Ivan Mak - Оборотни Трикса (продолжение)

— Я не понимаю. Ты не можешь быть человеком.

— Формально я не человек. Но я родилась человеком, и родилась на Земле. С тех пор прошло много времени. Моего дома уже не существует и я болтаюсь по космосу, как неприкаянная.

— Я не знаю, что и сказать.

— Не надо ничего говорить. Мне уже не первый раз приходится говорить на своем родном языке, но при этом знать, что передо мной — враг. Я видела их, я говорила с ними, я хотела им помочь, но знала, что каждое мое слово, каждое действие приближает их смерть. Я знала это, как знаю то, что сейчас над тем островом ваши бомбардировщики.

По осторову наносились удары с воздуха. Самолеты летели и летели. Рриты высыпали на людей всю свою накопившуюся злость. Джесси понимала, что от этого не уйти.

Несколько ее частей, находившихся на корабле людей слились воедино и обратившись в огненную молнию пролетели на другую сторону планеты, чтобы невидимым потоком войти в Джесси и Магду, стоявших перед командиром Прайсом в виде ррита.

— Я надеюсь, мое признание не изменило вашего отношения ко мне? — спросила Джесси.

— Нет. Я, наверное, не смог бы так поступить. У меня не хватило бы сил выступить против своих в защиту чужих.

— Мне больно видеть подобное, но еще больнее знать, что люди совершают подобные преступления. Я пойду, командир.

Джесси все время была с миу, но та никак не могла понять ее постоянное плохое настроение.

— Я несчастна, Авурр. — ответила Джесси, когда миу попыталась узнать в чем дело. — У меня нет дома, у меня нет друзей, у меня нет никого и ничего.

— А я? Я разве не друг?

— Ты ребенок, Авурр. И еще многого не понимаешь.

— Я не ребенок, Ирриа. Ты спасла меня, рискуя собой.

— Я ничем не рисковала, Авурр. Поймешь ты это или нет? Ты хочешь сказать, что я могла погибнуть-? Не могла! — Джесси вскочила с места и превратилась в огненый шар. Авурр еще никогда этого не видела.

Джесси метнулась вниз и пролетев сквозь планету выскочила недалеко от острова, где еще дымились обломки корабля. Она переменилась и стала человеком. Все было кончено. Не осталось никого. Джесси ходила между камней и обломков, совершенно не соображая что делает.

Прошел день и началась ночь. Джесси так же бесцельно ходила по острову, словно что-то ища.

Все было бессмысленно.

— Я никогда не видел вас на корабле. — вдруг услышала она речь на английском. Джесси обернулась и, казалось, сошла с ума. Перед ней стоял доктор.

— Доктор? — удивленно спросила Джесси.

— Шеф выгнал меня с корабля после того, как началась бомбежка. Он сказал, что во всем виноват я, и я погибну первый. Но я жив.

Джесси несколько успокоилась и почему-то у нее не возникло никаких чувств к этому человеку. У нее не было желания спасать его.

— Вы правы, Док. Меня не было на корабле. И я вовсе не человек.

— Я это понял. Я видел как вы появились.

— И зачем вы тогда вышли из своего укрытия?

— Какого укрытия? Здесь негде скрыться. Да и незачем.

— Что вы от меня хотите?

— Я вам действительно не нравлюсь? — спросил он, а затем добавил. — В таком виде? — В этих его словах было что-то иное, но в мыслях были те же слова и ничего более.

Джесси ощутила перемену и побернулась. Перед ней стоял алерт.

— Замечательная компания. — проговорила Джесси. — полсотни головорезов и алерт в виде доктора. Шеф, наверное, и не высылал вас из корабля?

— Выслал.

— И что вы хотите?

— Вы не понимаете?

— Нет. — произнесла Джесси саркастическим тоном.

— Вы обязаны выполнить договор.

— Договор? У меня нет никаких договоров. Если вы думаете, что я хийоак, то вы ошибаетесь.

— Вы смеетесь надо мной?

— Еще как смеюсь. Вы могли остановить этих головорезов, а вы их, видите ли, лечили. И разыгрывали из себя черт знает кого.

— Мне видимо, придется сказать, что я не был доктором.

— Это ничего не меняет.

— Я был пленником.

— Вы это сейчас придумали?

— А вы кто? Если не хийоак. Вы не алерт. Может, вы шекли? Что-то мне не верится. Эти попугаи давно спрятались в гнезде хийоаков и не высовываются. Так кто?

— Ты круглый дурак. — ответила Джесси. — Если ты до сих пор не понял, кто я.

— А почему я должен понять? Вы ходите, здесь, что-то выискиваете среди обломков. Может, астерианца? Так он мертв и уже давно.

— Какого астерианца?!

— Ах, вот как? Вы хотите знать? Увы, у нас нет договора.

— Ваши условия? — спросила Джесси.

— Доставка до ближайшей планеты алертов или хийоаков.

— Я согласна.

— Как я могу быть уверен?

— А как я могу быть уверена? Вы можете подсунуть мне булыжник.

— Хорошо. Я покажу его.

Алерт пробежал к другому краю острова и показал на совершенно черный камень, лежавший среди обломков. Ночь только усиливала его черноту и, казалось, в том месте была дыра.

«Пентагон.»- произнесла Джесси. Через секунду над островмо появилось пять огненых шаров, которые в следуючее мгновение оказались около Джесси. Она мысленно управляла всеми частями и вскоре «булыжник» был погружен на корабль.

— Вы сказали, что вы не хийоак. — произнес алерт, словно обвиняя.

— Я не хийоак. Но ты можешь не беспокоиться. У меня нет привычки нарушать свое слово.

— Мы полетим в этом?

— Если не нравится, можешь остаться. — ответила Джесси.

— Я не буду оставаться.

— Тогда залезай.

— Почему вы так относитесь ко мне?

— Потому что ваши родственнички точно так же отнеслись ко мне.

Алерт замолчал.

— Какую перегрузку ты выдержишь? — спросила Джесси.

— Твоя развалина развалится при.. — Он не договорил. Ускорение размазало его по полу. Джесси сразу же дала тридцатикратную перегрузку и при этом находилась в таком же сидячем положении, как и была.

Через минуту она выключила ускорение.

— Ты с ума сошла?

— Ты же сказал, что выдержишь столько, что мой корабль развалится.

— Я не даже договорил.

— Пентагон не любит оскорблений.

— Как ты сказала?

— Пентагон. — повторила Джесси.

— Так значит это ты?..

— Что я? Договаривай.

— Ты пыталась проникнуть в центральный компьютер корабля.

— А тебе это не понравилось? Ты же был заключенным.

— Это я и был.

— Я что-то не поняла.

— Они использовали меня, как центральный компьютер.

— Ты смеешься? — спросила Джесси.

— А почему, по твоему, ты меня не нашла?

— Я говорю, что мне смешно, когда ты говоришь, что они тебя использовали. Да еще в таком виде. Это настолько глупо, что я готова поверить. Если ты назовешь мне все коды доступа, то, может быть, я и поверю.