меня ищут, а то бы... - забормотал он с потерянным выражением на лице.

Следователь кляузного вида стукнул кулаком по столу.

- Да хватит уже, подследственный! Кончайте запираться! Вот показания на вас, - он поднял толстую кипу бумаг. - Единственный выход чистосердечное признание. Ну?

Следователь поднялся, вышел из-за стола и сел на его край перед императором.

- Без протокола, - предупредил он тоном помягче. - Давай так: ты колешься, а мы тебе - явку с повинной. Считай, полсрока скостишь. Камеру выделим получше, то, се... А там ходатайство подашь о помиловании - ну, мы поддержим. Глядишь, и сидеть-то выйдет всего ничего.

У императора отлегло от сердца.

- А дак это... Я уж давно думаю - с повинной мне надо... Ну, пришел в деревню, сразу в тюрягу. Колюсь, начальник! Эх-х!..

- Ну, ну! - ободрил следователь крючкотворского вида. - Рассказывайте. Закурить, может, хотите?

- Да, спасибо, - император взял уже зажженую сигарету и неумело затянулся. Едкий дым обжег легкие, и он раскашлялся. "Как эту гадость курят? - удивился государь. - Моча вроде и то легче шла!"

- Значит, пиши, - кивнул он писцу в углу кабинета. - Колюсь! Это мы с Фубриком и Жомкой сейф во дворце на уши поставили. То есть так, - государь опомнился и перешел на язык протоколов, - стало быть, я, бывший император Некитая, был соучастником в деле ограбления дворца. Мои сообщники...

- Да хватит же валять Ваньку! - багровый как свекла следователь снова стукнул кулаком по столу. - Ты что мне тут позволяете, понимаешь!.. Я с ним как с человеком, а он, падла, дает показания по закрытому делу! На шиша мне твой сейф! Его давно на место вернули... за отсутствием состава преступления... Сообщники у него, понимаешь!.. Жомка, видишь ли, и Фубрик! Авторитетами пугаешь, гнида?!.

Император обомлел. По всему, он допустил какую-то оплошность - не будет же зря мент гнать такой кипеж. Но что за ошибку он сделал - этого император не знал.

- Сейф, значит! - продолжал бушевать кляузный следователь. - А импотенции, значит, за ним не водится! А в саду на яблоне, значит, не он онанировал, а внук эфиопского султана!..

У императора забрезжила смутная догадка.

- Да я... это... Ну, сейф, это я шутканул малехо... извиняйте, начальник... Я нынче че-то все не то вспоминаю, не серчай, начальник... Токо ты бы подскзал, че вспомнить-то, а я всегда сознаюсь!..

Следователь помаленьку отходил от вспышки. Он уткнулся в бумаги, порылся и задал вопрос, не глядя в глаза императору:

- Скажите, подследственный, вы знали, что наместник Бисмарк в Неннаме ввел нелегальную фелляцию правонарушителей?

- Бисмарк был назначен в провинцию согласно рекомендации Госсовета, поспешно отвечал император.

- Инспекция выявила, что Бисмарк наладил откачку некитайской спермы с последующим экспортом за границу, - заметил кляузный следователь. Контрабандным экспортом, между прочим.

- Инспекция была отправлена в Неннам мною лично, - с готовностью сообщил государь.

Крючкотвор-дознаватель снова порылся в бумагах и задал другой вопрос:

- Вы подтверждаете, что распорядились ввести принудительную уринотерапию в рамках медицинской программы для населения Некитая?

- Это делалось по настоянию министерства здравоохранения в целях оздоровления национального духа, - заявил император.

Получив отлуп и по этому пункту, следователь опять углубился в бумаги, после чего задал новый каверзный вопрос:

- Скажите, подследственный, когда вы в последний раз состояли в интимной близости с императрицей?

- А я... - император задумался. Вопрос был не из простых. Он честно пытался вспомнить, не смог и решил отвечать как есть. - А я сам не помню когда.

- То есть вы признаете, что в течение продолжительного времени не исполняли свои супружеские обязанности? - с прежним кляузным лицом спросил следователь.

- Да куда мне их исполнять, - невесело улыбнулся император. Импотенция же у меня.

- Это - отягчающее обстоятельство, - строго заметил следователь. - За дезэрекцию придется отвечать по закону.

Император похолодел. Вот на чем попался! У него вдруг пересохло во рту.

- Да когда ж мне было исполнять-то их, интимные-то обязанности севшим голосом начал он оправдываться. - То ей нельзя из-за Ахмеда, другую ночь - граф с визитом... Вы думаете, мне приятно было? Я по её сильным просьбам...

- Подпишите показания, - оборвал речь государя кляузный следователь.

Император посмотрел на бумагу - все буквы плыли перед глазами. Не глядя он подмахнул протокол допроса, поднялся и ничего не видя перед собой пошел перед конвоиром. "Попался!" - колотилось его сердце.