Андрей Легостаев - Дело об оборотной стороне медали

- Вы его разглядели? - заинтересованно спросил Мейсон.

- Нет. Он ослепил нас лучом мощного фонаря, он его с нас не сводил за весь разговор. Он знал, что деньги у меня в квартире, видимо, следил за Сюзанной. Он поднял жену с постели, а меня приковал наручником к спинке кровати, чтобы я не мог сообщить в полицию. А вот и Сюзанна с коктейлями, она все лучше расскажет.

Сюзанна поставила перед всеми бокалы со спиртным и снова уселась в глубокое желтое кресло. Посмотрела, что сигарета в мундштуке погасла, поморщилась, вынула старую и вставила новую. Муж тут же поднес к ней зажженную зажигалку.

- Так что произошло после того, как неизвестный приковал вашего мужа к кровати? - спросил Мейсон, обращаясь к Сюзанне Раунцифер.

Она выпустила тонкую голубую струйку дыма, не спеша пригубила виски и ответила:

- Он спросил где деньги, я ответила, что в секретере в гостиной. Он повел меня туда. Я достала приготовленные купюры. Он небрежно посчитал пачки и запихал их в холщовую сумку, что висела у него на плече.

Затем он сел в кресло и предложил сесть мне. Я села в это же самое, а он сидел в том, где сейчас ваша секретарша. Он не отводил фонарика от моего лица и я не могла его разглядеть вообще. Он заявил, что честно выполняет свое слово и из того же мешка достал дневник Шарлотты...

- Что?! - не сдержался Мейсон. - Он отдал вам дневник?

- Да, - пожала плечами Сюзанна. - Он же сразу сказал, что отдаст дневник за двадцать тысяч.

- И что было дальше? - взяв себя в руки, спросил адвокат.

- Он провел меня в спальню, стараясь держаться на расстоянии, приказал лечь в постель, сам отстегнул наручники у Карла и ушел. Мы бросились к телефону, но он заранее перерезал проводку. Когда Карл спустился вниз, ночной дежурный спал. И ничего не видел, или утверждает, что не видел. В полиции его допрашивали, но безрезультатно. Полицейские заверяют, что по купюрам они поймают шантажиста.

- Я полагаю, - медленно сказал Мейсон, - что это был не шантаж.

- Почему вы так решили, мистер Мейсон? - спросил Раунцифер.

- Шантажист никогда бы не стал отдавать дневник, он пытался бы доить из вас деньги до самой смерти.

- Но кто же это тогда был? - воскликнул Карл Раунцифер. - Просто грабитель? Но ведь он больше ничего не взял и отдал тот злополучный дневник!

- Кстати, откуда он у него? - снова спросила Сюзанна. - Не вы же ему передали, мистер Мейсон. Мне прекрасно известна ваша репутация.

Кстати, этот дневник Монике Кастл гораздо опаснее, чем мне.

- А где она сейчас? - постарался перевести разговор Мейсон.

- Моника? - переспросила Сюзанна. - Вышла замуж за какого-то англичанина и укатила на туманный Альбион. До нее далеко, не дотянешься. Так как все-таки попал к нему дневник? Ведь вы говорили...

- Да, - сказал Мейсон. - Я виноват и не снимаю с себя вины. Мой офис был ограблен полторы недели назад, пропали многие архивные документы. Кстати, какого числа вам впервые позвонил шантажист?

- Восьмого.

- Значит, на следующий же день после ограбления.

- Вы заявляли в полицию об ограблении? - спросил Раунцифер.

- Я сам пытаюсь найти грабителя.

- Но пока ничего не вышло?

- Пока нет.

- А как получилось, что в газетах написали, что якобы десять из тех двадцати были обнаружены у вас? Как вообще полиция рассказала об этом, ведь они нам обещали, что пока шантажист не пойман, мое имя...

- Кто-то анонимно позвонил в полицию и заявил, что деньги у меня. И заявил именно моему злейшему врагу, сержанту Холкомбу, он специально попросил его к телефону.

- Да, я помню, - поморщилась Сюзанна, - здоровый такой, прет напролом...

- Холкомб работает в Отделе по раскрытию убийств, тогда как шантажем занимается совсем другой отдел.

- То есть вы хотите сказать, что все это было всего-лишь тщательно продуманной и исполненной операцией, чтобы подставить вас? - воскликнула Сюзанна Раунцифер.

- Выходит, что так, - согласился адвокат. - Хотя и двадцать тысяч долларов, сумма немаленькая, стоила хлопот. Таким образом злоумышленник мог получить деньги и перевести весь удар на меня.

- Но полиция заявляет, что по купюрам найдет шантажиста.

- Всякое бывает, - улыбнулся Мейсон. - Мир не ограничивается Лос-Анджелесом или штатом Калифорния. Отмыть деньги можно и на Аляске полиция тоже не всесильна. Я сожалею, что вы потеряли такую сумму, но приложу все усилия, чтобы найти преступника. Тут я даю вам свое честное слово.

- Спасибо, - сказала Сюзанна. - Хотя в полиции нам гарантировали, что вернут деньги.

Мейсон поставил пустой бокал на поднос.

- Благодарю за угощение, миссис Раунцифер. Не смею вас дольше задерживать. - Он встал. - Приятно было познакомиться, мистер Раунцифер. Скажите, а отпечатков пальцев он не оставил?

- Полиция все здесь осмотрела, - сказал Раунцифер. - Он был в перчатках и не оставил следов.

- И опознать его вы не сможете?

- Если только по голосу, - сказала Сюзанна Раунцифер. - И то неизвестно...

- А где сейчас дневник Шарлотты?

- В полиции. Они надеялись найти там отпечатки пальцев шантажиста, но, похоже, тоже безрезультатно.

- Что ж, спасибо. Извините еще раз, что все так произошло. До свидания.

Они вышли из квартиры и на лифте спустились вниз.

- Ты хочешь поговорить с ночным дежурным? - спросила Делла.

- Нет, - ответил Мейсон. - Этим займутся люди Дрейка, хотя это ничего не даст.

- Но может, преступник подкупил его, чтобы тот сказал, что якобы спал?

- Сомневаюсь, Делла. За место в таком доме держаться, сумма подкупа должна быть значительной. К тому же, если бы ночной дежурный взял деньги, то наверняка бы выдал себя, потратив хоть одну десятку - откуда ему знать, что номера переписаны. Скорее всего, действительно спал...

Они сели в машину и Мейсон завел мотор.

- И куда теперь? - спросила Делла Стрит.

- Отвезу тебя домой. А сам поеду на встречу с Трэггом.

- А в полночь ты пойдешь в дом на Кроклин-авеню?

- Да.

- Я пойду с тобой! - твердо заявила Делла.

- Ты не умеешь играть в покер, - улыбнулся адвокат.

- С чего ты взял? - фыркнула Делла.

- По твоему лицу видно. Нет, Делла, я пойду с Полом, его оперативники подстрахуют нас. Они уже наблюдают за домом, и я при входе буду знать, что меня там ждет. А ты отдохни, сегодня ночью нам еще предстоит потрудиться.

- Да, если ты выйдешь оттуда живым, - возразила Делла. - Помнишь, что в письме сказано о ставках на человеческую жизнь?

- Там же сказано, что моя личная безопасность гарантирована, улыбнулся Мейсон. - Одно тебе могу сказать в утешение, Делла. Если не прошлое дело, то уж наверняка это обещает быть самым-самым. Самым опасным, самым сложным и самым захватывающим. И уж самым необычным - это точно!

- Но не самым прибыльным, - возразила Делла.