Александр Белаш - Красные карлики

Экран показал знакомый Форту «флэш», похожий на трезубец Нептуна, затем анимацию – «флэш» минует барьер и обрушивает залпы сквозного оружия на беззащитную планету, где встают зарева колоссальных взрывов. После появились форцы – величавые, матово поблёскивающие покрытой цероидом кожей, с искусно убранными волосами, похожими на водопады; их глаза мерцали звёздным светом, губы были нежны, утончённо-юные лица очаровывали немеркнущей прелестью, одежды ниспадали прозрачной тяжестью фантастических шелков. Словно ангелы. Среди них смугловатый и чернокудрый Джомар Мошковиц (почему Даглас?) выглядел слишком взрослым и непоседливо-юрким бесом, хотя окружающим форцам вполне могло быть лет по семьсот. Джомар принял длинную плоскую шкатулку и проговорил что-то в ответ.

– Премия составляет примерно полмиллиона экю, но её важность не в сумме, а в том, что впервые ею награждён не форец, а существо иного вида. При всей неоднозначности свершений Дагласа надо согласиться с тем, что он продвинул науку землян ещё ближе к достижениям блистоновых миров.

– Я благодарю всех, принимавших участие в проекте «Сефард»… – раздался не просто хорошо известный, а прямо-таки до боли знакомый Форту голос благодетеля, переместившего умирающее сознание наладчика игральных автоматов Албана Хассе в тело киборга особой модификации Warrior. Похититель разума. Безумный учёный. Фанатик. Гений. Чтоб тебя из гиблой цанцы окропили. Будь благословен, Джомар Мошковиц! да славится имя твоё! Что с тобой случилось, что в тебе сместилось и надорвалось, о быстрый, говорливый, беспощадный и несчастный Джомар, если ты принял фамилию своих киберсозданий взамен фамилии предков?!..

– …и особенно – пилоту по имени Альфер, который своим полётом соединил наши миры и наши науки. Он заслуженно награждён, более того – он стал гражданином Самоуправления Форрэй.

Альф. Первая модель! Стоя среди форцев, Альф надменно улыбался. Он был чем-то похож на них; даже их одежда смотрелась на нём гармонично и уместно.

«Так вот куда ты удрал, братец Альф… Эк нас разнесло с тобой! ты среди эльфов, а я среди монстров… Умница; знал, в какую сторону лететь. Ещё бы – Джомар подбирал в проект интеллекты с высоким IQ, отвечающие сложности задач. Будь ему нужны обычные бомбометатели – брал бы парней попроще, вроде Джифаренге… Значит, вы с Джомаром помирились? ты ему простил кражу рассудка, он тебе – побег… Может, и мне в семью вернуться, к папочке родному? Или шантажировать его, письмо послать – отец, вышли деньжат, а то альтийцам сдамся…»

Форт невольно усмехнулся. Нинтола внимательно взглянула – что показалось Антону забавным?.. Джифаренге, напротив, нахмурился:

– Вот, я же говорил. Эти вечные юноши и слизни растащат нас по углам, а потом стравят. Нельзя прислуживать высшим. Они на всё пойдут, чтоб мы не освоили блистон…

Но мысли Форта витали не здесь. Он вспоминал едкие, издевательские слова Альфа: «Душа его отыдет к Богу, а тело да будет предано земле… а оказалось, душу присвоил Джомар!»

«Язвил ты, парнишка, язвил – и что теперь? – повеяло из глубины мозга горьким, трезвым холодком. – Ты страшно не хотел быть рабом… слушаться приказов… исполнять и повиноваться… Ты добился своего? да неужели?.. Ты опять в проекте «Сефард», только хозяин – другой. Вон тот, с тонкими косами. Или другой, с серьгами синего золота. Надо же, гражданин счастливого Форрэя! И тебе вновь говорят: «Пожалуйте в ложемент», тебя заливают жидким газом, тело каменеет, и открываются порты, и штекеры входят в тебя тремя кинжалами. Опять. Опять, как прежде. И ты искренне доволен, Альф? Вот бы спросить тебя лицом к лицу…»

Форт заставил себя выйти из пространства погружающихся мыслей. Тесный кубрик, сдавленная жара, испарения немытых тел, объедки и огрызки на столе, несмолкающее гудение турбин. За дверью – узкие проходы коридоров, темнота, пыль с машинным маслом объединяются в грязь и марают одежду, бормочут динамики, передавая команды с кормы.

«А мне ещё чистенький Даглас-центр в Баканаре не нравился! Это я настоящего рабства не видел…»

Телевизор продолжал обмусоливать и ворошить проблему истребителей «флэш», но Форт ощутил, что видение, соединившее воспоминания и явь, рассеивается и меркнет, подобно вспышке выхода из гиперпространства. Прошлое задело, ушибло его – и покатило в будущее своей дорогой, а он не захотел вскочить на подножку и уехать вместе с ним. Как с самого начала разминулись их дороги с Альфом, так и сейчас им не слиться.

«Явиться к Джомару с повинной?.. нет, спасибо. Наверняка премудрые эльфы с Форрэя детально обдумали побег Альфа и настоятельно посоветовали Джомару ввести в схему мозга некую деталь. Крохотный чип, своевременно блокирующий порыв к свободе. Новые пилоты не убегут. Даже если Джомар откажется… его отстранят от проекта. Форцы, адмиралы, командоры, стратеги – их больше, и они влиятельней».

Позже, пробегая свой традиционный маршрут по датчикам, Форт нащупал окончательный, давно назревший вывод – он был неприятен на вкус и проглотить его стоило немалого труда, зато мысли, встрёпанные теленовостями, обрели устойчивую структуру и стали прозрачно-ясны.

«А что меняет – чисто вокруг или грязно? Управляют мной голосом через динамик или командуют прямо в мозг? Требуют доложить показания манометров или расстановку вражеского флота? Уровень техники ничего не значит; даже в самом высокотехничном обществе рабство останется рабством. Но я – здесь, сегодня, без документов, запертый в агрегате и лишённый всего – СВОБОДЕН! Смешно? Ну кто потягается со мной в свободе? Я делаю, что хочу, я иду, куда хочу – я распоряжаюсь собой, мои мысли свободны. Спасибо, Джомар, что сохранил на своём носителе мой разум, а уж куда его применить – я сам решу. Пора. Время пришло; дольше медлить нельзя».

Когда пятого термидора солнце коснулось вершин гилея и сумерки затемнили дымящуюся просеку за гигантской кормой, Форт выбрался на крышу и пошёл к флаеру «Орта».

– Цанцукэ, Руна поручила мне некое дело. Чтобы выполнить его, нужна твоя помощь.

Мужчины – народ лживый и непостоянный. Вечно их одолевают пороки; рабочим мужьям свойственны леность и обжорство, боевым – то неуёмная драчливость, то коварство, чтобы добиться своего, они пускаются на всяческие хитрости. Памятуя об этом, Цанцукэ, прежде чем ответить Форту, достала трэк и позвонила сестрице.

– Руна? это я, Лучезарная. Льну к тебе, горя всем телом, волосы струя по твоему плечику. Благополучна ли ты, тёплая моя звёздочка?

– О, да. – Звонок застал Руну в супермаркете, на кассе, где она перебрасывала из корзины в сумку пакеты с едой к ужину. – А у тебя, я надеюсь, всё в порядке?