Сергей Радин - Падающий

… Я вскочил с дивана с придушенным криком. И тут же вцепился зубами в палец: не разбудить бы Серену. Висок болел невыносимо, чуть не до слёз. Ничего не соображая, я побрёл к зеркалу. Включил торшер. Ничего в стекле не увидел, но пальцами нащупал растущую на виске опухоль. С совершенно пустой от боли головой всё же сообразил пойти на кухню и взять из холодильника приготовленный для коктейлей лёд.

В общем, когда сладко зевающая Серена появилась на пороге в кухню, на мокром мне красовалась мокрая от тающего льда чалма из полотенца. Впрочем, смех моей девушки был так заразителен, что оттаял и я: Серена решила, что я врезался виском в мебель во время любовных игр.

6.

Серена начала подготовку к походу на работу с посещения душа. По прошлым её приходам зная, что она там пробудет достаточно долго, я в первые секунды растерялся. Присел у двери в ванную и стал размышлять. А ведь Серена беззащитна перед теми мерзавцами, которые начали всю эту заваруху… Однажды она придёт, а они здесь… Или мы придём, а они здесь. Моя женщина беззащитна… Мои ноздри раздулись от еле сдерживаемой ярости, а рука, безвольно провисшая было с колена, вдруг растопырила пальцы. Лапа сжалась - и выпустила когти… Потрясённый, я вглядывался в длинные царапины на пластике пола. "Ну и? - словно спросил кто-то ледяным тоном. - И что ты собираешься делать?"

Вода лилась с успокаивающим плеском. Я встал, огляделся… Через минуту я уже знал, что сделаю и как это сделаю. Пока Серена наслаждалась под душем, я убрал все защитные ловушки, придуманные вчера, и хорошенько упаковал их в коробку. Итак, на сегодня у меня две задачи. Аптека. И - встреча с двумя незнакомцами, решительно не желающими представляться, но так же решительно лезущими в мою жизнь. Невоспитанные хамы, которых надо поучить манерам. Я медленно улыбнулся.

Выходя, я прихватил коробку с защитой и сигнализацией (боялся - найдут, сообразят, в чём дело, будут настороже), и Серена улыбнулась мне и ей: решила, что там сломанные вчера вещи, которые нельзя поместить в мусоросборник для утилизации. А ещё я закрыл дверь не как обычно на два замка, а на один, самый хлипкий… Она даже помогла донести до мусорного контейнера пакет с вещами, не уместившимися в коробку. Отксерокопированный лист со списком лекарств я сжёг раньше. Тем парням, Арнольду и Мирону, необязательно знать о свойствах моей памяти.

Мы уговорились доехать до работы вместе, но зайти в здание по одному. Преимущество первого входа получила, естественно, Серена. И я с минуту любовался, как легко и радостно она торопится в наше здание: ветерок, взлетающие волосы, лёгкая длинная юбка и мягкая блузка, влюблённо обтягивающая её грудь, туфельки на высоких каблуках, на которых она бегает, как шаловливая девчонка, - гордо смотрел, как оборачиваются ей вслед незнакомые люди и улыбаются. Какая женщина… Теперь и навсегда моя. Никого другого в её жизни… Она сама сказала. Я - верю.

А я пока заскочил в магазин мелочей купить кое-что из продуманного утром. А заодно присмотреться к аптечному пункту здесь же. Нет, этот под мои цели не подходил. Он располагался внутри здания отдельным ларьком, и продавали в нём лишь самое необходимое, что нужно человеку лишь на данный момент: аспирин, капли какие-нибудь, пластыри, лёгкое обезболивающее, от несварения и прочая, что можно взять без рецепта. Мне же нужна аптека, где продают лекарства посерьёзней. Придётся всё-таки хорошенько приглядеться к аптеке в доме-квартале напротив нашего дома. Кажется, её подсобное помещение точно выходит на отвесную стену. Для меня - идеальный вариант.

На рабочем месте я обнаружил интересную вещь: обычно в работе с компьютером я достаточно неуклюж, но сегодня… Я так барабанил по клавишам, что примчались удивлённые Фрик и Микки. Оба привычно уселись на обоих концах моего стола.

- Ну ты гигант! - пробасил Микки, озадаченно поглаживая роскошную рыжую бороду. - Всё-таки решился сходить на курсы скорописи?

- Там так быстро ставят пальцы? - не поверил вечно печальный Фрик. Его длинноносая вытянутая физиономия, да ещё в обрамлении длинных чёрных патл, сейчас казалась ещё печальнее. Романтические дамы клевали на такую физию, но не девочки с нашего этажа: чем отчаяннее Фрик страдает от похмелья, тем выглядит печальнее.

- Дома тренируюсь, - сказал я. И добавил, чтобы не зацикливались на странной для меня скорости письма: - Вы считаете, я печатаю быстро?

- Прибедняешься? - даже обиделся Микки.

- Да нет. Просто очень уж много делаю помарок - опечаток, например.

- А-а, тогда ладно, - успокоились оба. Опечатки - это уже не аномалия.

Неразлучная парочка напомнила мне, что обед - время священное, и удалилась священнодействовать.

Загрузили - и смылись. Черти… Я-то сначала не обратил внимания, как печатаю. А теперь думай. И пришла такая странная мысль: а вдруг всё, что я знаю о себе, - всего лишь внушённые воспоминания? Вдруг у меня никогда не было безмятежного детства, о котором я почему-то помню?.. Чтобы не психовать попусту, я открыл свою электронную почту. Вот адреса папы и мамы, вот адрес одноклассника из нашего дома, с которым мы вместе ходили в школу, вот адреса двух моих однокашников из университета. Переписываемся давно, да и встречаемся время от времени. А вдруг все эти люди до недавнего времени не знали меня, и в них тоже вложены гипновоспоминания? Как проверить, где настоящее, а где внушённое?

Когда я докатился до убеждения, что мне снится не просто красноглазый тип, а я сам, каким был недавно, звякнул звонок. Серена.

- Милый, - заговорщически негромко сказала она, и я почувствовал, как неудержимо расплываюсь в улыбке. - Я сегодня не приду. Завтра - День матери, и я обещала маме быть у неё. Да и ты, наверное, тоже. Так что…

- О, - спохватился я, - я и забыл! Жаль, конечно, сегодняшнего-завтрашнего дня, но ведь послезавтра мы увидимся снова? Или как?

Она немного посердилась на меня за мою неуверенность, но затем растаяла. В общем, мы расстались в предвкушении новой встречи. Но едва я сунул мобильник в подставку, меня немедленно бросило в жар: всё одно к одному! Вечером и ночью Серены не будет, а тем временем я управлюсь со всеми животрепещущими на сейчас проблемами. Забыв об обеденном перерыве, я быстро поискал в инете способы "успокоения" человека, не оставляющие на нём следов. Слова "способы" торчали передо мной, выделенные и яркие. Такие яркие, что буквально били в глаза… Я резко откинулся на спинку стула. Хватит искать. Я знаю, что сделать, чтобы отключить человека. И умею. И это не игла с наркотиком, не удар кулака, не газ в лицо - следов на коже не оставляет, зато легко обнаружить остатки его присутствия в крови. А мне необходимо, чтобы смерть пары негодяев выглядела естественной и ко мне никакого отношения не имела.