Алан Гарнер - Волшебный камень Бризингамена

- И по-прежнему мы ничего не можем делать? - спросила Сьюзен.

- Ничего более того, что вы делали все это время. Вы хорошо играли свою роль (если не считать тот злосчастный вечер), и вы должны продолжать в том же духе, мы не хотим, чтобы вы столкнулись с тем снова.

Он указал своим жезлом. За деревьями, где обычно виднелось Черное озеро, висело плотное одеяло тумана. А вокруг, сколько хватало глаз, светило закатное солнце, и нигде не было ни дымки, ни облачка, и только озеро Ллин-дху скрывалось под нависшим над ним низким туманным облаком.

- Оно висит там уже целую неделю, - сказал Чародей. - Я не знаю точно, что он задумал, но догадываюсь, что Гримнир пытается замкнуть Огнелед в зачарованный круг, чтобы его сила не достигала Фундиндельва. Это ему не удастся, и у него недостанет колдовской силы разбить камень.

Каделлин дошел с ребятами до дороги, и они расстались с ним с более легким сердцем, чем за все долгие предыдущие дни.

На следующее утро туман все еще стоял над озером. Колин и Сьюзен ранним утром поехали на своих велосипедах поисследовать окрестности. Когда они достигли вершины скалы Касл Рок, Колин предложил еще раз взглянуть на Ллин-дху. Они присели на скамью и стали пристально глядеть на облако тумана.

Долгое время прошло в молчании, а когда Колин заговорил, то он произнес как раз то, о чем думала его сестра.

- Интересно... а что если... поглядеть на все это вблизи?

- Думаешь, мы не нарушим обещания, если просто пойдем и посмотрим?

- Но отсюда-то мы смотрим, а так мы будем тоже смотреть, только вблизи, верно ведь?

Они приняли решение, но тут же поняли, что совсем не знают, как туда добраться. Но подумали, что найдут озеро, используя кое-какие уже знакомые ориентиры. Сначала поедут на Уилмслоу, а потом, повернув налево, они, вроде бы, должны нащупать правильное направление. Так, не откладывая долее, Колин и Сьюзен скатали в Олдерли, купили бутылку лимонада, чтобы запить сэндвичи, которые были у них с собой, опустили в почтовый ящик открытку с видом Грозовой Вершины для папы и мамы, и через полчаса были уже в центре Уилмслоу, затрудняясь, по какой дороге двинуться дальше.

- Вон кто-то подъехал. Пойдем, спросим, - сказал Колин.

Он заметил крошечный, как жучок, автомобильчик, из которого в этот момент вылезал сержант полиции таких огромных размеров, что почти что закрыл собой весь автомобиль. Нельзя было поверить, что он может туда поместиться, если даже свернется калачиком.

Ребята приблизились к нему, и Колин спросил:

- Простите, пожалуйста, вы не могли бы подсказать дорогу на Ллин-дху?

- Куда? - спросил сержант удивленно.

- Ллин-дху, Черное озеро, это недалеко отсюда. Сержант улыбнулся.

- Вы меня дурите, что ли?

- Нет, - заверила его Сьюзен, - четное слово, нет!

- Ну тогда вас кто-то обдурил. Насколько мне известно, такого места тут в округе не имеется, а я уже целых девять лет служу в Уилмслоу. Название звучит скорее по-валлийски13.

Колин и Сьюзен были так поражены, что даже не сразу нашлись, что ответить.

- Но мы же видели озеро со скалы Касл Рок меньше часа назад! - сказала Сьюзен, и слезы чуть не набежали ей на глаза. - Вообще-то мы не разглядели его, потому что оно покрыто туманом, но мы знаем, что оно там есть.

- Туман, говорите? А, ну теперь кое-что проясняется. Там, где общинный выгон Линдоу, уже несколько дней висит туман. И единственное озеро, которое есть тут поблизости, находится именно там. Ллин-дху, Линдоу - похоже, это, наверное, оно и есть, должно быть!

- Да-а, да, это оно, - сказал Колин. - Мы, наверно, не так расслышали название. Далеко это отсюда?

Они поехали в указанном направлении и, проехав примерно с милю, достигли широкого сырого выгона, поросшего низким кустарником, покрытого мелкими водоемчиками и заросшего вереском. Несколько в стороне от дороги на доске было написано, что это Выгон Линдоу и что езда на велосипедах запрещена. А посреди выгона вытянулось длинное озеро с черной от торфа водой.

Ребята стояли на вязком берегу, их пробирала дрожь. Воздух был напоен сыростью, вид озера навевал тоску.

Вокруг мрачного выгона были рассыпаны домишки, такие, какие всегда встречаются в предместьях большинства современных городов.

"Гирлянда из мхов и жалких лачужек". Они вспомнили эти слова Фенодири, глядя на безрадостный пейзаж. Но что было по-настоящему удивительно, так это прекрасная видимость. И если они действительно были на берегу Ллин-дху, то за час, что они добирались сюда, местность совершенно очистилась от тумана, окутывавшего ее в течение последних десяти дней.

- Ты думаешь, это оно? - спросил Колин.

- Ага. Вряд ли их два одинаковых. И оно черное. Интересно, что же произошло?

- Пошли отсюда, у меня от него мурашки. Мы увидели его, как хотели, и ладно.

Выпив по чашечке кофе в Уилмслоу, чтобы разогнать мрак, навеянный Ллин-дху, ребята поехали назад в Олдерли. Они не строили никаких планов, но солнышко было теплое, и у них оставалось еще часов шесть до темноты.

Они проезжали станционный мост в Олдерли, когда увидели нечто.

Легкий северо-восточный ветерок медленно гнал деревенские дымки по небу. Но где-то на полпути к ближайшему склону холма Эдж белый туманный шар висел точно прикрепленный к деревьям. А из тумана вставали печные трубы и конек крыши того самого дома, где проживала Селина Плейс!

Дом Селины Плейс

Комната была длинной, с высоким потолком, выкрашенным в черный цвет. Стены задрапированы черной бархатной тканью. Ни чем не застланный деревянный пол покрыт густо-красной краской. В комнате стоял стол, на нем лежал раздвоенный с одного конца прут и серебряная тарелка, на которую горкой был насыпан какой-то красный порошок. На одном конце стола стояла подставка для книг с раскрытой большого размера книгой со страницами из тонкого пергамента, а на другом жаровня с тлеющими углями. Больше в комнате ничего не было. Гримнир следил недобрым взглядом за тем, как Морриган долго и нудно совершала приготовления к колдовству. Он не любил магию ведьм: они слишком полагались на неуклюжих, духов, и злоба в них закипала слишком медленно. Он предпочитал, как ударом, нагонять страх и видел для себя опору в темных сторонах человеческого ума.

Да, конечно, эта грубая ведьмина магия тоже имела свой смысл. Она постепенно набирала силу, как вздымающаяся волна, и поражала свою жертву медленной неотвратимостью лавины. Если бы только эта магия была мгновенной! Ведь так мало времени оставалось до того, как Настронда заставят действовать его все более и более увеличивающиеся подозрения, а тогда... Сердце Гримнира дрогнуло от одной этой мысли. Только бы ему удалось подчинить своей воле силу камня! Тогда Настронд увидел бы, кто из них настоящий Дух Тьмы. Тогда для Гримнира и Рагнарок, и все, кто в нем обитает, были бы не более, чем канава с червяками, через которых можно перешагнуть и забыть о них. Но как взять власть над камнем? Камень уже отпарировал все его "удары рапирой", и был момент чуть было не уничтожил и самого Гримнира. Единственный шанс теперь заключался в колдовстве этой женщины из мортбрудов, но и за ней надо следить, нельзя допустить, чтобы она вдруг сделала камень послушным одной себе. Пока она ему нужна. А как от нее отделаться, когда она сыграет свою роль, не очень-то занимало его в данный момент. В мозгу Гримнира все разрасталась и разрасталась фигура Настронда, и он знал, что спасение только в очень быстром успехе.