Борис Крылов - Клипп

Мы расцеловались, как будто не виделись вечность. Я похлопал его по спине:

- Знаешь, действительно очень рад тебя видеть! Только как ты меня нашел?

- А! - отмахнулся Томми, порылся в кармане, достал очки. - Дома ремонт, так что придется жить в гостинице недели две. Случайно узнал, что ты в этом номере, решил зайти.

- Спасибо. Только почему так рано? И уже навеселе?

- Да мы и не ложились...

- У меня сегодня концерт! - сообщил я. - Впервые на сцене Владислав В., журналист!

- Впервые на сцене? - удивился Томми, и еще раз: - Журналист?

- Конечно! - ответил я, не прислушиваясь к Томми. - Боб "Киндер" уговорил меня петь! Так что журналистику придется бросить! Или передать тебе права, в вечное пользование.

- Смешно, - улыбнулся Томми, - я-то считал себя единственным писакой на АМС-4... - он достал сигарету, закурил. Я удивленно посмотрел на Томми:

- Ты еще и куришь?

- Да, - улыбнулся толстячок. - когда выпью...

Несколько минут мы сидели молча.

- Значит, будешь петь? - спросил Томми, окуная хабарик в стакан с водой.

- Наверное, буду - деваться некуда.

- Что значит; наверное?! Ты должен!

- И ты туда же: должен! Должен!

- Так оно и есть. А, - он хмыкнул, - если ты чего не понимаешь, то скоро вспомнишь.

- Я в сомнении, Томми, - и пересказал ему вкратце историю с диском, разговор с Джебом, мысли прошедшей ночи. Закон Кайфуция знаешь? - спросил Томми.

- Ко-кко-го?

- Значит, не знаешь. Кайфуция, - повторил Томми. - И не путай с тем умнейшим китайцем.

- Ну, выкладывай.

- Теория, противоположная тому, что говорил Джеб. Он-то имел в виду морфий, который в зависимости от дозы может быть и лекарством, и наркотиком, и ядом. А твое искусство, твой голос, он со знаком плюс - чем больше, тем лучше. Понятно?

Я кивнул.

- Ну, я пошел, - Томми поднялся. - Теперь можно...

- А десять минут назад?

- Десять минут назад было рано. У меня, там, в номере, Гэм.

- Не один, надо полагать?

Томми кивнул и незаметно растворился. Я посидел, покачался, борясь со сном, и вновь бухнулся на постель.

Вейн и Стас сопроводили меня до Шпорт-халле. Стас помог мне подняться по лестнице: ноги отказывались слушаться.

- Ну как? - спросил Боб, встретив нас на верхней площадке.

- Маэстро желает прилечь, - улыбнулся Стае.

- Что-о? - "Киндер" сдвинул брови. - Целый день спишь и все не выспался?

Я промолчал. Меня дотащили до засценья, оставили среди нагромождений декораций.

- Отдышись, - посоветовал Войн и растворился.

Где-то рядом запел синтезатор "Кванта" - зал взревел. Я же сидел на пожарном ящике, который служил местом курения, вокруг него, изогнутые в предсмертной агонии, валялись обсосанные окурки, похожие на Джеба после вчерашнего выступления... Затрясло от зеркального отражения будущего. Вполне вероятно - и моего тоже.

Ну и город - присесть негде, сплошные символы! С невидимого потока и до пола свешивались шторы, занавески, ленты, обрывки декораций: они дрожали, покачиваясь, передвигая окурки с места на место. Я следил за ними так жалостливо, что проходивший мимо парень с двумя усилками под мышками, остановился, поставил один усилок на пол, достал пачку "Винстона", протянул мне:

- Успокойся, Влад.

- Не курю, - ответил я, мотнул головой. Но рука сама потянулась к пачке, вытащила пару сигарет. - Спасибо.

- Не волнуйся, Влад, все будет тип-топ, - улыбнулся парень.

Я достал из кармана потрепанную Его Книгу, заглянул в титульный лист... застыл. Между пальцев, сжавших сигареты, потекли струйки табака; вспомнилось старое доброе: "Взгляни на себя".

Из-за завалов декораций, стеллажей и настилов выбралась Сибилла, Сама Привлекательность. Не иначе как ее комбинезон концентрирует влажный воздух и перерабатывает его в энергию магических чар: "Киска" ошпарила меня взглядом и протянула лапку, не снимая блестящей розовой перчатки - шелковой подушечки для игл.

- Пойдем, пора, - позвала она, осторожно погладила мою руку, провела линию от локтя до плеча. Туда-обратно, еще раз, еще... Любое, даже нечаянное прикосновение ее пальцев вызывало у мужчин приподнятость, настроение тоже.

- Привет, - я выдавил улыбку.

- Так смотришь, - тихо сказала Сиби, - не узнаешь?

- Я не узнаю всех вас, я рад, что вы изменились, особенно ты, правда... Я рад, что у тебя будет ребенок.

- Да? Но, Влад, мы не изменились, - она хитро улыбнулась. - А может, ты прав, - что-то вспомнила, - потом скажу.

- Тилл У.? Один человек переворачивает гору? Невозможно.

- Уверен?

- Нет. Теперь - нет. Не уверен. Я разговаривал с Джебом...

- Зачем? - Сиби вздрогнула, засуетилась, не дала мне рассказать, - вот и попробуй. Пойдем!

Я поднялся. Сиби, из неведомых глубин ткани, выхватила расческу и ловко привела в порядок волосы: и свои, и мои.

- Пойдем, мальчик, - она обхватила меня за талию, и мы потихоньку пошли, обнявшись, но не как любовники перед неминуемостью ночи, а как брат и сестра. - Споешь для меня?

- Обязательно. И для твоего малыша...

Я ждал, что она рассмеется, догадавшись, что я раскрыл ее "тайну". Нет. Сиби ущипнула меня пониже спины и сказала: "Спасибо!". Она не кокетничала, не заигрывала, не пыталась уластить, добиться привилегий на получение внеочередного бриллиантового колье, она оставалась сама собой. Быть самим собой - самое простое или самое трудное. Играть, прикидываться, прятать истинные чувства проще, чем говорить правду.

Потихоньку-полегоньку, мы дошли до прозрачной занавеси, до последнего препятствия.

- Влад, - "Киска" приподнялась на цыпочки, зашептала, мне ни с кем и никогда не было так хорошо, как с тобой... ее глаза заблестели...

- А он? - серьезно спросил я, не из любопытства.

- Кто?

- Тилл У., конечно.

- А был ли он? - переспросила Сиби, унимая дрожь, промакивая перчаткой капельки глаз. - Разве это так важно?

Серьезно переспросила, без ехидства и злорадства, не так как вчера утром, но и без сожаления: как-буд-то-е-го-и-не-бы-ло-вовсе... Человека по имени Тилл У. Раз-ве-э-то-так-важ-но?

Главное - есть я, мои друзья, которые продвинули меня на одну клеточку вперед. Игра? Или? Вся жизнь - игра, значит надо научиться получать удовольствие от удачных ходов. И если окажется, что меня продвигают в ферзи - я согласен. Вокруг: фишки, фигурки и конфетные обертки. Влад В., не желаете еще раз облизать любимый фантик короля?

Нет, не желаю, даже фантик, не говоря о другом, большем. Пусть мне в тягость навязчивая заботливость "Континуума", но это... Стоп, Влад! Ты долго еще собираешься думать? Да или нет? Нельзя стоять на нейтральной полосе. Нельзя предать. Значит, все предрешено.

- Ну, я пошел...

- Мы надеемся на тебя, - Сибилла чмокнула меня в щеку. Умм! За три дня - ни одного нормального поцелуя! Крепкого и задиристого, чтобы душа в пятки.