Пол Андерсон - Орион взойдет (с примечаниями переводчика)

- Мара... делай, как он приказывает, - настоял смотритель.

Женщина отправилась прочь, дрожа и подавляя рыдания. Тераи усадил пострадавшего в кресло, запер дверь радиорубки и склонился над передатчиком.

- Если ты и впрямь потерпел кораблекрушение, - сказал норрмен, значит, ты не из простых моряков.

- Военный, - ответил Тераи. - Я надеялся на дружелюбный прием, но, увы, не вышло...

- А зачем вы, маураи, лезете в нашу страну? В городах у пролива, говорят...

Тераи велел ему умолкнуть и соединился. Ночная дежурная в Виттохрии вызвала офицера, Тераи бы предпочел любого из вышестоящих, но такую личность быстро к радио не доставишь. А в деревне тем временем могли начаться беспорядки. Приходилось надеяться, что возмущение местных жителей не перейдет в действие. Негодующая толпа снаружи, выборные представители, посланные на переговоры... подобного риска.

- Слушайте меня внимательно, энсин <Первое офицерское звание, аналог прапорщика (амер.).>, - произнес он на родном языке. - И немедленно передайте мое сообщение капитану Кураве. Никому, кроме него, ни слова... как поняли?

Закончив, он получил - с запинкой - ответ:

- Да, сэр, через час за вами прибудет самолет вертикального взлета с взводом на борту. Этого достаточно?

- Надеюсь. Наверное.

- Может, вам что-нибудь очень нужно, сэр?

- Ну что ж... - Тераи изобразил улыбку. - Пришлите бутылку рома.

Самолет за мной отправляйте немедленно, как только отошлете посыльного к капитану Кураве, - Как прикажете, сэр. Танароа... что будет...

- Ничего особенного. Да, и свяжитесь с Нозеланном, чтобы я мог переговорить с женой.

3.

Палата, в которой Арнек IV, Местромор Западного Брежа, собрал своих гостей, с высоты дворца глядела на Кемпер. Из окна можно было увидеть крыши, выбеленные недавним снегопадом, две свинцово-серые речки, корпуса и мачты, протянувшиеся вдоль берега, шпиль Кафедрального Собора четко вырисовывался под облаками, затянувшими небосвод. По узким улицам к дворцу подобралась ночь. Их освещали огоньки - рубиновые, сапфировые, изумрудные, янтарные, казавшиеся в этом году столь же неяркими, как и сам праздник, который они освещали. Холодом дышали городские стены. Лампы и очаги тщетно пытались развеять мрак, заползавший в палату извне. Или это шторы, ковры и тяжелая старая мебель казались слишком темными, да и лица предков хмуро глядели из строгих рам, Или же - тень лежала на самих людях. Собравшихся было около двадцати, в основном мужчины средних лет - аэрогены и влиятельные наземники. Торжественность заставляла всех нарядиться, однако богатые одежды не были яркими, лишь плечи Восмайер Тесс Рейман украшала короткая красная мантия. Вина и закуски стояли рядом, но к ним только прикасались - как бы в рассеянности. Образовались небольшие группки, постоянно менявшие свой состав, и все негромко разговаривали.

Наконец Арнек возвысил голос на франсее с акцентом:

- Мои дамы, мои сэры, прошу вас, садитесь. - Когда все заняли места вокруг центрального стола, он поднялся на своем месте во главе его и поднял руки, призывая к молчанию. Отнюдь не впечатляющий внешне: невысокий, сгорбленный, увенчанный редкой сединой... очки, как всегда, вкось сползли на нос. Этот ученый, чьи работы по эволюции кельтских языков после Судного Дня считались фундаментальными, редко играл в политике более активную роль, чем требовало унаследованное им положение. Поэтому-то никто из приглашенных не подумал дать отказ его посыльным - в особенности после того, как те уточняли, что агенты терранской гвардии не обращают особого внимания на все, что творится вокруг уважаемого профессора. - Все вы, в общем, понимаете, зачем мы здесь собрались, словно на лекции в Консватуаре. В ближайшие несколько дней мы должны уточнить наши цели и решить, что следует предпринять. Я предлагаю, чтобы мы начали с неформального обмена идеями и немедленно.

Потом, когда все желающие выскажутся, мы можем спуститься вниз, чтобы за ужином провести первый вечер праздника, отметить который, как объявлено, мы собрались здесь. - Он опустился в кресло.

Все молчали, не потому, что эти люди не знали друг друга - члены правящего класса обычно знакомы. Просто никто не хотел говорить первым, чтобы не нарушить приличий.

Прервал молчание Таленс Халд Тирье, которому пришлось проделать самый дальний путь:

- Вопрос очень прост: сколько еще выходок этого узурпатора намерены мы терпеть?

- Потише, потише, - сказал Дикенскит Жан Ханнес в некоторой тревоге. Я понимаю, что у вас в Бейнаке есть особые причины для беспокойства...

- Не только у нас. Спросите кого угодно в Дордойни. Мы не смогли бы выгнать назначенного Джовейном лакея, если бы вся страна не поддержала нас.

- Но открытый бунт...

- Я не призываю к нему, сэр. Я говорю о том, что Конвент сеньоров Кланов должен голосованием отрешить Джовейна от должности.

Лундгард Симе Эйсон стукнул по столу.

- Разве эта свинья позволит нам собраться? Да и станет ли он повиноваться? Ведь Скайгольм остается в его руках.

Восмайер Тесс Рейман взглянула с ехидцей и с сочувствием. В конце концов, он же кузен Ирмали, покинутой Джовейном.

- Армия может и не поддержать его, - объявила она. - Ведь мы собрались, по сути дела, именно по этой причине.

Коллега Арнека Созен III, Местрогоут Восточного Брежа, встревоженно качнул головой.

- Не совсем так, полковник, - ответил он. - Проблема здесь глубже. Я прислушиваюсь к моим гражданам. Скверно, что Иледуциель ввязался не в свое дело в далекой стране. Англеланн для них - край языческий, забывший праведность. Они еще могут смириться с этим, как с ходом в политической игре, которую никогда не хотели не то что понять, даже изобразить понимание. Но отрешение от должности - раздор между святыми - такое потрясет их до глубины души. Они спросят тогда, почему Ар-Гоут должен оставаться в Домене?

- Если не получат толкового преемника, того, кто стал бы Капитаном после Тома, - взволнованно проговорил Кронеберг Стеф Ланье, он был братом Розенн, мачехи Таленса Иерна Ферлея. - Где бы он ни находился... но если он погиб, что кажется вполне вероятным... что ж, быть может, тогда ваши пейзане захотят наказать его убийц и возвести праведного, нового Капитана?

- Кого же это? - Дикенскит Жан Ханнес отпустил кислый взгляд Таленсу Халду Тирье. - Пока мы речь ведем о мятеже, а не о порядке наследования... Пока. - И поспешно добавил:

- Поймите, я согласен; мы не можем допустить мобилизацию. Мы должны действовать единым фронтом, добиваться отмены приказа. Но мы не должны сдерживать регионализм.

Тучный наземник, важный купец, видавший иные края, про-гоготал: