Яков Хотомлянский - Клуб любителей фантастики, 2012

Кресло низкой посадки. Я всё из карманов, из-за пояса выложил, чтобы нигде не давило. Опустил солнцезащитный козырёк:

— Оформляйте.

Магазин находился почти на окраине. Скоро я покинул город.

Летел, наслаждаясь мягким рычанием двигателя. Предстояли серьёзные дела но сейчас я отдыхал, расслаблялся.

И вдруг сирена. Белый «шевроле» сзади.

Мигалки на крыше, голубая надпись над радиатором: «ПОЛИЦИЯ». Конечно, я превысил скорость. Увлёкся. А он подстерёг.

Коп показывал рукой на обочину. Фарами сигналил.

Делать нечего. Я остановился, вновь глянул в боковое зеркало.

Патрульный вышел. Немолодой, с брюшком. В тёмно-синей, с коротким рукавом, летней форме, в какой они ходят в Теннесси. На поясе кобура и радиотелефон.

Без форменной шляпы, зато в очках-светофильтрах.

— Оставайтесь в машине! — приказал он. — Руки на руль! Права и регистрацию.

Встал грамотно, за линией центральной с гонки, — чтобы я не мог сбить его с ног дверцей.

— Извините, офицер… — Я протянул в окно бумаги. — Только что купил эту машину. Ещё не освоился.

Взяв документы, ком посмотрел в салон. И его глаза налились холодом.

— Что это у вас? — тихо спросил он.

— Где?

На пассажирском сидении.

Чёрт…

Ещё один прокол: выложил на правое сидение и свой девятимиллиметровый «глок-С30», компенсированный. Полицейский отступил, ладони на кобуре:

— Выйти из машины! Руки за голову! Десять шагов вперёд!! Не оборачиваться!

Я подчинился.

Не оборачиваясь, с руками за головой, процедил сквозь зубы:

— Там моё удостоверение. Вы помешали федеральному расследованию. Жизнь есть жизнь. Не представляешь собой угрозы — и ты никому не интересен, никто с тобой не считается.

Копа заморочил. Приняв от него извинения, поехал дальше.

И скоро был в маленьком тихом городке. Невысокие заборчики из белого штакетника, вокруг белых домиков с зелёными газонами и уютными верандами. На верандах кресла-качалки в них спали на солнце кошки.

Всё, как было.

Я тащился по сонной улочке.

Вот и нужный дом.

На веранде, в кресле-качалке, сидел человек моих лет, с небольшой лысиной и большой обидой на весь мир. Изменился, конечно. Пятнадцать лет прошло. Но я знал, что застану его дома. Тяжёл на подъём.

Остановив машину, я вышел, толкнул калитку и окликнул негромко:

— Лох!

Вообще-то полная форма Лох-Несс. Иногда просто Несси, по настроению. Он смотрел удивлённо.

Я ухмыльнулся.

Не такое уж долгое пребывание в клинике на большом круизном судне пошло на пользу. Огромный корабль держался в нейтральный водах и — вне юрисдикции каких бы то ни было государств. Формально — это косметические процедуры. Но моя внешность изменилась радикально — как после хорошей пластической операции. Родная мать не узнала бы.

Новое лицо, новое имя, новая судьба.

А старые проблемы и старые враги остались далеко за кормой частной плавучей клиники. Только вот понадобились старые друзья… Лох мастер, для него техника — словно живое существо. Он технику чувствует. К тому же безвреден, неспособен «кинуть» друга.

Несси выбрался из кресла и занял позицию на крыльце — в джинсах и в синей клетчатой рубахе навыпуск.

— К кому? — щурился мой школьный приятель. — Вам кто нужен?

Я миновал засыпанную гравием дорожку. И поднялся по ступенькам. Шёл — будто к себе домой. Оттеснил его к входной двери.

— Эй, ты чего!.. — опомнился хозяин.

— Проваливай!..

— Надо ослабить нажим, — подумал я.

— Ты успокойся. — На всякий случай отошёл к перилам. — Неужели Удава забыл?

Голос у меня остался прежний. И до Лоха постепенно дошло:

— Удав?.. Что с твоим лицом?

— Жизнь обкатала… Не женился?

— Нет.

— Молодец. Нужен хороший напарник, чтоб подстраховал.

— И ты вспомнил о старине Лохе?.. Проходи… Ну и тачка у тебя!..

— Дело сделаем — и ты себе купишь такую.

— Правда?.. Ходили слухи, ты воевал где-то.

— Было всякое. Ни к чему ворошить. Он усадил меня в кресло, пошёл к холодильнику за пивом.

Я тем временем оглядел знакомую с детских лет обстановку, совсем уже облезлую.

Вручив мне открытую бутылку, Лох сел в кресло напротив, хлебнул из своей бутылки:

— А что Койот? Никаких известий…

— У Койота проблемы. Он переехал в Калифорнию. А там — «закон трёх преступлений». Кто осуждён в третий раз, по какой статье — не важно, садится пожизненно. Вот так.

— Не хочу в Калифорнию.

— Мы туда не поедем.

Лох не бездельник, всегда что-нибудь ремонтировал. Но постоянной работы не имел, как я и думал. Легко уговорил его наобещал ему золотые горы.

— У тебя есть оружие? — спросил я напоследок.

— Ты уже и забыл, как живут в Теннесси. Оружие тут есть у всех. Традиция. — Он вынул пистолет из ящика стола и показал. — «Хай пойнт».

— Дешёвка.

— Заплатил сто шестьдесят девять баксов! — возразил Несен.

Дороговизну люди понимают в зависимости от кошелька.

— Ладно, сойдёт, — улыбнулся я. — Понадобится ещё кое-что, по мелочи.

Всё нашлось.

Мы сели в машину. Я дал газ.

Наш путь лежат на запад.

Несколько раз мы останавливались в мотелях.

В одном вышла неприятность. Утром Лох рассказывал:

— Ты шумел ночью, грозил всех арестовать. Твердил, что агент ФБР.

Я, маясь головкой болью, скрипел зубами и клял себя. Иной раз находит, когда выпью…

Миновали вулкан, такой неуместный в предгорьях.

Спорткар бойко шёл и без дороги. Я только поднял его на максимальный клиренс.

Напарник озирался но сторонам.

Через полчаса я остановился.

Внизу был громадный тектонический разлом, густо заросший лесом.

— Приехали, — сказал я.

Спрятал машину. Мы взяли снаряжение и начали спускаться.

Осеннее солнце припекало, усиливая запахи трав. От них моя головная боль утихла. Мне стало полегче.

Отыскали пещеру, скрытую зарослями дикой сливы.

Несси приблизился к входу, заглянул, опираясь на лопату:

— Как темно…

Включили оба фонаря, двинулись по сумрачному, извилистому ходу, промытому в толще известняка. Попадались сталактиты и сталагмиты.

На стенах ярко сверкнули кристаллы.

Несен выпучил глаза:

— Это что? Алмазы?..

— Кальцит. Не отвлекайся.

Я нашел место и показал Лоху, где копать.

Вот они, два металлических ящика, тёмно-зелёных, вроде чемоданов с ручками.

Вновь замаячила кругленькая сумма. На деньги, вырученные от продажи ящика номер один, я несколько лет жил на широкую ногу. Изменил внешность. Купил роскошную машину.