Вадим Охотников - Наследники лаборанта Синявина

Однако позади вдруг раздался немного сиплый голос:

— Эй, ребята!

Мальчики остановились и оглянулись.

— Подойдите-ка сюда. Есть дело, — откашлявшись, угрюмо проговорил небритый.

— А что вам нужно, дядя? — робко спросил Петя, не двигаясь с места.

Человек медленно стал приближаться к ребятам.

— Да так, ничего особенного… — сказал он, подозрительно осматривая Петю. — Ты где живешь? Здешний? — спросил он, как показалось Пете, зловещим тоном и протянул руку к планке от стола, которую Петя держал под мышкой.

— Я… да… нет, собственно, мы тут к одной девочке пришли… в гости, — заволновался Петя.

— Так, та-а-ак… — угрюмо протянул незнакомец, забирая планку с резными украшениями. — А это откуда?

— Не знаем!.. Честное слово, не знаем!.. Нашли вот тут, недалеко… — дрожащим голосом почему-то начал врать Петя.

— Ага… Значит, нашли… Так, та-а-ак… Недалеко, говорите?

— Вы, может быть, думаете, что мы ищем чего-нибудь? — жалким голосом вдруг пробормотал Петя.

— Чего? — строго переспросил незнакомец.

— Ну может быть, вы думаете… — начал было Петя, но Валя дернул его за рукав, и он осекся на полуслове, не окончив фразы.

— От чего эта планка, мне хорошо известно, — продолжал сурово незнакомец. — Раз вы заявляете мне, что нашли, то я заявляю вам, что как раз ее ищу. Так что разрешите взять? В претензии не будете?

Не дождавшись ответа от оторопевших ребят, небритый человек молча повернулся и направился к своим воротам, унося драгоценную планку.

— Это он… это один из бандитов… антикваров, которые украли стол. Наверно, самый главный, — дрожащим от волнения голосом говорил Петя, когда ребята торопливо шли по улице, направляясь к даче Валиной бабушки. — Пусть бабушка поскорее позовет милицию, если Сергей не успел еще заявить! Все-таки мы сделали большое дело, обнаружив место, где скрывается этот бандит. Правда, ребята?

Ребята шли молча, на Петину речь никто не откликнулся.

— Я хорошо заметил, где он живет! — продолжал Петя. — Правда, все получилось здорово? Теперь уж они никуда от нас не уйдут. Я считаю, что нам просто повезло!

Но восторга начальника экспедиции, никто не разделял.

— «Здорово»! «Повезло»! — передразнил Ваня мрачно. — Эх, ты!

— Действительно, Петя… некрасиво получилось. — добавил Валя. — Зачем же ты ему планку отдал? Теперь у нас вообще ничего от стола не осталось. Разве у этого типа ее отнимешь?

— А насчет бандитов — это все твои фантазии.

— Конечно, а тут дело серьезное — не игра.

— А вы тоже хороши! Стояли как в рот воды набрали! Что же я, по-вашему, один должен был с ним драться? — защищался любитель приключений.

Только одна Кудла бежала рядом смирным и совершенно безразличным видом. Красную косынку Маши она давно уже где-то потеряла. Она и не подозревала, что встреча с незнакомым небритым человеком кончилась для ее друзей так плачевно.

Глава восьмая

В бой вступают серьезные силы

Сергей Синявин и Николай Карцев торопливо вошли в кабинет начальника Красильниковского отделения милиции. За письменным столом сидел человек среднего роста в милицейской форме.

— Садитесь, товарищи! Что скажете? — проговорил начальник, продолжая быстро что-то строчить в блокноте длинным, остро заточенным карандашом.

— У нас очень важное дело! Очень важное! — отчеканил Сергей, присаживаясь на краешек заскрипевшего под ним стула.

Начальник мельком взглянул на посетителей и тотчас же снова принялся быстро писать.

— Я слушаю вас. Говорите! — бросил он.

— Товарищ начальник! Ведь я же объяснил вам, что дело у нас не личное какое-нибудь. Я попросил бы вас отнестись к нам более внимательно… — немного обиженно сказал Сергей.

— А вы не беспокойтесь, товарищ, я слушаю внимательно, — и на этот раз не отрываясь от блокнота, сказал начальник.

— Из сарая моей бабушки украден старый письменный стол… — сердито и громко проговорил Сергей, поднимаясь со своего места.

— Понятно… Украден… — машинально повторил начальник, внимательно просматривая исписанную им страницу.

— Старый, почти развалившийся и никому не нужный! — все так же громко добавил Сергей.

Удивленный таким заявлением, начальник отделения оторвался наконец от своих бумаг.

— Никому не нужный, говорите? Так зачем же его красть? — спросил он.

— У меня был прадедушка… — начал было Сергей, но задержался, видимо собираясь с мыслями.

— Это у каждого был, — нетерпеливо заметил начальник отделения, пододвигая блокнот.

— Товарищ начальник! — забасил Николай. — В этом столе находились документы!

— Очень важные для меня лично и вообще… Так сказать, невзирая на ветхость стола… и даже на то, что он простоял в сарае без всякого употребления много лет, эти документы лично мне крайне необходимы… вот, послушайте! — взволнованно начал Сергей.

Начальник снял телефонную трубку и начал набирать номер.

— Сергиенко, это ты? — закричал он. — Что, что?.. Так… Так… Не был говоришь?.. Ясно… Ясно… Да подожди ты! Я тебе позвонил по другому делу… — начальник повернул трубку так, что она, продолжая находиться возле уха, приняла горизонтальное положение, и обратился к посетителям: — Побыстрее говорите свой адрес и приметы стола…

Сергей вышел из кабинета начальника милиции совершенно неудовлетворенный. Ему казалось, что история с похищением стола должна необычайно обеспокоить и взволновать решительно всех. Что именно должны были делать эти взволнованные и обеспокоенные люди, Сергей не представлял, но то, как спокойно отнесся к этому, например, начальник милиции, казалось ему недопустимым.

А мама? Она отнеслась к сообщению об исчезновении стола совершенно без всякого волнения. Конечно, Сергей и не ждал, что она упадет в обморок или начнет метаться по комнате, но так, без малейшей доли хотя бы какого-нибудь испуга сказать, что тут, по-видимому, какое-то недоразумение, — это, знаете, тоже не дело.

Бабушке еще можно было простить: как ни бился Сергей, приехавший вместе с Николаем рано утром на дачу, старушка спокойно утверждала одно и то же:

— Отправила к вам с человеком, которого вы сами прислали. С него и спрашивайте.

Когда бабушка после пятиминутного разговора, по своему обыкновению, устала и от нее уже ничего нельзя было добиться, Сергей и Николай отправились в поселковое отделение милиции.

Сергею казалось, что тут-то уж сразу поймут всю необычайную важность происшествия и примут немедленно самые решительные и эффективные меры.