"На суше и на море" - На суше и на море. Выпуск 14 (1974 г.)

– Вот, - сказала она, отдышавшись. - Присоедини теперь к экрану Релятивистских Часов. - Она подала Чероку конец кабеля. - Это выход установки Мохора, которую я испытывала.

Черок молча повиновался. Пока он присоединял кабель, Индола говорила, и в ее голосе слышались и бесконечная печаль, и гордость за отца:

– Мохор давно создал учение о Надпространстве. Но ни один физик мира не знал об этом. Старик хотел экспериментальных подтверждений. И вот мы их добыли… - она горько усмехнулась. - Правда, цена слишком велика. Да, так вот, Мохор рассчитал, что время в Надпространстве может течь совсем иным темпом и в ином направлении, нежели в трехмерном континууме Эвклида. Как именно? Для этого он и сконструировал Универсон - своего рода индикатор времени. Включай! - кивнула она Чероку.

…На экране возникла какая-то причудливая кривая.

– Ну конечно, - сказала Индола. - Геодета Надпространства, по которой мы вернулись к Солнцу. Я уже просмотрела видеозапись прибора. Выходит, мой старик, сам, может, не зная того, создал нечто вроде палеохронографа. Сейчас увидим ландшафты прошлого Земли.

Над кривой времени, прочертившей экран, поползли цифры записи, а под ними словно замедленные кадры киносъемки.

– Миллион лет до нашей эры, - пояснила Индола, сверившись с оригиналом - лентой магнитной записи, которую нервно мяла в пальцах.

…Два гигантских ледника двигались навстречу друг другу - один с Урала и Новой Земли, второй от Таймыра. Ледники сливались в одно сплошное ледяное поле, закрывавшее половину Западной Сибири. Чероку казалось, что он даже слышит, как ледник дробит и сглаживает горные породы. Края оледенения окаймляли исполинские валы из гравия, песка и глины. То была конечная морена. Все материки уже приняли современные очертания, но еще существовал сухопутный мост между Гренландией, Северной Америкой и Азией.

Видимо, в соответствии с перепадами скоростей мезолета по геодете медленно изменялся темп инверсии Времени, и на глазах у Черока, Индолы и Боноски одни палеогеографические картины наслаивались на другие. Они то отступали «вглубь», на миллионы лет назад, то резко возвращались в настоящее. И получалось так, что на фоне величественного явления генезиса Балтийского, Карского, Эгейского, Красного морей смутно проявлялись последние тысячелегия антропогена: завершалось формирование современного климата, животного и растительного мира. То вдруг казалось, что мезолет проносится над бесконечной зеленой прерией Северной Америки, какой она была пятьдесят тысяч лет назад. Там, где спустя пятьсот веков выросли Чикаго, Нью-Йорк, Бостон и Филадельфия, стояли дремучие леса, а в прерии паслись миллионные стада бизонов.

Индола попросила Черока чуть усилить темп «развертки» изображений. Геодета стала пульсировать, испуская вспышки света. Но таковы уж были законы в Надпространстве, что в записи этому ритму пульсаций ответило еще более причудливое наслаивание временных отрезков… Где-то в глубине экрана текли картины изменения климата: таяли льды Арктики, мелел Каспий. По всей Земле отступали ледники. Неуклонно повышался уровень Мирового океана… Потом стирались эти «кадры», и запись показывала куски далеких эпох. То это была Гренландия, покрытая рощами хлебных деревьев… То Британские острова в то время, когда там было царство жарких пустынь. То теплые древние моря у полярного круга, на берегах которых зеленели тропические джунгли.

Запись оборвалась на отметке около сорокового тысячелетия до нашей эры, что соответствовало тому моменту, когда мезолет достиг окрестностей Солнечной системы. «Где-то здесь он вынырнул из Надпространства, - подумала Индола. - Но где именно? Я дорого бы дала, чтобы знать эти координаты».

Черок устало опустился в кресло. На лице у него выступили красные пятна, руки дрожали. Что теперь делать?

– Надо приземляться, - сказала Индола. - Не вечно же нам крутиться на орбите!

– Да, конечно, - вздохнул Черок. - Придется садиться. Но прежде…

Он не договорил и протянул руку к цифровому коду на пульте. Шифрованными импульсами открыл те каюты, владельцам которых доверял.

– Зайдите в рубку! - говорил он по селектору одни и те же фразы. - Важное известие.

Среди пришедших оказались Альвар и Гольд, Аравак, техник Дадли. Задумчиво глядя на них, Черок сказал:

– Извините, ребята. Я продержал вас взаперти… Так было необходимо. - Он рассказал о Гринвуде и его «невидимых». - Пусть пока подремлют. А мы выберем место для посадки и будущего жилья.

– Не понимаю, - холодно сказал Альвар. - Разве Дэвис-порт закрыт для нас? И о каком жилье вы говорите, кэп?

– Я еще не сообщил самое главное… - Черок встал, подошел к мезолетчикам вплотную. - Беда, ребята. Хотя Индола выполнила обещание и привела корабль к Земле, но… - он резко выбросил руку в сторону главного экрана: - Да смотрите же внимательней! Видите? Да, там Африка, здесь Америка… Средиземное море. Все верно, это Земля. Но мы попали в эпоху мастодонтов. В сороковое тысячелетие до нашей эры!

Выпучив глаза, люди смотрели на него с недоумением. Они будто онемели.

– А вы не ошибаетесь? - наконец выдавил Альвар. - Похоже на бред или шутку. - После пребывания в камере катапульты, куда его заточили без объяснений, он весь как-то сжался, в голове у него царил хаос.

– Я-то могу ошибаться. Но не хронограмма, - возразил Черок. Индола молча включила экран развертки палеохронографа.

–Вот доказательство! - воскликнула она. - Кто-нибудь видит Берингов пролив?… Нет его. Есть перешеек между Азией и Аляской. Когда он существовал, знает каждый из вас.

Люди растерянно переглянулись. Кое-кто ринулся к иллюминаторам, не доверяя экрану. Да, Берингов перешеек, поросший лесом.

– А теперь поговорим о людях Гринвуда, - сказал Черок, обращаясь к мезолетчикам. - Пока они подремлют, мы перенесем их в разведывательную мини-ракету и оставим на круговой орбите. Никуда они не денутся - всегда мы будем видеть их в зените над тем местом, где обоснуемся. А придет время - приземлим мини-ракету радиокомандой. Думаю, ознакомившись с положением, они станут покладистее… Кто не согласен со мной? - Черок многозначительно глянул на часы.

Мезолетчики пожали плечами. Все они много лет знали своего командира, любили его по-своему и уважали.

Индола безучастно следила, как на обзорном экране постепенно уменьшается силуэт мини-ракеты. И девушку охватила тоска. Что же произошло? Да, это Земля, родная планета. Но они умерли для своей эпохи, которая лежит где-то в будущем, за хребтами тысячелетий. А на Земле бродят лишь орды первобытных существ. Для них мезолетчики все равно что инопланетяне.