Дмитрий Изосимов - Метагалактика 1993 № 2

— Вот, — сказал Михаил, обращаясь к Ярану. — Принимай гостя.

Гость быстро освоился, заметил в углу согнутую тушу рюкзака и бросился к ней, наступив по пути на руку и ногу Ярана. Яран сказал: «Однако…» и посмотрел на обоих. Он был недоволен.

Октар присел около рюкзака, засунул руки глубоко внутрь и стал одну за другой вытаскивать разные вещи и раскладывать их вокруг себя. Ему сильно мешал лук — он снял лук вместе с колчаном и бросил на пол. Его сильно заинтересовали спектрокопии и он отложил их в сторону, отдельно от вещей.

Яран долго смотрел на Октара, переваривая информацию, потом, переварив, обратился к Михаилу:

— Миша, где ты его нашел?

— Он меня нашел! — сардонически произнес из глубины малыш, не оборачиваясь. — Это я его нашел. Я, если хотите знать, вас еще у озера заметил, всю дорогу следил.

— Послушай, Октар, — спросил Михаил. — А ты давно здесь, в лесу?

— Странный вопрос, — недоуменно проговорил мальчик и удивленно хмыкнул, пожал плечами и уставился в стенку напротив. — Я здесь живу. — Он вдруг страшно чем-то заинтересовался и стал шуметь. — Какая симпатичная вещица!

Он вертел в руках плоскую пластмассовую коробочку стандартного анализатора, нажимал на кнопки, щелкал рычажками и ему сильно нравились переливы огней и цветная графика на оконце экрана. В блестящих глазах живо светились красные огни отражений. Потом он бросил прибор поверх свернутых карт и с голодной жадностью набросился на внутренности рюкзака, чуть не забираясь туда с головой.

— Откуда ты его взял? — шепотом спросил Яран у Михаила. Шепот его был похож на гортанное клокотание.

— Нашел, — прошептал Михаил. — Пока за водой ходил, наткнулся совершенно случайно.

— Он человек?

— По-моему нет. Посмотри, какие у него уши. Однако отрицать, конечно, нельзя.

— Твоя версия?

— Корабль с Земли потерпел аварию. Ребенок, очень любопытный, забрел в лес и потерялся. Или как-то уцелел после катастрофы. Он еще говорит про каких-то Просветителей. В это я, конечно, не верю, но… Черт его знает.

— Может быть. Странное существо.

Малыш сидел на заду лицом к ним и внимательно рассматривал каждую вещь, перебирал в руках, разглядывал со всех сторон, что-то бормотал, бросал ее в общую кучу барахла, брал следующую. Он перетряс, наверное, весь рюкзак. Иногда доносились его тихие восклицания, порой совершенно неожиданные: «Занятная коробка… Как тут включается? Ага! Кремниевые кристаллы, электроцепь с аккумулятором. Кристаллы (он вздохнул)… Какие к черту кристаллы!». Михаил спросил:

— Октар, а ты откуда? В смысле, где ты родился? И кто твои родители?

Октар медленно поднял голову и беспомощно уставился на него с видом ребенка, которого собираются наказывать.

— Ну? — грозно потребовал Михаил. Ему это уже начинало надоедать.

Малыш вздрогнул и съежился.

— Нет, так дело не пойдет, — с уверенностью заявил Яран и пересел поближе к Октару. Мальчик оттолкнулся пятками и отъехал назад. Яран сделал на лице страшную маску — видимо, улыбнулся и довольно миролюбиво спросил: — Ну, малыш, что ты тут выбрал?

— Я не малыш, — буркнул мальчик, не шелохнувшись. Маленькая рука быстро ухватила за спиной увесистый анализатор.

— Октар! — назвал он его по имени и кивнул на электронный хлам. — Нравится?

— Кое-что нравится, кое-что нет, — рассудительно заметил Октар и мотнул головой, убирая упавшие на глаза длинные черные лохмы.

— Неплохая вещь, правда? — Яран, улыбаясь и ласково отцепляя от прибора его пальцы, взял в руки анализатор, повернул ручку и сделал на экране красивую заставку. Правый верхний угол картинки подергивался рябью.

— Неплохо, — согласился Октар, забрал у Ярана прибор, пощелкал ручками. — Только стекло маленькое. — И неожиданно добавил: — И конденсатор окислился. Вон тот, толстый, как пиявка.

— А у вас все такие, как ты? — спросил Яран таким тоном, будто все про всех знал.

— Все… — ядовито сказал Октар. — Я один остался. А раньше нас было много. Просветителей очень уважали. Как тебя зовут?

— Яран, — весело ответил Яран. — А его Михаилом.

— Или просто Мишей, — добавил Михаил.

— Ми-ша, — по слогам произнес мальчик и уверенно сообщил: — Странные имена. Яран, я заберу это? И это?

— Бери, — великодушно разрешил Яран.

Михаил разлегся на полу ногами к огню, положив под голову валик одеяла. Пол был теплый и очень уютно грел спину. Над костром сипел котелок, в котором булькало и клокотало. Яран бросал туда какие-то кусочки и время от времени помешивал деревянной палочкой. Малыш ковырялся в электронике.

«Почему-то никак не получается называть его Октаром, — подумал Михаил. — Не подходит к нему это имя. А почему, не знаю.» «А тебе не нужно знать, — возразил внутренний голос.» — «Почему? Мне ведь придется с ним общаться долгое время, жить рядом. А он совершенно не похож на мальчишку. Дело не в облике. Я просто не могу его воспринимать как ребенка, потому что он намного опытнее и мудрее своих земных сверстников. И не могу его воспринимать как взрослого, потому что возраст его мал. Как быть?» — «Не понимаешь, да?» — «Не понимаю, не могу понять.» — «А ты и не старайся, просто воспринимай его таким, какой он есть. Перенастрой свое мышление. Впрочем, это произойдет само.» — «Ты, хочешь сказать, что я должен привыкнуть?» — «Да, может быть и так.» — «А о каком тогда понимании может идти речь, если все попытки и хоть какие-то результаты сгложет привычка?» — «А ты так устроен, уж тысячи лет так устроен, что существует либо взаимопонимание, либо привычка.» — «Подводишь ты меня, старик.» — «Время покажет.»

Октар собрал в охапку отобранные вещи и перебрался к Михаилу. Он снял с плеч накидку, расстелил мехом вверх, сел и стал рассматривать спектрокопии, поворачивая их так и эдак и пробуя щепоткой пальцев материал. Потом приподнял широкую «лапу» шкуры, засунул в нее по плечо руку и вытащил горсть предметов. Странные это были предметы: цветные осколки, через которые на окружающий мир очень любят смотреть дети, выточенные из камня фигурки с фантастическими формами, резная короткая трубка и куча страшных, начиненных ядом колючек.

Малыш аккуратно сложил на карту колючки, трубку, остальное высыпал обратно. Затем посмотрел в трубку, как в бинокль, и стал чистить пухлым мизинцем изнутри.

— Можно посмотреть? — Михаил показал на колючки, отливающие зеленым.

— Конечно можно, — сказал Октар и посмотрел на него. — Только будь осторожен. Там растительный яд.

Михаил с опаской взял одну, повертел в руках, стараясь, чтобы острый, как игла, шип не поцарапал руку. Оперение колючки переливалось, как павлинье перо. И Октар разгуливает с этим оружием по лесу! А ведь мог бы по случайности попасть в меня. И не только в меня… Михаил положил ее на место и спросил: