Владимир Аренев - Паломничество жонглера (фрагмент)

- Действительно, ветер.

"Сейчас скажет: "И мне это не нравится!" ", - подумал Фриний.

- И мне это очень не нравится, - проскрипел горбун. - Откуда здесь взяться ветру, а?

- Как бы там ни было, у нас не такой уж большой выбор, - отметил чародей. - Либо стоять здесь и ждать, пока перестанет дуть, либо идти дальше.

- Но мы можем пойти либо по основному коридору, либо свернуть в одно из боковых ответвлений, - возразил Быйца. - В то, откуда подул ветер, или в то, куда он дует.

- Давайте все-таки идти прямо. - Иссканру не было страшно, но... он просто не хотел сворачивать, вот и все. Если уж на то пошло, он вообще не хотел бы больше ощущать на своем лице дыхание этого необъяснимого ветра.

- Идем прямо, - согласился Фриний. - Кстати, - добавил он чуть погодя, - предлагаю, чтобы было не так тяжело идти, пусть каждый рассказывает что-нибудь о себе. - (По мнению чародея, это было бы значительно лучше, чем монотонное "тан-тан-таран!" Иссканра, которое тот простодушно считал "мурлыканьем походного мотивчика"). - Начнет... ну, допустим, Иссканр. Согласен?

- О чем же вы хотите услышать?

- Да о чем угодно.

- Ну ладно. Вот был случай... - Он принялся рассказывать какую-то побасенку, которую обычно травил таким же, как он, наемным рубакам, но ветер, этот проклятый ветер по-прежнему тыкался в уши дразнящим пером в руках опытной девицы из дома с красным фонарем - и в памяти невольно пробуждались совсем другие события. Как охотничьи псы на матером медведе, они повисали на Иссканре и не размыкали челюстей - и он в конце концов сдался: говорил об одном, а вспоминал совсем другое...

...караван был снаряжен монастырем, но прибивались к нему и самостоятельные дельцы. Платили сколько положено, деньгами или товаром, и делили совместные тяготы нелегких дней путешествия - но и выгоду свою от такового получали.

Иссканр попал в караван случайно. Он и выжил-то случайно, если уж по-честному. Не должен был выжить - а выжил.

Матушка Шали послала его к мебельщику - узнать, почему до сих пор не выполнил заказ. В те годы Иссканр работал вышибалой в доме с красным фонарем, там же и жил. Матушка Шали, хозяйка этого почтенного заведения, утверждала, что однажды нашла его, еще младенца, в корзинке на пороге дома - и, сердце - не камень, сжалилась над орущим благим матом махоньким свертком.

С годами Иссканр стал подозревать, что на самом-то деле является отпрыском одной из матушкиных девиц, неудачно обслужившей клиента и не пожелавшей избавиться от плода в какой-нибудь из тайных лекарен. Девица (подозревал Иссканр) то ли умерла во время родов, то ли вообще вернулась в дом и до сих пор жила там, а сына отдала на попечение матушке. Та не была чрезмерно жадной или жестокой, но выгоду свою знала, и как только мальчишка чуток подрос, начала с лихвой возвращать вложенные в приемыша деньги и труды. Нет-нет, никакой работы с клиентами, матушка в этом отношении была строга и дом содержала исключительно для нормальных мужчин! - но ведь существует масса других поручений, которые по силам выполнить ребенку. Иссканр бегал на рынок за сластями для девиц, подметал, мыл полы, протирал рамы картин, подливал масло в светильники... В конце концов он стал вышибалой.

И в тот день, между прочим, выступал именно в роли вышибалы: мебельщик, похоже, по каким-то своим причинам решил потянуть с выполнением заказа, и неразумного следовало вразумить. Пока - словесно, однако не исключены были и непредвиденные неприятные варианты. Посему и послали к сквернавцу Иссканра.

С поручением он управился быстро. Мебельщик с какой-то стати решил, что о нем забудут - и был здорово удивлен визитом Иссканра; он даже сдуру принялся бормотать что-то о служителях Вездесущего Муравья, мол, а как же они, а чего ж это они...

Иссканр взял уважаемого за шкирку и тихо, с легкой приязнью в голосе пояснил: служители Вездесущего Муравья - они, конечно, хорошие парни, но заказ тебе делал наш дом, а не ихний храм. Так что хоры мямлить чушь, где стулья, батя?

Мебельщик (предварительно опущенный на ноги) повел Иссканра на склады и таки показал, что заказ есть, - и уже сегодня вечером будет доставлен в дом, не извольте беспокоиться. Мне-то чего беспокоиться, похлопал его по плечу Иссканр, это ты беспокойся.

И ушел, взяв с собой приглянувшийся стул - в качестве, так сказать, боевого трофея. Мебельщик не возражал.

Иссканр так и прошагал через весь город со стулом подмышкой... хотя нет, последнюю часть пути он пробежал, расталкивая зевак - и, словно наткнувшись на каменный забор, остановился перед домом, где прожил первые шестнадцать лет своей жизни.

Дом догорал, он уже обрушился внутрь себя и теперь сыпал искрами и исходил паром - его пытались заливать водой, но как-то вяло, через силу. Вроде, и надо, но не хочется, боязно.

Зато соседние здания спасали значительно увлеченнее: покрикивали на цепочку с ведрами, чтоб пошевеливались, молодецки ухали, отправляя очередную порцию воды в пасть огненных танцоров - и старались при этом стоять к "краснофонарному" дому спиной.

- Чего здесь случилось? - спросил Иссканр у зевак. Те, обрадованные, что есть еще кто-то, неосведомленный в происшедшем, наперебой кинулись рассказывать: это, парень, все из-за дурных прынцыпов тутошней хозяйки, борделя-то. Она, прикинь, никаких вариаций "мальчик с мальчиком" или "взрослый с дитём" не признавала, и при этом личные вкусы на профессиональный, так сказать, момент распространяла. А тут, говорят, давеча заходил к ней один... ну, как раз из этих, из мальчиколюбов. Настойчивый был, зараза. Так она его велела с лестницы спустить. А клиент оказался жрецом Вездесущего. Ясно теперь?

Теперь действительно стало все ясно. Иссканр ведь сам спускал с лестницы этого склизкого типчика, своими ушами слышал его шипящие угрозы, да только значения им не придал. Мало ли кто как хорохорится. И вообще, все в квартале знали, что у матушки Шали свой заскок на это дело - ну и если кому охота была нестандартно поразвлечься, так чапали в другое место, благо, заведений хватает. Так нет же, приспичило этому мужеложцу!..

- Жив-то хоть кто остался? - спросил у пускающих от восторга слюни (зрелище! зрелище-то какое!!!) зевак.

- Щас! Жрецы сперва там всех вырезали, кто был, а после уж подожгли. Вон Дылдук, дурья башка, бегал в горящий дом проверить - так он говорит, там крови-ищи!..

Дылдук подтвердил: кровищи немеряно. И трупаков - тоже немеряно. Было. Сейчас поди узнай кого-нить, и то если разгребешь уголья. Короче, Вездесущие в обиду себя не дали.

...Стул Иссканр продал за полцены, а то и меньше. Денег хватило на покупку самого необходимого, и он еще радовался, что пошел к мебельщику вооруженный, а то бы сейчас... Впрочем, и так пришлось несладко.