Сергей Лексутов - Вольные Астронавты

Однако Ареф ловко обогнул Зотика, и помахал перед носом швейцара десяткой галларов. Швейцар мгновенно замер, будто попал под взгляд венерианского удава. В следующую секунду купюра, будто сама собой вспорхнула из пальцев Арефа, и угнездилась в кармане кителя, а сам швейцар уже с поклоном открывал массивную дверь перед Арефом.

— У меня уже все в башке перемешалось… — обескуражено протянул Зотик. — Все окружающее так похоже на Нейтральную зону, но нравы…

— Нравы тут, действительно, специфические, — весело проговорил Ареф, с независимым видом шагая рядом с Зотиком через прохладный холл. — Я кое-чего прочитал про Апейрон. Правительство усиленно накачивает население страхом, будто инопланетники спят и видят, как бы захватить Апейрон, а его население поработить. Одновременно всячески взращивается комплекс превосходства, будто сами инопланетники живут, как свиньи, в условиях жесточайшего рабства. В подтверждение этого тайные агенты проникают в биотроны Земли, снимают фильмы о жизни сельскохозяйственных рабочих и подвальных крыс. Все это преподносится так, будто все земляне живут подобным образом, за исключением кучки толстопузых олигархов. Вот поэтому всякая мелкая шваль и стремится нахамить приезжему. Но стоит достать галлары, как отношение круто меняется. Ведь за галлары тут можно купить все, даже то, чего никогда в продаже не было. Однако следующий холуй обязательно будет тебе хамить, пока и его не задобришь галларами…

— Я, пожалуй, долго тут не продержусь, — грустно сказал Зотик.

— Ну, дак ты хоть молчи, предоставь все мне. А то я гляжу, терпение у тебя, и правда, на исходе.

— Да как тут промолчишь, когда всякая разная встречная поперечная мелкая шваль норовит в рожу харкнуть! Знаешь, что, прежде всего, поражает людей, впервые приехавших в Нейтральную зону? Это поразительная вежливость и предупредительность ее жителей.

— Еще бы! — Ареф ухмыльнулся. — За косой взгляд можно разряд получить, или нож в брюхо… Ты, это, того… Руки-то не распускай. Тут же нет Нейтральной зоны. И орбитальных станций техобслуживания с правом экстерриториальности тоже нет. Так что, силовой прорыв тут несколько затруднен…

— Но тут же на орбитах крутятся частные станции! И принадлежат они вовсе не гражданам Апейрона.

— Ага, крутятся. И принадлежат они всяким инопланетникам, не имеющим никаких прав. У них есть лишь одна обязанность: платить налоги галларами. Но доходы от этих станций таковы, что владельцы мирятся и с непомерными налогами. Основные доходы ведь теневые…

В баре ресторана было чинно и благопристойно. При виде Арефа физиономия бармена начала странно деформироваться, будто пыталась принять сразу несколько выражений, из бармена к тому же, явно мучительно, лезли несколько фраз одновременно. Однако он нашел в себе силы промолчать, потому как сразу сообразил, что швейцар попросту не пропустил бы посетителей без галларов.

Зотик уселся на табурет, обронил лениво:

— У вас есть хорошее вино?

— Разумеется.

Бармен выставил на стойку два высоких стакана, достал бутылку с блеклой бумажной этикеткой, налил стаканы. Зотик взял стакан, поднес к носу, шибануло явственным сивушно дрожжевым духом

— Это что, вино?! — изумленно спросил Зотик.

— Разумеется! — с достоинством изрек бармен. — Восемьдесят рублей бутылка.

— Да в России такое вино даже самая последняя подвальная крыса мегаполиса пить не станет!

Бармен вдруг побледнел, зыркнул по сторонам, успокаивающе зашептал:

— Тихо, тихо… За такие слова вас могут запросто упечь… Пришьют враждебную пропаганду… Да и меня заодно, за то, что слушал…

Тут встрял Ареф:

— Послушайте, уважаемый, вы разве не видите, что я несовершеннолетний? Почему вино наливаете?

Лицо бармена перекосилось в плаксивой гримасе, он жалобно заныл:

— Господа, я вас умоляю! Пожалуйста, потише…

— Хорошо, будь по-твоему, помолчим… — смягчился Зотик. — Надеюсь, кухня у вас не отдает тухлятиной, как вино сивухой?

Бармен тихонько взвыл:

— Да вам уже можно пришить идеологическую диверсию, и отправить на урановые рудники бессрочно…

Зотик бросил на стойку сотенную, обронил:

— Сдачу можешь сдать рублями…

Сотенная исчезла, бармен воровато огляделся по сторонам. Можно было ручаться, что выручку он сдаст только рублями.

— Смешно мне смотреть на вас… — ухмыльнулся Зотик, встал и пошел в зал ресторана.

Огромный, представительный, как королевский пингвин, метрдотель преградил путь, лениво изрек:

— Наше заведение только для взрослых.

Зотик, давший себе зарок больше не расходовать понапрасну "цветы своей селезенки", вежливо представился:

— Капитан Зотик и штурман Ареф. Мы бы хотели пообедать…

Метрдотель слегка смешался, однако непреклонно проговорил:

— У нас имеется отдельный детский зал.

Зотик, подпустив металла в голос, повторил:

— Мы со штурманом желаем пообедать!

— Я понял. Только не вижу вашего штурмана…

— Он перед вами! — прорычал Зотик, теряя терпение.

При этом его взгляд стал таким, что Арефу показалось: сейчас белый фрак метрдотеля задымится. Однако до того, наконец, дошло, что лучше получить галлары с инопланетников, чем битый час просидеть с полицией за составлением протокола, и он повел вольных астронавтов вглубь зала.

Видимо специально для инопланетников название каждого блюда в меню сопровождалось краткой аннотацией мелким шрифтом; из чего состоит и как готовится. Сделав заказ, вольные астронавты отправились в туалет помыть руки.

Туалет был даже грязнее, чем в салуне Грелли. Зотик, порядком отвыкший от грязи в стерильном комфорте своего Корабля, покрутил носом, однако подошел к раковине, пустил воду. Рыжая от ржавчины, воняющая хлором жижа ударила в грязную раковину. На Земле уже несколько веков воду обеззараживали ультрафиолетом или серебрением, а тут применялась совершенно дикая, умопомрачительно древняя технология обработки воды. Зотик вздохнул, и нерешительно подставил руки под тепловатую струю. В конце концов, он даже решился умыться; все ж таки за полдня под палящим светилом и руки, и лицо покрылись корочкой грязи от пыли с потом.

Зотик не сразу сообразил, что за спиной его кто-то стоит, правда, не вплотную, а метрах в двух сбоку. Не подав виду, что почувствовал присутствие чужого, он потянул бумажное полотенце из рулона, висящего на стене, одновременно готовясь к защите. Ареф безмятежно плескался, громко фыркая. Вода, отравленная хлором, его ничуть не пугала. Как бы ненароком развернувшись на четверть оборота, Зотик увидел человека, стоящего у дверей во второе отделение туалета. Одет он был, как местный докер и на руке не было «визы». Однако в руке он держал маленькую коробочку, в которой Зотик моментально опознал довольно современную глушилку. Глаза субъекта умоляюще смотрели на Зотика. Да и всей своей униженной фигурой он напоминал голодную собаку, выпрашивающую кусочек колбасы.