Ольга и Сергей Бузиновские - Тайна Воланда

эмблему Советской России, но кто придумал ее в 1918 году? На этот простой

вопрос не ответит ни одна энциклопедия мира. Не потому ли, что

«рабоче-крестьянский» символ имеет непосредственное отношение к дебюту

планетарной шахматной партии — к священной крови, пролитой на Голгофе?

Именно поэтому булгаковский мастер пишет роман о Понтии Пилате, всаднике Золотое Копье. «Понт» в переводе с греческого — «море», а

латинское слово «пилатус» — «копьеносец». И зачем-то много раз

повторяется, что он — «сын короля-звездочета»… «Король», имя которого

означает «морской копьеносец», приказал заколоть копьем Иисуса, чей знак

— рыба.

Через двадцать столетий этот символический король-рыбак встречает

свою тайную жену, которая после бала у Воланда делается кроткой и

милосердной. Маргарите и положено быть такой — по легенде, пересказанной Вольфрамом фон Эшенбахом в средневековом романе

«Парцифаль» (1200). В волшебном замке живет король-рыбак Амфортас, у

которого мучительно болит нога (!), а также женщина по имени Репанс де

Шой, что означает «не знающая гнева». Они — хранители Святого Грааля и

загадочного копья, с острия которого постоянно стекает кровь. Молодой

рыцарь Парцифаль посещает этот замок, видит эти чудесные предметы, но из

ложной скромности не спрашивает о смысле увиденного. Инициация не

состоялась. После долгих и опасных поисков Парцифаль снова находит замок

Грааля и задает свой вопрос. Король-рыбак («ловец человеков»?) сразу

выздоравливает и передает ему трон, Грааль и копье.

Роман Вольфрама фон Эшенбаха лег в основу знаменитой

оперы-мистерии немецкого композитора В. Вагнера. Не случайно музыкой

Вагнера начинается кинокомедия «Волга-Волга». В конце фильма герои

получают кубок, и это происходит на фоне знамен, увенчанных

копьеобразными наконечниками.

«Впереди чернел холм, и когда мы подошли ближе, он оказался группой

человеческих мраморных фигур, сплетенных над колоссальной чашей…». Это

— «Золотая цепь»: суденышко, пропахшее сушеной рыбой, благополучно

причаливает, юнгу ведут в чудесный дворец, возле которого он видит чашу.

Затем озябший герой пьет вино и встречает Ганувера — больного владельца

роскошного дворца. Он и есть «король-рыбак»: сказано, что дворец был

приобретен у некоего Траулера. А что мечтает купить Санди на заработанные

деньги? Рыбачий баркас!..

Сюжет «Парцифаля» воспроизведен и в булгаковском романе: «ученик»

Иван Бездомный, мечтающий написать продолжение романа мастера —

новый «король-рыбак». Булгаков заставляет Ивана «ловить консультанта», а

в эпилоге мы видим его «неизлечимо больным». Сравните с

«Понедельником…» братьев Стругацких: будущий «ученик чародеев» ловит в

колодце волшебную щуку и даже символически наследует королю — спит на

необыкновенном диване, принадлежавшем императору Рудольфу II, большому знатоку алхимии.

…На памятнике Бартини высечена сверхзвуковая амфибия, очень

похожая на наконечник гарпуна. А В.Казневский запомнил одну фотографию, висевшую в кабинете конструктора еще до войны: молодой Бартини бросает

копье. Этот снимок видели и в его квартире, — он висел рядом с

бартиниевской акварелью, изображающей человека с копьем — древнего

исполина Ра-Мега, героя киноповести «Цепь». Барон пишет о том, что Ра-Мег

первым изготовил «огромное копье» с бронзовым наконечником —

«кровь-камнем».

Оно считалось волшебным: «Огонь воплотился в кровь-камень его

копья». Сравните с красным сталактитом Стругацких («кровь-камень»!) и с

«Белым доминиканцем»: роль копья у Майринка выполняет «меч из красного

железа — „кровавого камня“»! Вспомните и ефремовских инопланетян: их

кожа отсвечивает «кроваво-красным отблеском, какой бывает на

полированном красном железняке — гематите». Прочитайте наоборот имя

бартиниевского великана: «гема Р».

36. СВЯТОЙ БАССЕЙН

Бартиниевский «кровь-камень», тестирующий «филиусов», может быть

неким единством Копья, Грааля и Философского Камня (Lapis Exillis). Эту

догадку подтверждает и Вольфрам фон Эшенбах:

"Множество доблестных рыцарей обитает здесь, в Мунсальвеше, и я могу

назвать причину, которая ими движет. Они живут ради камня самой чистой

воды в мире. Если вам он неизвестен, я назову его имя. Этот камень

называется Lapis Exillis.

Благодаря могуществу этого камня феникс умирает и возрождается из

пепла. При этом он теряет свое оперение, с тем, чтобы затем обрести новое, такое же прекрасное и яркое. Такую же власть камень дает и человеку, позволяя ему вновь обрести молодость. Камень этот также называется

Граалем.

Сегодня — день Святой Пятницы, и мы ожидаем голубку, посланную

небесами. Она несет маленькую белую гостию, чтобы положить ее на камень.

Слушайте же теперь, как узнаются избранные Граалем. На каждой грани

камня появляются буквы, складывающиеся в имя того или той, кто должен

совершить священное путешествие, а также имя его или ее потомков. Никто

не должен стирать надпись, поскольку имя исчезает тотчас после того, как

оно прочитано".

Бал Воланда происходит в пятницу. Прилетевшая Маргарита — «гостья»

— стоит, опираясь на аметистовую колонку, и страдает от нестерпимой боли: гостия на камне, символическая жертва. Ее возлюбленному напомнили

забытое имя («А ваш роман, Пилат?»). Затем их отправили в «священное

путешествие», — как было обещано в «Парцифале».

В нескольких повестях Стругацких появляется загадочная и совершенно

не связанная с сюжетом научная дисциплина — «реализация абстракций

Парсиваля». Она трижды упоминается в «Волнах…» — там. где ищут

сверхчеловеков. Их выявляют по наличию «зубца Т» — копьеобразного

скачка ментограммы. А вот какую аппаратуру земляне установили на планете

Торманс («Час Быка»): «В проходе между двух деревьев устроили

дополнительное поле, пропускающее только людей с определенным уровнем

возбуждения зубцов К и отбрасывающее всех других». «Зубец К» —

наконечник копья? Ефремовский «диссектор психосущности» находился

неподалеку от столицы и тестировал тех, кто желал приобщиться к высшему

знанию.

…Многие признаки говорят о том, что в послевоенные годы

напряженность поля резко упала. Очевидно, «Детонатор» переместили

подальше от Дубны, скорее всего — в Москву. Где же он находился? Это