Борис Крылов - Клипп

- Очень интересует, - засуетился я. - Но мои ребята увиливают от разговоров.

- Хорошо, Влад, я расскажу. Но для начала опорожню банку пива.

Кэтрин открыла четыре банки. Кесс отказалась, я взял одну, Джеб - две. Он присосался, как новорожденный к груди матери, глотая с упоением, и оторвался, опустошив жестянку.

- О! Теперь порядок, - он посмотрел на Кесе. - Девушка не станет лишний раз трепать языком?

Кнессия промолчала.

- Значит, не станет. Хорошо, - кивнул Джеб. - По моим подсчетам таких дисков не менее семнадцати. Ты не в курсе?

Я покачал головой - откуда мне знать. Джеббер отхлебнул из второй банки:

- Первый диск достался Тиллу У. Второй - мне, - еще глоток. - Точно знаю, что есть у Большого Ролли, у Манфреда из "Базуки", у Лео Стринджера, у "Зануды" Патрика, у Блэка " Киллерфилда"...

- Но ведь он!

- Ага, Влад, догадываешься, чем пахнут эти игрушки?! Беспорядки в городе - и его рук дело. Вернее, усилителя и его луженого горла. Та-ак, - Джеб задумался, - сразу три хапнули "Боггерти, Кристон и Полански". Они свихнулись - я предупреждал - на первой же репетиции, вместе с техкомандой... Их отправили в психушку, а усилители исчезли. Куда? Не знаю. Как и то, где остальные семь, если только семь...

- Один у меня, - похвастался я.

- Э-э, парень, твой не в счет.

- Почему?

- Твой - оригинал. А наши, остальные, - копии. Так что ты, Влад, подумай, стоит ли ввязываться...

- Стоит ли? - переспросил я, - но у меня может получиться!

- Начиная верить в волшебное зелье, не знаешь, что получится, - усмехнулся Джоб. - А если чудище о трех головах? Подумай, парень. Брось все. Уезжай обратно в Антарктиду, пиши снежные опусы, ведь ты журналист? Или, в Гренландию. Бери в охапку девушку и сматывай... Все не так просто.

Я следил за реакцией Кнессии, она спокойно слушала сбивчивые фразы Джеба, без эмоций концерта.

- Уже лучше, - Джеб потянулся за полотенцем, насухо вытер лицо, шею, плечи, грудь, - выпиваю пару банок пива и трезвею. Мысли проясняются... Ты наверное не знаешь, Влад, но я окончил биохимический факультет Университета. Пытался преподавать. Неудачно. Но журналы просматриваю до сих пор. Может, один я отдаю себе отчет в том, что происходит, что мы делаем с людьми. Реальная картина процесса... - Джеб неспешно рассказывал, при этом старательно скреб ногтями волосатый живот, - столь проста, почти банальна.

- Что?

- С помощью дисков мы воздействуем не только на эмоциональную сферу, вернее, действие на органы чувств опосредовано влиянием биохимических сдвигов в организме. Диски способствуют выделению эндорфинов, различных нейропептидов, производных бензедрина, гаммалона и бог знает чего еще. То есть, возникновению комплекса ощущений, наслаивающихся на адекватное восприятие слов, музыки, световых эффектов...

- Джеб, остановись, - попросила Кэтрин.

- Эти вещества оказывают дополнительное психостимулирующее или же наркотическое действие. Диски способны заставить человека покончить с собой или поднять его психические возможности до вершин интеллекта. Или - принудить людей маршировать строем: "Раз-два левой..."

Джеб замолчал. Кэтрин тут же встала, открыла для него еще одну банку пива. Я наблюдал за Джеббером, вспоминая его на сцене, перевоплотившегося, и сравнивал с повседневным, уставшим от многочисленных выступлений человеком сорока с хвостиком лет, замученного героя своей собственной песни:

"Скованные одной цепью,

Связанные одной целью".

- Плохо выгляжу? - кисло спросил Джеб, облизнув губы.

- Неважно, - сознался я.

- Ты тоже, - ответил он, любезностью на любезность.

- Побриться забыл, - я провел пальцами по подбородку, шершавому, как терка.

- Теперь поздно, - усмехнулся Джеб.

- Да?

- Не брейся перед выступлением, мои тебе совет.

- Ладно, - согласился я, - но ты не сказал, не объяснил...

- Неужели ты не понял?! - разозлился Джеб.

- Понять-то я понял, мне интересна твоя позиция.

- Какая к черту позиция, если мы, ты, я, с помощью усилителей можем управлять людьми, как заводными куклами; вот послушай внимательно: Я МОГУ ТОБОЙ УПРАВЛЯТЬ! Вникни в конечный смысл! Страшно?

Я не ответил.

- А мне страшно! Страшно осознавать себя носителем дьявольской силы! Первое: Я Могу! Второе: Я Могу Многое! Третье: Я Могу Почти Все! Значит, как вывод: Я ВСЕМОГУЩ!

- И тебе страшно?

- Страшно любому из нас - если есть совесть. Если ее нет - смертельно опасно для окружающих.

- Но! Ведь ты усиливаешь положительные эмоции!

- Тоже не сахар. Я, владелец усилителя, выбираю одно из двух: либо поднимаюсь в кресло вождя-диктатора, что бесперспективно и неизменно ведет к пропасти, либо встаю на путь Мессии, а значит - прибиваю себя к кресту. Оба пути гибельны.

- А если петь в пол-силы? В четверть?

- Тогда не достигнешь цели.

- Цели?

- Власти!

- Но я к ней не стремлюсь!

- Теоретически - да, но на практике...

- На практике ты поешь одно, а говоришь другое. Ко всему - от власти можно отказаться.

- От власти не отказываются! К ней стремятся, ее добиваются, заигрывают с ней. Но не отказываются!

- А ты?

- Я - другое дело. Я давно прошел все круги усилителя.

- А Тилл У.? - спросил я и задумался: "Тилл У. ушел... Почему? Почувствовал, что начинает принуждать людей, подчинять их своей воле? Или?"

- Нет правил без исключений, - парировал Джеб.

- Ты ошибаешься в своих рассуждениях. Но в чем - не могу пока ответить. Сначала надо пройти эти круги, а потом...

- Потом может не быть, Влад. И я не ошибаюсь. Если выкладываться полностью - третьего пути нет.

- Третий путь есть! И ты идешь по нему!

- Нет! - глаза Джеба вспыхнули: два угля адова костра, Мерзко! Мерзко, когда начинаешь терять самого себя. В Зале тысячи. Можно поднять их одним взмахом руки. Поднять и повести.

- Куда? - спросила Кесс. И Джеб, и я повернулись на звук женского голоса, так неожиданно он прозвучал; мы забыли, что нас четверо...

- Куда пожелает Владислав, - ухмыльнулся Джеб.

- Но я должен. Если чувствую, что могу, значит должен!

- Попробуй, парень, если чувствуешь. Совет - одно, запрет - совсем другое. Сам привязан к сцене.

- Мог бы - запретил?

Джеб кивнул.

- А где остальные усилители? - вспомнил я.

- Во-от, - протянул Джеб, выпучив глаза, - вопрос вопросов. Хорошо, если того мужика и впрямь пристукнули после семнадцатого усилителя. А если нет? А если его спрятали глубоко и надолго? Думаешь, обязательно петь? Разве нельзя говорить: тихим вкрадчивым голосом, заставляя верить, заставляя подниматься и идти на штурм высоток, а их бессчетное множество на дороге ко всеобщей победе мудизма, а?

- Так уж все и можно?! - я покачал головой.

- Можно вес! закричал Джеб. - Рвущегося к власти не остановит никакая сила! Он продолжит битву, даже потерпев полное поражение, - Джеб вздрогнул, лицо побледнело.