Вадим Деркач - Меч митры, пепел и тим

Что-то трещало, настойчиво сверлило мое прекрасное небытие. Ну, что, что? Что опять? Ох, боже... Я открыл глаза. Душный, тягостный сон с неохотой старой пыльной портьеры обнажил день и дребезжащий телефон. Я хотел было подняться, но первое же движение принесло гамму чувств, далеких от наслаждения. Вчера меня стукнули всего пару раз, но сегодня я себя чувствовал так, как будто исполнял роль коляски в фильме "Броненосец "Потемкин". Снова телефон. Пришлось потихоньку сползти с кровати, и рассыпая проклятия, добираться до беспокойного аппарата.

- Тим, дорогой, это я, - вырвался из телефонной трубки восторженный голос Эльдара.

- Да, - выдавили ответ мои легкие.

- Представляешь, сейчас звонил дядя Рза!

- Рад...

- Он горит желанием сходить с тобой сегодня в Музей Истории. Там какая-то новая экспозиция. Через час я за тобой заеду.

- Но... - попытался я возразить. Ответом мне были короткие гудки. Замедленная реакция. Ох, уж эти фанатики-автомобилисты. Видите ли, через час он за мной заедет. С таким же успехом мог бы заехать за цыпленком табака в ближайший ресторан. До чего же гадкое время...

Минут через пять я добрался до ванной. Холодный душ - это единственное, что могло оживить мое омертвевшее тело. Какое удовольствие! Я стоял под упругими струями воды, мысли бестолково перекатывались в голове и я никак не мог избавиться от ощущения потерянных воспоминаний - будто бы произошло что-то страшное, жуткое, но оставившее лишь едва заметный след. Как долго я предавался водным процедурам - не знаю, но звонок в дверь застал меня в том же положении. Я с трудом вышел из состояния прострации. Одел халат прямо на мокрое тело и поплелся к двери. В глазок личность не опознавалась. Неприятных ощущений не возникало, но имелось опасение, что они отмерли и отпали после вчерашнего. Поразмыслив о бронепоезде на запасном пути, я проковылял на кухню и, не раздумывая, вынул из ящика топорик для рубки мяса. Топорище ладно подошло к руке. Беспокоило только одно - я не знал правил разделки туш. Позвонили повторно. Я распахнул дверь, и отскочив, замахнулся рубящим предметом.

- Охре-е-енел, что ли?! - заикаясь спросил Эльдар.

- Частично, - признался я, бросая свой "томагавк" на пол.

Нерешительно потоптавшись, Эльдар вошел и осторожно прикрыл за собой дверь.

- Что случилось ? - спросил он, разыскивая безумие в моих глазах.

- Стриптиз репетирую, - признался я, и распахнув халат, гордо продемонстрировал свое расписанное синяками тело.

- Не для слабонервных, - оценил увиденное Эльдар.

- Антисексуальная кампания. Давай, присоединяйся.

- Кто это тебя?

- Господа, желающие моего отъезда, - устало сказал я, опускаясь на диван. - Но по части ненормальности до твоего дяди им далеко.

- Тебя, наверное, здорово стукнули по голове, - предположил Эльдар и, не дожидаясь моего ответа, спросил:

- Когда это началось?

- Вчера днем. Сначала угрозы - письма, звонки, а вечером... В общем...махнул я рукой.

- Почему ты молчал?! Ты думаешь для меня машина важнее друга? Ты самый настоящий осел.

- С этого дня начинаю отращивать хвост и уши.

- Остроумен, как никогда. Тьфу, шут гороховый. Давай, собирайся, повелительно приказал Эльдар. - Поживешь у меня. А я пока наведу справки кое-где.

Я покорно склонил голову - выбора не было. Побросав кое-какие вещи в сумку, я, немного поразмыслив, опустил туда же топор.

- А это зачем? - спросил Эльдар.

- Ты думаешь, нас никто не ждет?

Эльдар молча прошел в кухню и вернулся с чугунным утюгом.

- У меня электрический сгорел... Жена просила, - виновато объяснил он, и крепко сжав импровизированный кастет, решительно открыл дверь,

- Живыми не дадимся, - пообещал Эльдар, ступая в неизвестность.

Несмотря на эту угрозу, мы спустились без всяких приключений. Внизу Эльдар облегченно вздохнул, но выдох его где-то на середине прервался казалось - навсегда. Передние шины несчастного "Запорожца" были проколоты заботливой рукой.

- Мерзавцы! - закричал Эльдар. Он грязно выругался на сураханском диалекте и пригрозил, - Вы проглотите свои поганые языки, шакалы!

- Конечно, - сказал я смиренно, - меня простить ты всем готов, а вот что касается колес твоей машины...

- Кончай-да, Тим, - рассердился Эльдар, - твой враг- мой враг, но враг моей машины - покойник.

Около часа мы меняли камеры - благо имели запасные. Спустя некоторое время, когда наше авто катилось по Беюкшорскому шоссе, я подумал, что было бы неплохо сделать моему другу что-нибудь приятное.

- Знаешь, какая мысль пришла мне в голову? - спросил я его.

- Нет, - сухо ответил Эльдар, мрачный, как грозовое облако над Бешбармагом.

- Неудобно как-то получается... Ты обещал профессору. Давай заедем, извинимся хотя бы.

- Ты действительно этого хочешь?! - обрадовался Эльдар, не уловив в моем голосе обреченности.

- Спрашиваешь...

- Я как раз отдам книгу...

- И может быть о чем-нибудь попросишь, - подмигнул я ему.

"Запорожец" в предчувствии скорого расставания с хозяином летел как птица, желая себя реабилитировать, но было уже поздно. Эльдар был полон решимости и отваги, а я недобрых предчувствий и печали.

- Оставайся здесь, - предложил мой друг, когда мы подъехали к дому профессора, - я все объясню, отдам книгу, и мы поедем домой.

- Ладушки, - с охотой согласился я.

Эльдар ушел. Я попытался поудобней устроиться на сиденье - тело мое болело и требовало абсолютного комфорта. Мне почти удалось достигнуть желаемого, когда Эльдар выскочил из дома и заорал на всю улицу: "Идем скорее... Скорее... Там, там..." Идти мне никуда не хотелось, но делать было нечего. Я вынес свои многострадальные мощи из машины и с трудом поднял их на третий этаж.

Дверь в квартиру профессора была приоткрыта. Я затрепетал, ощутив, как каждую клетку мою пронизал холод грядущего несчастья, вызвав неуютное, неприятное ощущение близости непонятной угрозы. Я панически оглянулся, но не увидел никого, кроме Эльдара, бледного, нервно переплетающего пальцы. Ободряюще кивнув ему, я вошел в квартиру. В комнате царил страшный беспорядок, но то был не творческий хаос профессора, а апогей разрушения и вандализма: разбросаны бумаги, книги сброшены со стеллажей, разорваны и лишены обложек. На полу лежало накрытое газетой тело. Загипнотизированный траурным строем букв, я медленно потянул ее за край - бумага нехотя сползла, обнажая чье-то лицо, как занавес театра абсурда открывает свои невообразимые декорации. Мне сделалось нехорошо и следом чуть было не вырвало.

"Вай!" - истошно закричал за спиной Эльдар и завыл.

Совладав с собой, я схватил его за плечи. Мой взгляд случайно упал на противоположную стену. Я вздрогнул и крепко сжал Эльдара в объятиях. Кровавые полосы расплывались перед глазами. Они складывались в буквы, а буквы в слова. "РАДИ ВЛАДЫКИ, ПАСТЫРЯ БЕДНЫХ!" - с трудом прочитал я, и все во мне обмякло, осело и только сердце громко билось где-то в бесформенной массе.