Александр Мееров - Право вето

— А Ваматр, — живо спросил Крэл.

— Ваматр… Комиссия ему поверила… Может быть, это и справедливо… Он говорил, что прежде всего бросился к Эльде. Она уже была мертва. Тогда он подбежал к Бичету. Бичет бился в судорогах и всё же выдавил из себя: «Уничтожь их. Уничтожь! Никогда не…» И всё. От чего предостерегал Бичет?.. Неизвестно.

Маленькие вагончики электропоезда добежали до конечной станции, освободились от пассажиров и ушли вниз, к фьордам.

Крэл медленно шел по платформе. Розовая полоска живого света в небе сменилась на зловеще медную, а вскоре исчезла и она. Сразу потемнело. Рваные куски серого, беспокойного тумана быстро спускались с гор, холодный ветер, словно решив догнать электропоезд, устремился в долину. Крэл едва успел добежать до стеклянного павильона у стоянки автобусов, как пошел дождь.

Здесь никого не было. Толстые рифленые стекла, освещенные яркой ртутной лампой, защищали от неуютного, мокрого вечера, и, пожалуй, в первый раз Крэлу очень не захотелось в Асперт. С надеждой он подумал, что, может быть, Нолан и не приедет… Нет, нет, встретиться надо. А зачем? Еще ничего не было решено, но уже возникло нечто, придавшее их встречам и отношениям характер той своеобразной интимности, которая возникает между сообщниками.

— Ой!

Крэл обернулся, чуть вздрогнув от этого звонкого «ой». В кепке, в комбинезоне под навесом появился не то хорошенький мальчик, не то не очень хорошенькая девушка.

— Вы меня испугались?

— Я ничего не боюсь.

— Вот как.

— Просто я не хочу больше мокнуть.

— А почему «ой»?

— Думала, здесь никого нет.

Девушка сорвала кепку, лихо ударила ею о колено, выбивая воду, и Крэл увидел, что она, пожалуй, привлекательней, чем показалась в первый момент.

— Автобус скоро?

Крэл посмотрел на часы:

— Должен быть через двенадцать минут. Вы тоже в Асперт?

— Нет, я в Рови.

— В Рови? Что там делать в такую погоду?

— Я там живу.

Она устало прислонялась к зеленоватой стеклянной стене. Только на миг ее глаза спрятались за темными прямыми ресницами, а потом, круглые, с большими черными зрачками, смело посмотрели на Крэла.

— А вы на прогулку, в горы? — В ее вопросе Крэл уловил насмешку.

— Просто хочется отдохнуть после целой недели…

— Тяжкого труда, — добавила она с иронией и оценивающе прощупала взглядом Крэла. Его одежду, лицо, руки.

Крэл улыбнулся. Она не ответила улыбкой, но разговор у них начался. Непринужденный, ни о чем и обо всем. Держалась она с достоинством и очень просто. В отрывистых фразах, произносимых ею неспешно, чуть хрипловатым голосом, содержалось неожиданно много. Казалось, слова ее имеют потаенный смысл и заложен в них намек на нечто большее, чем они обозначали.

Это уже становилось занятным. Крэл терпеть не мог пустой болтовни и обычно сразу же замыкался в себе, едва уловив желание какой-нибудь новой знакомой заинтересовать собой, а тем более увлечь. С ней всё получалось по-иному. О себе она говорила бесхитростно, откровенно. И откровенность эта представлялась естественной, ненавязчивой. В несколько минут Крэл узнал обо всей ее жизни. Ничем не примечательной и почему-то интригующей. Но чем? Всё заурядно: работа на канатной фабрике, ежедневно долгий путь в Рови — в столице квартиры дроги, — ужин, и сон, рано поутру снова на фабрику, потом опять в поселок, притаившийся у самых гор.

— И вам не скучно там, в Рови?

— Некогда скучать… Ну а по воскресеньям ездим в Шорон. Вы не бывали в этом городке? В Шороне дансинг, кафе, кино.

Крэл протянул ей пачку «Ружи».

— Не курю.

— Теперь это редкость.

— Для кого?

Крэл промолчал.

— Для девушек, с которыми встречаетесь вы?

— Я… я не встречаюсь.

Она снова быстро, едва уловимо оглядела Крэла и впервые улыбнулась.

— Ну, для тех, кто живет там, в столице…

Крэл посмотрел ей в глаза. Она не отвела взгляда, и он вдруг почувствовал, что непременно захочет снова встретиться с ней. Он поспешил заговорить и уже не замечал, что сам болтает о пустяках, что изменились у него интонации, что он старается привлечь ее, заинтересовать собой и уже пытается выведать о чем-то личном, сокровенном:

— А в дансинге?.. Там… там весело бывает?

— По-разному. Чаще — не очень.

— Интересные встречи?

— Нет.

— Почему?

— А зачем?

— Вы любите одиночество?

— Привыкла…

Крэл подошел ближе к ней. Совсем близко. Стоял лицо к лицу и смотрел на волосы. Слегка волнистые, не причесанные модно, да еще примятые кепкой, они искрились капельками дождя. Он снял эти капельки, чтобы почувствовать их колючую влагу на ладони, вдруг ставшей сухой и горячей. А она не отпрянула, не испугалась этой неожиданной ласки, но и не приблизилась к нему…

— А на фабрике, там, — Крэл запнулся, — там трудно?

— Не всегда. Там весело.

— Много друзей?

— Нет, не много.

Крэл задумался.

— Вам нравится ваша работа?

— Эта — нет. Вот если бы что-то новое. Постоянно, каждый день новое!.. Так бывает?

— Бывает, но…

— Понимаю — надо учиться.

— Угу.

— Вот и автобус. А ваш на Асперт будет через пять минут.

— Подождите, я хотел…

— Не могу — это последний на Рови.

— Как вас зовут?

— Инса…

Два красных огонька еще виднелись в пасмурной дали, когда подошел автобус на Асперт. Ветер внезапно стих, а дождь всё шел и шел. Уже не сильный. Спокойно и тоскливо протягивались его тонкие струйки, равномерно заштриховывая всё вокруг. Автобус взбирался по серпантине, выхватывая мощными фарами куски трудной, мокрой дороги. Станция уходила вниз. Где-то там, тоже внизу, жил маленький поселок Рови. Туда автобус увез Инсу. Инса, Инса. Имя красивое… Через несколько минут она приедет, войдет в свою комнатушку, разденется… Почему она не оставляет комбинезон на фабрике?.. Расчешет волосы, смятые кепкой… Хорошо было снять с них искринки, ощутить на миг эту нечаянную близость…

Что она делает вечерами? Впрочем, времени у нее мало… Простой ужин, и в постель… Завтра воскресенье. На фабрику ей не надо. Поездка в Шорон. Дансинг. С кем она проведет воскресенье?.. Глупо получается, вот не видел ее, не знал, а теперь… На кого она похожа? Что-то очень знакомое в ее мальчишески дерзких и по-девичьи милых чертах…

Крэл думал об Инсе на протяжении всего пути до Асперта, а Инса… Она доехала до Рови и там, у самой автобусной станции, ее уже ожидал «крейслер». Инса юркнула в тепло уютного лимузина, зябко поежилась от приятной телу перемены и участливо обратилась к человеку, терпеливо сидевшему за рулем: