Джон Мини - Фактор жизни

– Извините, – пробормотала Карин. – Я не заметила вас.

Волк зарычал громче, с откровенной угрозой.

– Я не специально. – У Карин от волнения перехватило дыхание. – Правда-правда. Я первый раз здесь.

Незнакомец снял шлем.

– Это заметно. – Улыбка искривила его лицо и исчезла. – По манере разговора.

Его глазные впадины были зажившими шрамами. Когда он снова надел шлем, вживленные за ушами клеммы щелкнули. – У тебя снаряжение космонавта?

– Э-э… да. – Карин скосила глаза на знаки отличия УНСА, сиявшие на ее комбинезоне. – Я – кандидат в Пилоты. Меня зовут Карин Макнамара. Очень рада…

– Сука! – в голосе слепого человека послышалась ярость. – Убирайся к дьяволу!

Ей оставалось только смотреть, как странная пара симбиотов, дрожа от ярости, прошествовала через площадь.

– Бог мой! – Плечи Карин задрожали от напряжения. – Это будет гораздо труднее, чем я думала.

Глава 12

Они пришли за ним в кабинку для переодевания Том в это время стоял возле блока, в котором хранился прозрачный гель для купания.

– Ха! Да тут девчонка! – усиленный эхом голос Алгрина звучал во влажном воздухе ванной комнаты раскатисто.

Стандартный год прошел спокойно, и это придало Тому уверенности. Поспособствовала и поездка с Капитаном на природу. Тогда Чжао-цзи ушел в мертвую зону один и бродил там, не замечая ни отсутствия характерного для леса запаха, ни слишком желтых флюоресцирующих грибов-аутотрофов – верный признак не достатка производящих кислород сине-зеленых бактерий-симбиотов. Капитан нашел Чжао-цзи. Тот был без сознания, и преподаватель спас его, вытащив в безопасное место.

Но в школе Том уже начал чувствовать себя как дома.

Оказалось, это было ошибкой.

– У меня с девчонками проблемы, – сказал Алгрин Том прижался к стене, повязав вокруг пояса маленько рваное полотенце и чувствуя спиной холодный камень.

За спиной Алгрина маячили какие-то тени. На мгновение сердце Тома забилось с надеждой, но это оказались парни из алгриновской шайки. Они скалились в ухмылках, взгляды у них были пустыми.

– И у этой девчонки есть украшение, – продолжал Алгрин.

Том с силой сжал в руке талисман. Вперед вышел светловолосый Петио.

– Тебе выпал шанс, Том. Нам нужен кто-нибудь, кто быстро бегает. Возможно, ты пригодишься.

Том почувствовал слабость в коленях.

– Я не умею быстро бегать, – пробормотал он. – Так быстро, как Кривил, я не…

Парень, стоявший на стреме, прохрипел:

– Капитан идет.

Незваные гости тут же развернулись и двинулись к выходу. Петио на мгновение задержался, критически посмотрел на Тома, затем покачал головой и последовал за остальными.

«Я предал Кривила», – Том опять прислонился к ледяной стене.

Сердце его громко стучало, и он чувствовал, как к горлу подкатывает тошнота.

Капитан взял в поход всю альфа-группу – пятнадцать учеников, включая Тома и Чжао-цзи. Они осматривали местность с высоты естественного выступа, расположенного в пещере Ларидония.

Внизу светилась триконка:

ТОРГОВЫЙ ЦЕНТР «КРАСНЫЙ ДРАКОН»

Она казалась огромной, вокруг нее обвивался голографический дракон: алый, узкотелый, с выпуклыми белыми глазами и длинным языком. Его крылья, распахнутые не до конца, слегка дрожали.

– Ничего себе, – протянул один из учеников.

На мгновение взгляд дракона обратился на них, и Том почувствовал дрожь от страха и восхищения. Он поглядел на Чжао-цзи, но приятель, казалось, окаменел.

Гоня прочь мысли об Алгрине, Том решил, что сейчас не время переживать, надо радоваться жизни. Не часто магистр брал ребят на такие прогулки.

– Это – караван-сарай, – объяснил Хекрон, один из наиболее продвинутых парней, пытаясь произвести впечатление на Капитана. – Разве не так, сэр?

Глаз Капитана блеснул.

– Может быть. А ты что думаешь, Коркориган?

– Я бы сказал… – Том замолчал, глядя, как гигантский синий диск, перебирая множеством ног-щупалец, плавно движется к центру пещеры. – Я бы сказал, что это передвижная палатка, сэр.

Ученики прыснули, но тут же замолкли, увидев, что диск остановился и превратился в огромную палатку, по бокам которой выдвинулись выступы, похожие на коридоры. Через несколько минут постройка в виде звезды занимала уже половину пещеры.

Из маленького туннеля высыпали местные жители – поглазеть на приехавших гостей.

Вспыхнула еще одна пиктограмма:

Оптовая торговля

Розница

Деньги в рост

Поставщики дворянства

С 3197 н.э.

Местные владельцы магазинов – чжунгуо жэнь – установили маленькие дисплеи, демонстрирующие продукцию на возвышающихся над полом пещеры двухметровых стойках. Из большой палатки вышел человек в голографической маске дракона. Голограмма проецировалась вокруг гибкой рамы, из-под которой торчали мужские ноги.

– Танец Дракона, – объяснил Капитан.

Музыканты с бубнами начали аккомпанировать дракону. Владельцы магазинов подносили ему подарки, чтобы задобрить чудовище, – зеленые бочонки с овощами, которые дракон якобы ел.

– Что они продают, сэр? – спросил Хекрон.

– Все, что ты можешь себе представить, – ответил Чжао-цзи.

Капитан раздраженно взглянул на него. Танец внизу закончился. Дракон удалился в большую палатку, и растущая толпа начала кружиться вокруг нее.

Вслед за драконом появились крошечные голографические тигры – похожие скорее на мифические создания, чем на реальных животных. Рука Тома машинально потянулась к спрятанному на груди талисману. Тигры побежали через пещеру, расчищая пространство, и зрители раздвинулись, предвкушая новое зрелище.

И оно возникло.

Одетые в оранжевые костюмы, артисты выполняли изящные па ногами и быстрые удары кулаками. Во рту у Тома пересохло, он вспомнил Пилота. Артисты метали в цель тяжелые алебарды. Одна из них пролетела так близко от головы девочки-артистки, что срезала клок длинных черных волос. Чтобы избежать ранения, девочка села на шпагат.

Они ломали ледяные блоки, молотя по ним кулаками и даже головой; крутили цепи и кнуты, которые оставляли в воздухе флюоресцирующие следы, делающие зримыми сложные траектории их движения.

– Это – ушу, – тихо пробормотал Чжао-цзи, будто, произнеся эти слова громко, мог спугнуть волшебство.

Маленький мальчик, которому было около шести стандартных лет, выполнял замысловатую фигуру рядом с бритоголовым хозяином. Старику было, по крайней мере, лет семьдесят, о чем можно было судить по его морщинистому лицу. Вот он опустился на шпагат, и на секунду замершая от удивления толпа разразилась громом аплодисментов.