Энн Маккефри - Корабль-партнёр

— Это просто нелепо, что метачипы распределяет комитет, где заседают лишь старики и благотворители, — вещал он. — Несомненно, армия стоит первой в списке получателей чипов, однако после того, как наши запросы будут удовлетворены, остальные чипы должны пойти туда, где они принесут максимум пользы.

— Я думал, именно в этом и состоит цель системы распределения, — заметил Блэйз. — Компании получают Балл Общественной Полезности в соотношении с тем, как они намереваются использовать метачипы, а чипы распределяются пропорционально БОП. И что тут не так?

— Это все совершенно нереалистично, — прямолинейно заявил Полион. — Они используют чипы для операций на одном теле — например, для восстановления почек или замены поврежденного спинного мозга, в то время как те же самые чипы могли бы найти… хм, применение, которым пользовались бы сразу тысячи людей. Дорг Джесен заплатил бы миллионы за горстку чипов и обещание стабильных поставок.

Блэйз расхохотался.

— Дорг Джесен? Король ощупорно? Это и есть твое представление о БОП?

— Миллионы, — повторил Полион. — И если ты думаешь, что я не могу придумать, как использовать такую сумму с пользой для общества…

— В это я могу поверить, — возразил Блэйз. — Но как ты собираешься провести применение чипов для ощупорно через Консультативную Службу?

— Я не вижу причин, почему этот вопрос вообще должна рассматривать какая-то там служба. Тестирование чипов на быстродействие — одна из тех задач, за которыми попросил меня следить губернатор Ляути. Уничтожение чипов с недостаточным быстродействием, предположительно, тоже будет поручено мне. — Он выглядел столь самодовольным, что Альфа ощутила просто-таки насущную потребность подколоть его — а то как бы не лопнул.

— На твоем месте я не стала бы планировать продажу дефектных чипов Доргу Джесену, — прервала она излияния Полиона. — Он любит менять черты лица людям, которые помешали ему делать бизнес.

Дрожь, пробежавшая по телу Альфы, не была притворством: одним из первых ее заданий в медицинских исследованиях было снятие диаграммы повреждений с лица девушки, которая отвергла предложение Джесена касательно найма на работу. И в конце концов Альфа составила полное заключение относительно ранений вместе с голографическими снимками лица девушки перед нападением и того, как она будет выглядеть после того, как пластипленка заменит то, что когда-то было живой плотью и кожей.

В конце концов.

После того, как вихрем выбежала прочь из лаборатории и согнулась в рвотных позывах прямо перед старшим хирургом-консультантом.

В тот момент Альфе казалось, что это было и будет самым унизительным случаем за все ее обучение в Медицинской школе.

Вспоминая этот случай, она едва расслышала откровенный ответ Полиона: он вовсе не намеревается продавать кому бы то ни было дефектные чипы.

Блэйз негромко, уважительно присвистнул.

— Ну конечно. Подделать параметры быстродействия для отчетов губернатора Ляути так, для списков на продажу — этак, и кто знает, что там происходит с метачипами в промежутке? Да за пять лет ты сколотишь состояние!

— Я это и намереваюсь сделать, — подтвердил Полной.

Он воистину был слишком самодовольным, в особенности для человека, который окончил Академию с каким-то пятном в личном деле, да еще таким, о котором боялся или стыдился говорить. Альфа решила, что окажет человечеству услугу, стерев эту наглую улыбочку с лица лейтенанта де Грас-Вальдхейма. Он не должен так ухмыляться — это портит его внешний вид.

— Надеюсь, к тому времени ты еще будешь в состоянии радоваться своему состоянию, уж извини за каламбур, — сладко проворковала она, обращаясь к Полиону. — И лучше держись подальше от рабочих-каторжников. На производстве Д-класса так легко устроить какой-нибудь несчастный случай, верно? Но пусть тебя это не тревожит. Даже если ты ухитришься получить пятнышко от ганглицида на свою безупречную шкурку, я уверена, что губернатор Ляути спешно доставит тебя на Бахати для лечения. И, к твоему счастью, эксперт по терапии поражений ганглицидом будет прямо там, в Саммерлендской клинике.

— Ты. — Полион чуть заметно кивнул. — Это должно было стать темой твоей диссертации, не так ли?

Альфа подавила дрожь. Откуда Полион знает о ее исследованиях? А, ладно, Высшие Семьи — это такая тесная компания. Вероятно, тетушка Леона опять сплетничала за чайным столиком. Но Полион вряд ли знает что-то, кроме заголовка ее предполагаемой работы: симптомы поражения ганглицидом вряд ли являются подходящей темой для болтовни за чаем. Альфа расслабилась и приготовилась насладиться дальнейшим процессом стирания улыбки с лица Полиона.

— Я добилась некоторого успеха путем химической обработки кожи в местах гниения, — сказала она ему. — Ненавижу разрушительные процессы. Однако боюсь, что мы практически ничего не можем сделать, чтобы обратить эффект вспять. Кожа рвется, как бумага, и становится какой-то синевато-зеленой. И это поражение распространяется очень быстро. Если, пока ты находишься на Шемали, тебе на палец попадет капля ганглицида, то к тому времени, как твой шаттл доставит тебя на Бахати, твоя рука будет выглядеть так, словно ее пропустили через уничтожитель для бумаг. И попытайся держать ее подальше от своего красивого личика.

Идеальные черты Полиона выдавали лишь легкую обеспокоенность, однако взгляд свидетельствовал, что молодой человек неплохо осведомлен в вопросе.

— Тебе пришлось… довольно неожиданно прервать свои исследования, да?

Альфа мысленно прокляла старых сплетниц и их подружек, везде сующих свой длинный нос. Не важно.

— Тем печальнее, — вздохнула она. — Я только-только добралась до самых интересных случаев. Знаешь, когда ганглицид находится в газообразной форме, он атакует нервы и синапсы мозга. Воздействует на них практически так же, как на кожу. Мы исследовали действительно увлекательный случай, старшего техника-монтажника с Шемали. Изнутри его голова выглядела как влажная синяя губка. Конечно, к тому времени, как действие ганглицида зашло так далеко, этот парень уже не сознавал и не понимал, что с ним происходит. На самом деле это милосердие. Не то чтобы мы действительно знали, до какого момента он испытывал боль. Ганглицид, понимаете ли, воздействует прямо на болевые рецепторы, и мы не можем блокировать этот эффект при помощи лекарств. И до самого конца он непрерывно кричал. Как животное, которое умирает в мучениях.

Альфа облизала губы и бросила взгляд на Полиона. Он продолжал сохранять достаточно спокойный вид, однако двумя пальцами отбивал нервную дробь по командной панели перед креслом. Прикосновения пальцев к чувствительным сенсорным подушечкам заставляли игровое пространство «Разбросанных» на дальнем экране смещаться рывками то туда, то сюда. Виды глубокого космоса чередовались с пылающими лабиринтами, где жидкая лава грозила поглотить беспомощные фигурки персонажей, которыми сейчас никто не управлял.