Джон Ринго - Дорога на Дамаск

— Которого вы знали до того, как отправились на войну, — негромко закончила за него Елена.

— Откуда вы знаете?! Я же не в форме! — удивленно заморгал незнакомец.

— По вашим глазам, — ответила Елена.

— Да, но вам-то откуда может быть известно?!. Впрочем, я, кажется, лезу не в свое дело.

Незнакомец перевел разговор на другую тему, явно не желая бередить старые раны.

— Так чем же вы, собственно, занимаетесь в этом баре? — спросил он, разглядывая столики за которыми сидели по большей части довольно нелепые пары.

— Я приглашаю посетителей к столику, развлекаю их разговором, уговариваю покупать напитки и даже еду, а потом делаю заказ с помощью компьютерного терминала на столике.

— И вводите при этом код, чтобы получить часть денег с огромного счета, который приносят потом посетителю? "

— Совершенно верно, — улыбнулась Елена.

— Ну что ж, присядем? — усмехнулся незнакомец, показывая на пустовавшие места.

Елена повела его в дальний угол совсем не для того, чтобы с ним там обжиматься в надежде на крупные чаевые. Она искала тихое местечко, где они могли бы спокойно поговорить, не мешая остальным парам. По пути она чувствовала спиной взгляд незнакомца. И не удивительно, она прекрасно знала, какое впечатление производит на мужчин в коротком платье и туфлях на высоких каблуках, которые припасла специально для этой работы. Если бы ее сейчас увидел папа, его наверняка хватил бы апоплексический удар.

Добравшись до выбранного ею столика, Елена с усмешкой повернулась к незнакомцу, но прочла в его глазах лишь усилившееся удивление. Он жестом предложил ей садиться, а сам опустился на полукруглый диван по другую сторону стола, уже этим выделив себя из подавляющего большинства завсегдатаев ютившегося возле космопорта кабачка, в котором подрабатывала Елена.

Заглянув в меню, незнакомец спросил:

— Если я буду заказывать сам, выйдет дешевле?

— Намного, — улыбнувшись, ответила Елена.

— Вам очень нужны деньги?

— Да нет, — осторожно проговорила девушка.

Незнакомец вопросительно приподнял бровь, но промолчал и сам застучал по клавишам компьютерного терминала, делая заказ с видом опытного бойца, не сорящего деньгами в долгом пути. Когда заказ был готов, рядом со столом зажглась лампочка. Елена грациозно скользнула к бару, принесла поднос с напитками и села на свое место. Незнакомец подвинул к ней бокал легкого вина.

— Спасибо, — улыбнулась девушка, сделав маленький глоток.

Потягивавший пиво незнакомец пожал плечами и спросил:

— А как вас зовут?

— Елена.

— Какое красивое имя. А фамилия?

Девушка задумалась. Как правило, работницы этого бара, по соображениям безопасности, не сообщали клиентам свои фамилии. К тому же незнакомец сам еще не представился. Почему же ей так хочется выложить ему всю правду?!

— Хрустинова, — негромко сказала девушка. — Елена Хрустинова.

Незнакомец выпрямился и еще больше посерьезнел.

— Я знал в этих местах командира сухопутного линкора по фамилии Хрустинов.

— Да вы же с Джефферсона! — мысленно выругав себя за несообразительность, воскликнула Елена.

— Так точно! А теперь эти мерзавцы не пускают меня домой! В посольстве, — недовольно скривившись, заявил незнакомец, — кажется, принимают заявления на въездные визы раз в год.

— А чего вы ждали от этих гадов?!

— Гадов? — незнакомец явно не знал, как ему отреагировать на это заявление.

— Вы думаете, они не догадались, что вы — бывалый солдат? — искоса взглянув на него, спросила Елена. — Да прочитав вашу анкету, они отправили ваше заявление прямо в унитаз. Сейчас ДЖАБ’е в последнюю очередь нужны опытные бойцы.

— А вашему отцу не нужны солдаты? — спросил незнакомец с такой ноткой отчаянной надежды, что сразу стало ясно, чего ему стоил телефонный разговор с компьютерным автоответчиком посольства, запрограммированным таким образом, чтобы у людей его сорта раз и навсегда пропадало желание соваться на Джефферсон. Впрочем, из его вопроса еще кое-что вытекало.

— Выходит, вы давно не бывали на Джефферсоне, — впившись в незнакомца взглядом, спросила Елена.

— Целую вечность, — ответил он, устало усмехнувшись.

— Я и сама вижу, — негромко проговорила Елена. — Сейчас там заправляет партия под названием ДЖАБ’а — Джефферсонская Ассоциация Благоденствия. Мы с отцом ее ненавидим.

— Значит, вы и правда дочь Саймона Хрустинова, — как будто обрадовался незнакомец.

— Да, — просто ответила Елена.

— Что же вы делаете на Вишну? Учитесь? — оживленно расспрашивал ее соотечественник.

— А что здесь еще делать? — с деланной непринужденностью ответила вопросом на вопрос Елена. Ей пока не хотелось раскрывать перед совершенно незнакомым человеком истинные мотивы, заставившие ее пойти на работу в этот сомнительный бар рядом с космопортом.

Незнакомец внезапно наклонился вперед и взял девушку пальцами под подбородок. Елена чуть не вскрикнула от неожиданности, а он повернул ее лицо к тусклому свету, сочившемуся из засиженных мухами окон.

— Да, — негромко проговорил он, словно разговаривая с самим собой. — Совершенно верно…

— Что «совершенно верно»? — отпрянув, возмущенно спросила девушка.

— Вы похожи на свою мать, — пробормотал незнакомец так, словно вообще ее не слышал. — Ее нос, ее щеки, ее глаза…

— При чем здесь моя мать?! — нахмурившись, воскликнула Елена.

Незнакомец молчал и долго изучал взглядом не знавшую уже, что и думать, девушку.

— Вашу мать зовут Кафари Камара, — наконец сказал он. — Точнее, Кафари Хрустинова. Я ее двоюродный брат.

— Двоюродный брат?! — с трудом выдавила из себя Елена. — Как вас зовут?

— Эстебан Сотерис. Я ушел на войну в тот день, когда умер президент Лендан, — ответил мужчина, не сводя глаз с Елены. — С тех пор я не видел Кафари. Как она?

Увидев выражение лица девушки, он поперхнулся:

— Что с вами?! Что случилось?!

У Елены по щекам текли горючие слезы, хотя за последние четыре года она ни разу так не оплакивала мать. Наконец девушка немного успокоилась и сказала:

— Ее застрелили.

— Как «застрелили»?! — прошептал ошеломленный Эстебан. — Кто?! Грабители?!

— Нет, не грабители, — веско ответила Елена. — Сотрудник полиции госбезопасности. В космопорте. После того как она тайно отправила меня с Джефферсона.

Эстебан засверкал глазами, а у него на скулах заходили желваки.

— Где твой отец? — хрипло спросил он.

— Здесь. То есть дома.

— Здесь?! На Вишну?! Да что вообще происходит на Джефферсоне?!

Елена рассказала своему дяде все, что могла. Страшная правда с трудом укладывалась в сознании ошеломленного Эстебана. Он снова и снова переспрашивал племянницу, стараясь как следует понять, что же происходит у него на родине. Он прислушивался к интонациям девушки, следил за ее мимикой. Елену еще никто так внимательно не слушал. Кроме того, никто и никогда не делал сразу таких глубоких выводов из ее сбивчивых рассказов. Выслушав отчет о ситуации на Джефферсоне, с которым впервые в своей жизни выступила Елена, Эстебан долго сидел, молча сверля жестким взглядом усталых глаз свою опустошенную пивную кружку.