Андрей Марченко - Цифрономикон (сборник)

Капитан Кожабеков как раз держал в руках дело о происшествии в музее, когда в кабинет вошел Никитин, оперативник отдела.

– Вижу, Асхат, всю работу свалили на тебя одного.

– У меня голова кругом от неразберихи, что тут творится. Читаю материалы дела и глазам собственным не верю. Несвязный бред…

– Да еще и эту многострадальную стелу из музея на тебя свалили.

– Почему многострадальную? – тут же зацепился Асхат за мимоходом брошенное слово коллеги.

– Ну как же. Два года назад какой-то душевно расстроенный торчок пытался разбить ее кувалдой. Скалывал надписи, пока его охрана не оттащила. Парень явно был невменяем. Сейчас где-то в психушке вместо срока парится.

– А кто вел дело?

– Кто-то из ваших и вел. Мы только на задержание выезжали.

– Псих он или нет, но чем черт не шутит. События в торговом центре и взрыв стелы в музее произошли чуть ли не одновременно. Вдруг он что-то знает?

– Так подними дело. Поспрашивай у своих.

– А в этом есть смысл! Может, хоть что-то прояснится? Трезвой логикой здесь не разгрести.

– Ну да, – ухмыльнулся Никитин, – психа тебе в помощь.

– Зацепин Николай Андреевич. Непростой случай. Заболевание перешло в острую фазу после тридцати лет, что весьма странно, – пробубнил чопорный доктор, листая личное дело больного. – На сегодняшний день мы имеем классическую паранойю. Мания преследования, потусторонние голоса, агрессивное поведение. Хотя в последнее время он притих. Недели три назад просто бесновался, а сейчас ничего, спокоен. Мы ему даже снизили дозу…

– Он в состоянии поговорить со мной? Или… – спросил Асхат с надеждой вырваться отсюда поскорей.

– Вполне, – кивнул головой доктор. – Еще вчера утром он мило беседовал с санитарами и другими пациентами. Правду сказать, свой срок он уже отмотал, как у вас говорят. И если так и будет продолжаться дальше, то у меня есть все основания переводить его на амбулаторное лечение.

Николай сидел на диване, в холле отделения, уставившись в неработающий телевизор. В расслабленной позе, спокойный, сдержанный. В руках он вертел простенький сотовый телефон. Встретишь такого не в больничной пижаме, так и не подумаешь ничего особенного. Ухоженный, коротко подстриженный, гладко выбритый. Даже больничная одежда на нем смотрелась очень естественно, словно это деловой костюм.

– А! Кожабеков Асхат Нургалиевич, – встрепенулся он, заметив капитана. – Не ждал вас так скоро. – Сказав это, Зацепин бережно положил телефон на журнальный столик перед диваном.

– Для человека, в некотором смысле изолированного от мира, вы неплохо информированы, – буркнул капитан, косясь на телефон Зацепина.

– Да, – согласился Николай, слегка улыбаясь. – И вы пришли узнать о том, что произошло в торговом центре и как это событие связано со стелой в музее. Ведь именно так вы на меня вышли. Но вы ничего не узнаете, уверяю вас, пока не станете мне доверять.

– Доверять тебе?! Так, сразу? Ну уж нет. Сначала послушаю, о чем ты мне поведаешь.

Николай нахмурился и поджал тонкие губы. Ему не понравилось обращение капитана к нему на «ты», но Зацепин промолчал.

– Спрашивайте…

– Разве больным разрешено иметь сотовые телефоны?

– Главный врач сделал для меня исключение. За хорошее поведение, разумеется.

– Чем тебе не угодила эта чертова стела?

– Неправильный вопрос. Капитан, вы читали, что это за стела?

– Гранитный обелиск, найденный на горном перевале Тянь-Шаня, – тут же процитировал выдержку из материала дела Асхат.

– Это надгробие, капитан. И его бесцеремонно вырвали из древней могилы и перетащили в музей, даже не поинтересовавшись тем, что там написано.

– А это имеет значение?

– Имеет. И вчера вы имели честь убедиться в этом. На сегодняшний день есть только двое, кто способен прочесть древние рунические письмена, которые я так усердно скалывал. Один из них перед вами, а второй… – Николай на мгновение затих и криво ухмыльнулся. – Второй покоился под этим самым надгробьем.

– Ты совсем из ума выжил, Зацепин. У меня двадцать пять неопознанных трупов, тридцать человек в коме…

– Должно было быть двадцать шесть, – нахмурился Николай, почесывая кончик носа. – Как раз по числу рун. Впрочем, они умерли уже очень давно. Это Его охрана…

– Его? – нахмурился Асхат.

– Того самого, кто умеет читать руны.

– Почему произошел взрыв? – продолжил капитан, явно недовольный такой беседой.

– Это не взрыв, это волны. Вибрации, – произнес Зацепин, с наигранной таинственностью шевеля пальцами в воздухе. – Древние довольствовались естественным электромагнитным фоном планеты и умели делать такое, что нынешним физикам еще только снится. А теперь, когда цивилизация просто кипит от микроволн и вибраций всех мастей, пронизывающих дно воздушного океана… Вы запустили тигра в загон для кроликов. Древние руны – это только формулы. Маркеры, способные перенаправлять энергию. Система управления. Язык программирования. Тот взрыв – это лишь мелкий побочный эффект ритуала. Вы привыкли думать, что надгробья ставят над могилами тех, кто в них лежит. Увы, та Чемолганская стела представляла собой всего лишь печать, которую, как вам известно, – что сделали? Правильно, сорвали. Великих, обладавших такой чудовищной силой, не могли похоронить просто в земле. Их упокоили в складках времени, загнав перед этим в ловушку тела. Теперь эта складка распахнулась. И они получили новые тела! Дело сделано! Теперь их мало что остановит в попытке найти своего подопечного. Но тут появляетесь вы, внося некоторую переменную в ход событий. Вот так.

Николай мгновенно умолк и отвернулся к окну.

Асхат глубоко вздохнул, с силой захлопнул папку и встал с дивана. Больше с этим сумасшедшим говорить не о чем. Сожалея о потраченном времени, капитан развернулся к двери, как вдруг услышал:

– Будь вы и впрямь хорошим следователем, вы бы, придя сюда, уже точно знали, кто нашел стелу. Но спишем это на недостаток опыта. Поздно бить тревогу. Не утруждайте себя. Просто готовьтесь жить в новом мире.

– Мне достаточно было знать, куда я иду. Это психиатрическое отделение для душевнобольных. И ты, Зацепин, находишься здесь и пока не убедил меня отнестись к твоим словам хоть чуточку серьезней.

– Представь компьютерный вирус, который не только испортит твою машину, раскрошит в мелкий винегрет все файлы, но еще и на тебя повлияет. Заставит вынуть из кобуры табельное оружие и приставить дуло к виску. И только от прихоти вируса будет зависеть, спустишь ты курок или нет. Чем больше мир будет пронизан волнами, тем сильнее станет тот, кто умеет управлять этим. Всё в этой вселенной вибрирует, шевелится. Но есть хаос, и есть гармония. И в шуме водопада можно услышать музыку. Но когда у тебя есть инструмент и ты умеешь на нем играть – шум водопада превращается в хаос. Вирусы приносят хаос, разрушение.