Елена Логунова - Семь секунд до конца света

– Пси – что?..

Сэм устало вздохнул.

– Такой препарат. Понимаете, все человеческие эмоции суть химические реакции. Вот я и подумал однажды: их можно нейтрализовать химическим же путем! Вот этим самым Феликсом-19-67. Конечно, никто не захочет вытравить радость, гордость, приятное волнение, но уж если кому худо, то лучше этого средства не найти. Принял капельку – и сразу уравновесился…

– Ясно, виски, – убежденно кивнул бродяга.

– Да нет же. – Сэм покачал головой. – Это не алкоголь, не наркотик. Феликс-19-67 совершенно безвреден. Он воздействует на сознание избирательно, стирая именно тот негатив, который омрачает существование объекта в конкретный момент. Правда, что при этом испытывает сам объект, я не знаю. Мыши, кролики и шимпанзе ничего не могли рассказать.

Тут он замолчал и с новым интересом посмотрел на бродягу.

– Так мы будем пить или нет? – обиженно спросил тот.

Сэм колебался.

– Вся соль в адекватной реакции, – сказал он, оттягивая начало нового рискованного эксперимента. – Упрощенный пример: предположим, в переполненном вагоне подземки кто-то больно наступил вам на ногу. Как вы на это отреагируете?

– Набью гаду морду, – моментально ответил бродяга.

Сэм поморщился.

– Существует несколько вариантов… Вы можете: а) молча смахнув невольную слезу, простить этого…

– Косолапого верблюда! – с ненавистью подсказал старик.

– Допустим, – согласился Сэм. – Или же: б) в энергичных выражениях сообщить ему…

– Косолапому верблюду! – непримиримо ввернул бродяга.

– …все, что вы думаете о нем и его парнокопытных родичах до седьмого колена…

– Ха, – мстительно сказал старик.

– И, наконец: в) продолжая бесстрастно взирать в сторону, вы можете незаметно оторвать ногу от пола, согнуть ее в колене и с силой опустить на стопу обидчика, для верности еще покрутив каблуком! Теперь поразмыслите и признайтесь честно, какой из вышеперечисленных вариантов поведения в изложенной ситуации доставит вам наибольшее удовлетворение? Снимет осадок в душе и поправит испорченное настроение?

– Бе и ве, – последовательно загибая грязные пальцы, добросовестно сообщил тестируемый. – И еще ге: ты как хочешь, а я все-таки набью ему его коровью морду!

Сигал кивнул.

– Однако в реальной жизни человек далеко не всегда может себе позволить отреагировать адекватно, – посетовал он. – И вот тут-то его выручит чудодейственный препарат Феликс-19-67, позволяющий осуществить тайное желание в виртуальной реальности, в собственном воображении.

– Аминь, – нетерпеливо сказал истомленный бродяга, протягивая руки к заветной пробирке.

– Ну ладно, – доктор Сигал решился.

Осторожно вынув пробку, он наклонил хрупкий сосуд и капнул на ладонь добровольца немного препарата. Тот шумно слизнул лекарство, широко раскрыл глаза, тут же зажмурил их и взамен открыл рот. Для Сэма абсолютно ничего не изменилось, но его сосед уже перенесся в мир своих фантазий.

Ба-бах! Решетка с грохотом вывалилась наружу.

– Ага! – радостно и грозно закричал бродяга, вылетая в коридор.

Навстречу ему застучали торопливые шаги, старик прижался к стене за углом и подставил ножку бегущему человеку в форме. Полицейский споткнулся и упал, беглец злорадно поддал ему ниже спины, рассчитываясь за щедро отвешенные в кредит пинки и оплеухи, подпрыгнул, штопором ввинтился в бетонное перекрытие и с сатанинским хохотом унесся в звездную ночь, пропитанную восхитительным ароматом прекрасного кукурузного виски…

Сэм терпеливо ждал. Старик открыл глаза, голубые и чистые, как у младенца, светло улыбнулся и восторженно сказал:

– Ну и пойло! Забористая штука!

Сэм с завистью отметил, что морщины на лице старого забулдыги несколько разгладились, а в голосе его зазвучало непривычное умиротворение. Не раздумывая более, он раскупорил пробирку и плеснул себе в рот толику чудо-средства.

Солнце было желтым и пушистым, как цыпленок, небо – голубым, листва над головой – изумрудной, а яблоки в корзине – фиолетовыми. Мариза – в фартуке поверх уютного домашнего платья с закатанными рукавами – резала плоды, похожие на шары для боулинга, на кусочки и бросала дольки в таз с сахаром. Второй такой же таз уже стоял на плите, и запах варенья уже чувствовался в воздухе. Над тазом кружили шестилапые осы, на лугу за домом паслись шестиногие коровы…

Сэм открыл глаза и потряс головой: видение было удивительно реальным. Он снова вспомнил все, что ему пригрезилось. Надо же, как здорово! Похоже, это именно то, что ему нужно: Мариза, Ларри, Сонема… Простое человеческое счастье.

Боль, которую он вчера безуспешно пытался заглушить слоновьей дозой выпивки, после глотка чудо-препарата действительно прошла!

Старый бродяга уже мирно похрапывал. Сэм тихо улыбнулся, тоже улегся и закрыл глаза.

– Хр-р-р, хр-р-р, – ровно рокотал сосед.

Сэму было хорошо. Так спокойно, так тепло и уютно – не снаружи, а внутри, в душе. Минуту назад на сердце у него скребли кошки, а теперь милые пушистые зверьки втянули коготки и сладко уснули, приятно мурлыча:

– Мур…

– Мур-р…

– Мур-р-р, р-р-р, р-р-р!

Сэм почувствовал беспокойство. Пустота безмятежного довольства медленно, но верно заполнялась раздражением. Он неохотно открыл один глаз.

– Эй, мистер Осел, – негромко сказал Сигал. – Нельзя ли храпеть потише?

Бродяга подтянул колени к животу, сладко почмокал губами и блаженно улыбнулся: не Сэму, а так, в никуда. Видно, ему снилось что-то хорошее.

– Спасибо, – поблагодарил Сэм, погружаясь в сонную тихую тьму.

– Хрр! – вызывающе сказал бродяга.

И обстоятельно развил этот краткий тезис.

В темноте зарычали рразъяренные тигррры. Здоррровенные овчарррки рррычали тоже. С ррревом билось о рифы шторррмовое моррре, кррричало воррронье и гррромыхали тяжелые грррузовики…

Сигал снова разлепил ресницы и пристально посмотрел на сокамерника.

– Заткнитесь, а? – еще почти вежливо попросил он.

– Хря! – агрессивно заявил бродяга.

Сэм стиснул зубы и тоже зарычал. Ему стало немного легче, но сон пропал безвозвратно. Мир и покой в душе – тоже. Тогда, проклиная старого негодяя, Сигал достал пробирку и принял еще каплю препарата.

И началось.

От храпа спящего бродяги вибрировал воздух.

– Ладненько, – зловеще сказал Сигал, рывком распахивая стальную дверь.

И с жутким грохотом захлопнул ее! И снова распахнул! И опять захлопнул! Эхо повторило и умножило громовые раскаты, спящий умолк и, не открывая глаз, приподнял голову.

– Хр-ру? – с кротким укором вопросил он.

– Я тебе покажу «хру», – пообещал Сэм и пошел к нему, по пути закатывая рукава.

Двумя пальчиками левой руки он крепко ухватил бродягу за нос, в результате чего тот открыл сначала рот, а потом и глаза.