Вадим Еловенко - Власть. Пастухи на костылях

А он ничем не мог порадовать жену. Он был сам в растерянности. Казалось, Италия создана для того, что бы пережидать катаклизмы. А что делать, если катаклизм пришел в Италию и уже ходит с красными флагами по ее городам и селам?

Глава третья

Владимир, когда к нему привели Сергея, даже слов не мог найти. Он только сдержанно встал, подошел и обнял крепко старого друга. Сергей растеряно и неловко обнял в ответ. Сидевший там же во дворе на скамейке первый офицер усмехнулся и сказал:

- Привет хулиган… Расскажи за что ты так нас потрепал там в калужской.

Сергей отстранился, и исподлобья глядя жестко на первого офицера, сказал:

- Я после вас еще сотни женщин изнасилованных вашими уголовниками по больницам возил. Я дома там восстанавливал после боев еще месяц. Дороги чистил и БТРы подорванные растаскивал. Трупы людей еще три недели по запаху находили по подвалам и чердакам… Знали же куда прете. И поперлись все-таки. Кто мне обещал, что в город Богуса не войдет? А? Не вы ли?

Владимир, успокаивая, похлопал по плечу друга и сказал:

- Остынь. Знаю что там накосячили дико. Но ничего уже сделать не мог. Меня там конкретно ранили. Еле откачали.

- А он знает. - Усмехнулся первый офицер. - Он был на той поляне, где я тебя забрал. Вместе с теми был.

- Да ты говорил уже… - брезгливо сказал Владимир, словно не желая этот момент вспоминать. Обращаясь к Сергею, он спросил: - Ты в гости или по делу? А то у нас завтра переезд, меняем квартиры и дома как перчатки. Боимся Службу, которую твой Богус на меня натравил.

- Да я собственно по его просьбе и приехал. - Признался Сергей, глядя на ненавистного ему первого офицера. Повернувшись к Владимиру, он добавил: - Нет, не уговаривать или что-то… просто контакт хоть какой-то наладить. Всяко он сейчас делает половину из того, что ты хотел когда-то. Если точки соприкосновения будут, будет и разговор о твоей легализации.

- Ой, да срал я на легальность. Так даже веселее! - Засмеялся Владимир и потянул Сергея за собой в беседку. Когда они расселись, он спросил: - Рассказывай как ты там. Год же с фигом тебя не видел. Женился небось?

- Неа, но все к тому идет. - Сказал Сергей, радуясь, что разговор происходит не при первом офицере. - Думаем ближе к весне. Пока так, вместе живем.

- Круто. А у меня подруги, как говорится, по очень большим праздникам. Постоянную с собой не повозишь… Вечно на колесах. - Подумав, что не о том говорит, Владимир спохватился и похвалил: - Дааааа, с Богусом вы мировое дело затеяли. Смотрю новости из-за рубежа и радуюсь. Лучший ход, какой можно было придумать, чтобы запад больше не мешался нам с нашими делами.

- Это не ход. Это факт. Нефть все. Заканчивается. Та, которая в море ее будет мало, и добывать невероятно тяжело. Огромные затраты.

Кивнув с довольной улыбкой Владимир, подмигнул и спросил:

- Но на наш век-то хватит? - Сергею пришлось покачать головой и признаться, что не хватит ни за что. Тогда Владимир довольно флегматично сказал: - Ну и тем лучше. Америкосы хоть не завоюют, пока мы тут своими делами занимаемся. Я только этого и боюсь, что пока к власти в стране иду, уже и страны-то не останется.

- У них надолго еще хватит. - Сказал Сергей. - Пока не выдоят Техас, Карибский залив, Ирак, Кувейт и Саудовскую Аравию не успокоятся. На докладе озвучили, что у них потенциально нефти на десять-пятнадцать лет.

- А у нас на четыре года?

- Да. В таких темпах, да. В США многие источники нефти были запрещены к расконсервации и добыче. Проще было покупать нефть пока она дешевая в других странах. Теперь эти источники начинают раскрывать в полный рост.

- А чего тогда у них народ бесится? Я смотрю демонстрации по всем штатам. Везде мятежи.

- Так цены-то задрали. А американцы это просто автомобильная культура. Их безнеснюки в полной мере воспользовались нашим докладом, чтобы разогреть рынок.

- Они доразогреваются. - задумчиво произнес Владимир.

- Да. Наши аналитики тоже считают, что скоро начнутся у них бодания на федеральном уровне. Год, от силы пять, и Техас покажет ручкой США вспомнив, что он когда-то был свободной землей. Поверь под такое дело они и аборигенов подпишут, чтобы доказать историческую целостность новой техасской республики. А там ведь главное начать. Отвалит Техас, отвалит Аляска. Ей, как говорится, сам бог велел. Она сможет себя греть за счет своих ископаемых. Будут за счет продажи выживать.

- Вот ведь курвы. Мир в задницу валится и они начинают о своей шкуре думать. - возмутился Владимир. - Таких уродов надо сразу к стенке. Кстати смотрю у нас не лучше. Развели подонков, словно фермы специальные строите. Мне власть нужна, чтобы вернуть землю русским людям. А не отдавать ее вашему засилью жидо-коммунистов.

- Ой, да ладно. - Зло и раздраженно сказал Сергей. - У нас на все правительство три еврея.

- А должно быть ни одного! - Убежденно сказал Владимир. - А всем остальным пожалуйста в парламент. В правительстве ТОЛЬКО русские. А евреев даже в парламент не пускать. Эта зараза везде приживается, как сорняк какой-то, прости господи, я бы их кастрировал всех. Что бы не размножались. Хрен с ним с холокостом… Но кастрация это святое. Что бы не плодились твари.

- Чем они тебя в прошлой жизни обидели? - спросил удрученно Сергей, перефразировав заданный ему когда-то Богуславским вопрос про госпитальеров.

- А куда не придут везде все разрушить норовят и везде всех поиметь… США это строго жидовская страна. Там вечно президенты в первую очередь перед вступлением в должность заявляют поддержку Израилю. Это же не секрет! И смотри, что они по миру делают? Пидоры одним словом. А нашу империю разве не твои социалисты разрушили с жидами заодно. Правильно Николай второй их чмырил. Самый убогий наш царь, семьянин, гуманист, и тот их гонял в хвост и в гриву. А в Германии? Баварское восстание? Ублюдки твои жиды, одним словом.

- Они не мои и они не ублюдки. - Жестко заявил Сергей. Но вдруг усмехнулся и сказал: - Ублюдок это незаконнорожденный. А они слишком хорошо за своей родословной следят. Ортодоксы даже полукровок на дух не выносят.

- Во-во! И эти люди меня нацистом называют… - непонятно к чему сказал Владимир и, подозвав бойца из охраны попросил, принести из дома выпить чего-нибудь. Обращаясь к другу, он поведал: - Ты знаешь, не пью почти. Вот просто не лезет алкоголь. Я вспоминаю Москву и своих волчат, с которыми куролесили, помню, как им твердил не пить, не пить, не пить… и сам бросил начисто. Я же когда им долдонил только перед акциями имел ввиду, а сам завязал основательно. Сейчас только вот с тобой пригублю.