Сакё Комацу - Гибель Дракона

– Нет, – сказал, подняв голову, Онодэра. – Норикура же на юге, далеко отсюда…

– Да что вы говорите! Не далеко, а рядом, тут над нами тоже есть пик Норикура!

А ведь верно, подумал Онодэра. Действительно, широко известный пик Норикура, краса Северных Альп, где размещаются лаборатория космических излучений, станция наблюдения за солнечной короной и обсерватория Киотского университета, находится далеко на юге, на западе Кисодани. Туда ходит автобус – до самой вершины. Но есть и другой пик Норикура – прямо позади них, северо-восточнее гряды Татэяма и пика Хакуба. Он возвышается прямо над хижиной Цуга на две тысячи четыреста тридцать шесть метров. Когда-то это был вулкан, и его лава образовала посреди горной гряды замкнутое озеро Хакуба-Оикэ. На каком же Норикура объявлена тревога? Онодэра вдруг занервничал – чего с ним в последнее время не бывало – и, поглядывая на часы, стал торопливо крутить рацию.

Было семь часов сорок минут.

Раздался протяжный, словно идущий из самой утробы земли, гул, хижина закачалась, один из парней выскочил наружу.

– Что там? Что за шум? – срывающимся голосом крикнул кто-то.

– Вода! – донесся вопль. – Сверху хлынула вода!

– Прорвалось озеро Хакуба-Оикэ… – бледнея, тихо сказал долговязый парень, тот, который, по-видимому, был вожаком отряда, или, вернее, стал им в силу обстоятельств. – Извержение.

– Нас смоет водой! – закричал кто-то. – Надо бежать!.. В сторону хижины Сейдзе!

– Постойте… – Онодэра направился к выходу. – Как там с водой?

– Кажется, ничего страшного, – сказал вернувшийся парень, он тяжело дышал. – Падает в сторону озера Цуга…

Онодэра выглянул за дверь. Неожиданно близко он увидел стремительно бегущую по склону воду. Поток кружился и пенился, сталкивая камни и скалы, и с грохотом низвергался в ущелье. По окрестным горам катилось мощное эхо. Шум потока постепенно стихал, но взрывы и гул, доносившиеся со стороны затянутой туманом гряды, не умолкали.

– Здесь опасно оставаться?.. Как вы думаете? – чуть дрогнувшим голосом спросил вожак, глядя на иссякающий поток. – А нельзя просить, чтобы вертолет летел прямо к нам, а не в Нагано?

– Нет, – покачал головой Онодэра и закурил новую сигарету. – Не рация, а дерьмо! Ее должны были списать, но раций не хватает, вот и оставили, надеялись…

– А починить можно?

– Есть кто-нибудь, кто умеет чинить радиоаппаратуру? – спросил Онодэра, окидывая всех взглядом.

Никто не отозвался.

– Значит, связи нет… – сказал вожак. – Так как же… будем ждать полтора часа здесь?.. Ведь существует опасность извержения, и ветер усиливается, и тучи набегают…

Онодэра зажег несколько спичек, прежде чем ему удалось закурить погасшую сигарету. Ветер в самом деле был сильный, да и руки у него немного дрожали. Он машинально посмотрел на часы. Семь часов сорок пять минут.

Онодэра был в нерешительности. Земля продолжала гудеть, но признак ли это предстоящего извержения? Ему казалось, что недавнее землетрясение было следствием обвала. Треск и грохот – словно под землей стреляют из орудий – бывает слышен и тогда, когда образуются трещины и происходят обвалы. Прислонившись к косяку двери, с сигаретой в зубах, он взглянул на гряду. Можно было, конечно, подняться к вершине и установить по температуре почвы и выбросам пара степень активности пиков Норикура или Серэнге. Однако на это у них нет времени. Хоть бы вершина просматривалась! Но ее закрывали наплывавшие с севера свинцовые тучи, которые довольно быстро спускались на плоскогорье Тэнгу. Голубизны на небе уже не было, она отодвинулась далеко к югу, в сторону Мацумотодайра. Ветер становился все сильнее. Порой со свистом проносились клубы смешанного с песком снега. Ветер в основном дул с севера. Стучали окна и дверь, скрипели стены хижины, словно стараясь восполнить затишье между толчками.

Вдруг Онодэра бросил наполовину недокуренную сигарету, затоптал ее и поднял лицо к небу. Несколько раз сильно втянул носом воздух и, обернувшись, позвал парня, который не курил. Онодэра вытолкнул его на ветер.

– Надеюсь, ты не простужен? – спросил он. – Чувствуешь какой-нибудь запах?

– Нет, абсолютно ничего… – начал было парень, но вдруг ноздри на его круглом лице зашевелились. – Пахнет. Пахнет серой.

Онодэра стремительно шагнул в хижину, схватил рацию и бодро крикнул:

– Выходим! Была не была, обогнем Акакуру с севера и спустимся в Отари. Расстояние не ахти какое. Если только от этого землетрясения не образовались новые трещины, все будет в порядке.

– А дорога есть? – обеспокоенно спросил кто-то.

– Я точно не знаю, есть или нет. Посмотрите по карте. Но все равно это лучше, чем против ветра переваливать через гряду или сквозь снег спускаться к горячим источникам Рэнге.

С этими словами Онодэра выскочил из хижины и, немного пробежав по гладкому снегу, начертил ногой большую стрелку, а рядом написал «В Отари». Хорошо, если до прибытия вертолета ветер не заметет все. Конечно, если вертолет вообще прилетит в такую погоду…

Онодэра подошел к Масуко и взял ее под руку. Девушка едва держалась на ногах.

– Я… не могу я больше идти… – она всхлипнула. – Холодно… Умираю… А вертолета не будет?

– Ну давай взбодрись, нужно идти, – сказал ей Онодэра. – А если не сможешь идти, я тебя понесу.

Сквозь снег и густые облака они пересекли плоскогорье Тэнгу и начали спуск по восточному склону. Через некоторое время запах серы чувствовали уже все.

– Старший… – с беспокойством обратился к Онодэре один из парней. – А пахнет-то как! Надеюсь, это не гора Акакура готовится к извержению?

Онодэра, сосредоточивший было все свое внимание на дороге, почувствовал, как его вновь охватывает сомнение. Быть может, неподалеку, подумал он, начались выбросы пара. А может, они где-то наверху, сюда же запах приносит ветром? Впрочем, ветер теперь дует с юга и с такой силой, что любой запах рассеется…

Когда Онодэра решил спускаться по северо-восточному склону, он почти рефлекторно рассчитал, что даже в случае извержения Норикура пепел и вулканические бомбы ветер отнесет к югу и к юго-западу, а сюда их попадет немного. Лава здесь андезитового состава с высокой кислотностью и вязкостью, так что она не потечет прямиком в долину, как базальтовая. Правда, самое опасное – это извержение на склоне, где нет кратера, но это почти исключено. Кроме того, гряда Фубуки в какой-то мере преграждает дорогу ветру.

И все же почему в ущелье так сильно пахнет серой?.. И тут Онодэра обратил внимание, что запах усиливается в те моменты, когда ветер меняет направление и начинает дуть снизу из ущелья в восточную сторону. Его ноги сами остановились, и он стал вглядываться вдаль.