Алекс Паншин - Обряд перехода

Я пошла по металлическому коридору первой. Зена неуверенно ступала следом, скользя и спотыкаясь там, где не на чем было споткнуться, кроме собственных ног. Сам воздуховод — полные шесть футов в высоту и шесть в ширину — сделан из гладкого металла. Темнота была полной, за исключением полос света, прорывавшихся сквозь редкие зарешеченные отверстия, и луча моего фонарика. Проходя мимо, я считала решетки и боковые ответвления — только так можно было определить, насколько далеко мы отошли от дома. Иногда сквозь решетки до нас доносились звуки извне, но это был совсем другой мир, чем тот, в котором находились мы. По эту сторону решеток слышались лишь пришлепывания наших сандалий и постоянный гул вентиляторов.

Я прочла не один роман, действие которого происходило в Америке на Диком Западе лет за двести до уничтожения Земли. Условия там были такими же первобытными, как на любой из колоний-планет. Я вспомнила прочитанное о разведчиках, которые даже на незнакомой территории обладали ощущением местности, и сама испытывала сейчас похожее чувство. Движение воздуха, звуки все это помогало мне. Но Зена не понимала ничего и боялась. Ей совсем не нравилась темнота.

В тех местах, где воздуховоды соединялись, приходилось пригибаться из-за вентиляторов. Иногда туннели раздваивались под прямыми углами вниз или вверх, и это приводило нас в замешательство, особенно когда наш коридор пересекался с другим, идущим отсюда — и вниз. И неважно, что ответвление походило на капилляр и его можно было преодолеть одним хорошим прыжком…

Зена резко остановилась у первого же такого вертикального капилляра, и, чтобы она перепрыгнула его, пришлось мне ее подталкивать.

— Не хочу! — заявила она. — Я не умею прыгать так далеко.

— Ладно, — не стала я спорить. — Но если ты не пойдешь дальше, ты просто останешься здесь, в темноте, одна.

Тут уж Зене пришлось решиться, и оказалось, что она вполне могла перепрыгнуть коридор — к тому же, без особых усилий.

Но, должна признаться, даже я — ветеран воздуховодов — была не подготовлена к тому, что мы обнаружили дальше: перед ногами во тьме зиял провал, над головами — исчезал потолок. В луче фонарика было видно, что воздуховод продолжается и по ту сторону пропасти, на расстоянии целых шести футов, а пол обрывается вниз, и ток воздуха оттуда силен. Никогда раньше я не встречала вертикального воздуховода такого диаметра.

— Что это? — спросила Зена.

В обрывающейся стене на нашей стороне были вделаны металлические ступени. Держась за одну, я нагнулась и бросила вниз кусочек мела в тщетной попытке определить глубину. Я прислушалась, но так и не услышала ни звука.

— Он, должно быть, связывает один уровень с другим, — предположила я. Главная линия. Держу пари, он идет прямиком до Первого Уровня!

— Как, разве ты не знаешь?!

— Нет, — призналась я. — Я же никогда тут не бывала.

Я совсем не собиралась прыгать на шесть футов и поэтому внимательно изучила скобы-ступеньки. Если сорвешься и упадешь и если воздуховод уходит вниз так глубоко, как я предполагала, конечно, от тебя только мокрое место останется. Я посветила фонариком вверх и вниз, но луч лишь чуть рассеял темноту. Вверху тоже виднелась лестница из металлических скоб. Лестница тянулась далеко за пределы моего поля зрения.

— Может быть, он и соединяется с Четвертым Уровнем там, внизу, — заметила Зена. — Но куда он ведет вверх? — Она показала на верхний канал воздуховода.

Я сама терялась в догадках. Пятый Уровень был последним, крайним, но этот воздуховод вел за его пределы. Воздушные пути не кончаются тупиками, и воздух не приходит из ниоткуда.

— Не знаю, — сказала я. — Но раз уж мы здесь, почему бы нам не посмотреть, куда он ведет?..

Подтянувшись, я поставила носок ноги в выемку в стене, ухватилась за первую ступеньку и покачалась на ней вверх-вниз. Скоба держалась прочно. И хотя пропасть внизу меня немного беспокоила, я не боялась всерьез, пока не видела ее подлинной глубины. Однажды я прошлась по лежащей на земле балке шириной в три дюйма — прошлась по всей длине и, наверное, могла бы идти дальше хоть милю, ни разу не оступившись. Но когда балку подняли на десять футов и предложили мне попытаться снова, я отказалась сразу. Я была уверена, что не смогу этого сделать. Теперешняя ситуация чем-то походила на ту, и, чтобы не бояться, я решила не смотреть вниз.

Взявшись за следующую ступеньку, я начала подниматься. Но совершенно неожиданно Зена вдруг схватила меня за ногу.

— Эй, подожди! — сказала она и дернула меня за щиколотку.

— Осторожно, ты! — крикнула я. — Я же так сорвусь!

Я попыталась выдернуть ногу, но она не пускала.

— Спустись обратно! — взмолилась Зена.

Я неохотно спустилась. И осведомилась:

— В чем дело?

— Не можешь же ты просто так взять и…

Бросить меня здесь…

— Я тебя не оставлю, — огрызнулась я. — Лезь за мной, вот и все.

— Но я боюсь, — призналась она.

Действительно, сейчас для нее было самое лучшее время отступить, пока события не начали приобретать слишком крутой оборот.

— Ничего с тобой не случится. Нам надо карабкаться вверх, пока мы не узнаем, что там находится…

Я видела, что Зена колеблется между страхом остаться одной и страхом перед путешествием по лестнице.

— Пошли, — предложила я. — Давай, ты первая.

Если она полезет впереди, подумала я, то она не сможет больше схватить меня за ногу.

Подобравшись к началу подъема, я заставила ее шагнуть на ступеньки. Фонарик я укрепила на поясе направленным вверх, и его световой конус подсказывал нам, где и за что можно ухватиться, чтобы продолжать восхождение.

Я слышала, как Зена, карабкаясь по скобам, хнычет, издавая горлом жалобные звуки. Дабы отвлечь ее от дурных мыслей, я спросила:

— Ты что-нибудь там видишь?

Крепко вцепившись в ступеньку, она остановилась, на мгновение откинула голову, потом снова опустила.

— Нет, — ответила она, — ничего.

Тебе следовало бы знать ее получше, сказала я себе. Нельзя втягивать в подобную экскурсию человека, который имеет привычку чуть что задыхаться от страха.

И вдруг, без всякого предупреждения, Зена прекратила подъем. Отреагировать я не успела и так сильно врезалась головой в ее пятки, что зашипела от боли. Конечно, подними я голову, я бы увидела, что она остановилась, но нельзя долго подниматься с откинутой назад головой, можно получить растяжение шейных мышц.

Медленно я опустилась на ступеньку ниже.

— Что у тебя стряслось? — спросила я.

— Я просто не могу идти дальше… Не могу…