Сергей Синякин - Поле брани для павших

- Забирайте, - сказал он. - Мы уже закончили.

Бойцы откровенно глазели на стройные длинные и голые ноги валькирий.

- Я же приказал вести наблюдение вокруг, - сказал особист. - Пацаны... Набрали вас на нашу голову.

Он сложил в планшетку жетоны погибших и огляделся.

- Городько, - позвал он лейтенанта. - Замену погибшим подготовили?

- Сейчас из резерва подтянутся, - сказал из темноты лейтенант.

- Давай быстрее, - приказал особист. - Мне их еще проинструктировать надо.

В темном небе что-то захлопало. Хлопанье это приближалось.

Казалось, что сотня просохших простынь шумно плескалась на ветру.

- Гарпии, - встревоженно сказал особист. - Лейтенант, объяви боевую готовность, к нам гости пожаловали...

Он не договорил, потому что из темноты на окоп рванулось сразу десятка полтора оскаленных волчьих морд, и все сразу сплелось в жестокую кровавую схватку. Затрещали выстрелы, послышалось рычание и вой, крики, предсмертные вопли, хрип и матерщина. На Сашку бросился огромный серый волк с подпалинами на выпуклом лбу. На спине у него, вцепившись в шкуру крошечными лапками, сидело странное существо, напоминающее хорька или ласку. Крестик вдруг больно впился в тело, он обжигал, и Иванов понял, что это и есть- тот самый мигунец, которого упоминал особист. Уклонившись от броска волкодлака, Иванов успел схватить мигунца за мягкий загривок, и мигунец вдруг заверещал так пронзительно, что бой в окопе на несколько мгновений прекратился. Люди и волкодлаки уставились на мигунца, который сучил лапками и продолжал верещать.

Паузой воспользовался особист, успевший сорвать с пояса свое странное оружие. Окоп заполнился паром, жутко завыли волкодлаки, и через несколько секунд все кончилось - вместо зубастых хищников на дне окопа билось около десятка человеческих тел, с которых клочьями ползли волчьи шкуры.

- Бей их! - закричал особист отчаянно, но никого подгонять было не надо, ножи сделали свое дело и отомстили за погибших.

Особист осторожно приблизился к Иванову и перехватил у него мигунца. При виде особиста мигунец замолчал и обвис у него в руке, слабо подергивая лапками и вращая круглыми, как у лемура, глазами.

- Ловко ты его, - сказал особист. - Ничего не скажешь... Сам догадался или вычитал где?

- Машинально все вышло, - признался Иванов, чувствуя, как медленно покидает тело нервная дрожь.

Рядом опять захлопали крылья, заставив бойцов настороженно поднять глаза. К счастью, это прилетела валькирия.

Выглядела она жутковато. Левое бедро было исполосовано чудовищными когтями, лицо залито кровью, в прорехах молочно светились высокие соблазнительные груди. Молча оглядев солдат, валькирия подхватила сразу нескольких убитых и взмыла в темноту.

- Это гарпии ее так, - сказал кто-то из солдат.

- Да уж, - подхватил второй. - Бабы дерутся, мужикам делать нечего.

И в это время в окоп начали прыгать бойцы из резерва. Они еще не участвовали в боях, а потому с ужасом смотрели на окровавленные останки.

- Лейтенант, - сказал особист. - Ты все понял?

- Так точно, - выступил из темноты Городько.

- Вот и отлично. Значит, проинструктируешь их сам. А этого... - Особист указал на Иванова. - Этого я с собой заберу.

Приказы начальников не обсуждаются.

- Держи. - Особист сунул Иванову плененного мигунца. - У тебя сидор есть? Смотри только, чтобы не сбежал.

- А он ничего не сделает? - осторожно поинтересовался Сашка.

- Теперь ничего, - сказал особист. - Я на него заклятие наложил.

Он усмехнулся, еще раз оглядел Иванова и сказал:

- Ну что, давай знакомиться, разведка? Майор Фролов. Лев Иванович меня зовут.

- Рядовой Иванов Александр, - представился и Сашка. - Только я не разведка, я из истребительной роты.

- Был из истребительной, - поправил его особист. - Теперь ты в разведке будешь служить. И никогда об этом не забывай, рядовой Иванов. Ты же десантник?

- Так точно, - сказал Иванов.

- Значит, и разведчик из тебя получится, - засмеялся особист. - У меня глаз наметанный, я до Святой инквизиции в ФСБ служил.

16

Земля была похожа на огромный мяч, сшитый из разноцветных лоскутов. Дымка облаков окружала ее, и при виде планеты Александр Иванов испытал чувства, доступные лишь страннику, который после долгих и томительных скитаний увидел вдруг дым из очага родного дома. Рядом с несущейся вокруг Солнца Землей светился желтый полумесяц Луны, остальная поверхность спутника лишь угадывалась в космическом мраке.

Пространство вблизи Земли было забито диковинными металлическими конструкциями, в которые по мере приближения превращались поблескивающие звездочки.

- Но нам объяснили, что после Битвы Земля стала необитаема, пробормотал Александр, жадно разглядывая родную планету.

- Это доказывает лишь то, что мы говорили тебе правду, - отозвался Элизар.

Они сделали виток вокруг Земли. Не было сомнений, что она была населена. Прежних городов и селений не было, вместо них на поверхности высились странные уродливые сооружения, лишь отдаленно напоминающие небоскребы.

Александр слышал странную торжественную мелодию, которая доносилась неизвестно откуда, а быть может, это звучал сам окружавший их космос.

- Ты хочешь побывать внизу? - спросил Элизар и засмеялся, потому что сам вид Иванова не давал повода для иного толкования.

Они скользнули ниже и закружились по спирали, одновременно приближаясь к поверхности Земли. Еще задолго до приземления Александр увидел парящие в голубом пространстве точки и скорее сначала догадался, а потом понял, что они собой представляют, - в небе парили серафимы. Но только ли они?

- Нет, - сказал Элизар. - На Земле теперь живут серафимы и керубы. Разве Зита не рассказывала тебе?

- Почему?

Элизар замялся.

- Я не философ, - уклончиво сказал он, - Я боец. Я должен показать тебе правду, все остальное ты узнаешь от Зиты.

- Пока я знаю только вас двоих, - задумчиво сказал Александр.

- Ну, милый, - хмыкнул Ангел. - Многого требуешь от меня. Мы к этому шли без малого две тысячи лет, а ты и в Бессмертных-то ходишь недолго!

- Ты мне не доверяешь? - удивился Иванов.

- Я тебе доверяю, - сказал Элизар. - Но я тоже связан клятвами. Ты меня понимаешь?

- Нет, - покачал головой человек. Ангел распахнул крылья так же естественно, как человек разводит руками, и ничего больше не сказал. Под ними мелькали знакомые места.

- Опустись, - попросил Александр.

В его омуте, густо поросшем желтыми кувшинками и белыми лилиями, безмятежно переговариваясь друг с другом, ловили рыбу Ангел и Дьявол. Они были похожи друг на друга, различал их лишь цвет, а не разногласия и не философские понятия Добра и Зла. Александр ощутил ярость, но сдержался.