Александр Арбеков - Баллада о диване

Я размышлял на эти темы, сидя на горячей броне боевой машины пехоты, которая находилась в двухстах метрах от океана и стояла на невысоком холме. Люблю холмы и горы! Бой кипел внизу, и я внимательно наблюдал в мощный бинокль за его ходом. Сверху всё было видно, как на ладони. Превосходно! Периодически я давал по рации различные команды и советы, воодушевлял бойцов, как мог.

Рядом высился танк последней модели. Многослойная композитная броня его, как уверяли наши конструкторы, абсолютно предохраняла и сам танк и его экипаж от любых разрядов, посылаемых Монстрами. Дай-то Бог! Вообще-то, надо этот факт проверить! Жаль только, что у нас на вооружении существует пока только одно единственное такое чудо. Не хочется его сейчас пускать в ближний бой. А с другой стороны, где и когда я его ещё испытаю? Чего над ним трястись? Пожалуй, следует, всё-таки, проверить его возможности в реальном сражении.

Танк периодически вздрагивал, гулко изрыгая тяжёлые снаряды, и посылая их в какие-то цели около океана. Хорошо, что на голове у меня был шлем, иначе я давно бы уже оглох.

Я вдруг вспомнил об уникальном самолёте-истребителе Президента Конфедерации и о самом Президенте, легко улыбнулся. Слава Богу, откачали нашего гостя, полежал он в реанимации, сейчас проходит курс реабилитации, так что скоро будет с нами. Эх, чувствую, сотворим мы с ним такие дела во славу наших любимых Отечеств!

Затем я подумал о Жене Президента и загрустил. Ох, как же лихо я кувыркался с этой чертовкой сегодня ночью! Какая дама, однако… Это что-то! Вернее, кто-то! Еле, еле я выполз из постели. Еле, еле, спотыкаясь и чертыхаясь, обессиленный, поддерживаемый тремя бдительными адъютантами, добрёл я до вертолёта. Да, бывает… Ух, какая шикарная женщина! Но не о том сейчас следует думать! Не о том!!!

Между тем Монстры продолжали наступать. Двигались они очень быстро, разряды свои метали уже где-то на семьдесят-восемьдесят метров! Да, налицо явный прогресс! Что же будет далее, чёрт возьми!?

Взорвался ещё один танк, потом бронетранспортёр. На земле лежали обгорелые трупы двух-трёх десятков наших пехотинцев. Мне стало зябко и тревожно. Стоявшие позади меня члены Инспекционной Комиссии оторвались от биноклей и зашушукались между собой.

Я соскочил с БМП, подошёл к танку и ударил несколько раз рукояткой пистолета по броне. Открылся люк, из него выглянул молодой, розовощёкий и весёлый капитан. Увидев меня, он стал крайне серьёзным, быстро оказался на верху башни, вытянулся и звонко отрапортовал:

— Господин Верховный Главнокомандующий! Командир изделия «Х» к выполнению задания готов!

— Изделие «Х»? — рассмеялся я. — Сколько у тебя ещё осталось снарядов, боец-молодец?!

— Пятнадцать штук! Имеется ещё пять совершенно неизрасходованных коробок с патронами к крупнокалиберному зенитному пулемёту, но я думаю, что, судя по всему, он этих уродов не возьмёт!

— Да, ты прав. Вот что… Ты же знаешь, каким танком командуешь, и какая на тебе лежит ответственность?

— Да, это экспериментальная машина, единственная в своём роде, господин Фельдмаршал!

— Ну что же, пришла пора и тебе показать удаль молодецкую! — отечески улыбнулся я. — Давай брат, рискнём. Пора испытать танк на поле брани. Куда же от этого денешься. Ты готов выполнить свой долг?

— Так точно, господин Президент!

— В случае, если ты и экипаж останетесь живы, — всем по очередному воинскому званию, по Ордену «За мужество» и по солидной премии! Попрёшь сейчас в самую гущу Булей, пойдёшь на непосредственный контакт с ними. Если танк не пострадает от разрядов, то нещадно дави тварей гусеницами. Повеселись всласть! Готов!?

— Так точно, готов! Долг есть долг! — беззаботно произнёс Капитан, но голос его слегка дрогнул, и в глубине глаз мелькнула тревога. — Только, в случае чего, о наших семьях, пожалуйста, уж позаботьтесь, господин Верховный Главнокомандующий. Главное, — о детях!

— Это само собой! Ну, ни пуха, ни пера!

— К чёрту! Извините…

— За что? Всё ты правильно говоришь и делаешь, парень. Давай, вперёд, и только вперёд! — покровительственно улыбнулся я.

Люк захлопнулся, танк пыхнул выхлопными трубами и быстро пополз вниз к месту боя. Я снова влез на БМП, поднялся на башню и стал, затаив дыхание, следить за машиной, на которую возлагал столько надежд! Господи! Спаси и сохрани её, ну и конечно экипаж!

Между тем в голове роились самые разные мысли, которые я высказал вслух. Почему-то в последнее время мне так лучше думалось.

— Чёрт возьми! Я попадаю в засаду уже второй раз! Не может это быть случайностью! Второй раза я провожу инспекцию округов, и оба эти два раза на меня совершаются нападения! Очень подозрительно, очень! Чувствую явную измену!

— Да, Ваше Превосходительство, очень подозрительно, — поддакнул Министр Обороны.

Меня смущало то, что в этот раз я попал в классическую засаду! Именно в довольно умно организованную засаду! Первый раз Були действовали как-то хаотично и довольно тупо. Они появлялись из океана шеренгами, сломя голову бросались на нас, безрезультатно пускали разряды, массово гибли. Но, стоит признать, что они почти достали меня и членов Комиссии. Если бы не вовремя прилетевшие штурмовики и вертолёты, то от руководящего состава Государства и от верхушки Вооружённых Сил ничего бы не осталось!

Во второй раз двое гигантских и усовершенствованных Булей выпрыгивали из океана с мелководья. Их атака была какой-то странной, непонятной, я бы сказал, экспериментальной. Но я-то всё-таки чуть не стал её непосредственной жертвой!

Ну, а в этот раз Монстры действовали по-другому. Часть из них заблаговременно затаилась справа по ходу нашего движения, используя неровности местности: овраги и холмы, поросшие то тут, то там низкорослым лесом. Другая часть, расположилась на мелководье, должна была при нашем приближении выскочить из океана слева. Таким образом, мы оказались бы зажатыми в клещи.

Но этим планам не суждено было сбыться. Я стал очень осторожен и во много раз более бдителен. Три ударно-штурмовых вертолёта теперь постоянно кружили над нашей Инспекционной колонной. Один летел впереди, два по бокам. Выработав топливо, они улетали, и на смену им прилетали другие.

Конечно, целесообразнее было бы проводить Инспекции на борту вертолёта и тогда бы я ничем не рисковал. И безопасно и быстро… Но главная суть инспекционных мероприятий состояла в том, что я стремился быть ближе к земле, к народу, подробнее изучать береговую полосу, местность рядом с ней, особенности рельефа, оборонительные и командные сооружения как бы глазами Монстров, выходящих из океана. Так всё становилось понятнее. Отчётливо были видны прорехи в укрепрайонах. Кроме этого, я постоянно встречался и беседовал с бойцами, которые несли в них службу, интересовался их насущными проблемами и нуждами, раздаривал всевозможные подарки, награждал, фотографировался с ними, сыпал шутками и анекдотами, чем значительно поднимал их морально-боевой дух. Дух, — это главное! Он решает всё в нашей жизни!