Тэд Уильямс - Гора из черного стекла

— Потерянных! Башня! Потерянные! — Лицо потеряло четкость, будто от порыва ветра.

И исчезло, осталась только пустая рама, за которой простиралась непроглядная ночь.

Рени долго не могла прийти в себя. Пронизывающий холод исчез, остался только прохладный ветер, завывающий в башенках снаружи. Вечер давно перешел в ночь, единственным освещением в комнате был мигающий свет масляной лампы.

Витикус, предводитель разбойников, сидел на полу, будто его повалило ветром, на его нарумяненном лице читалось изумление.

— Это не то, что бывает обычно, — тихо произнес он.

Большинство разбойников сбежали, те, что остались, валялись на полу в молитвенной позе лицом вниз. Витикус с трудом поднялся на ноги, он демонстративно стряхнул пыль с брюк.

— Наверное, мы больше не будем сюда ходить, — объявил он и, гордо приосанившись, направился к двери, однако плечи предводителя были напряжены, будто он ожидал удара в спину. Как только он вышел, все остальные Чердачные Пауки поднялись с пола и заспешили вслед за ним.

!Ксаббу держал Рени за руку:

— С тобой все в порядке?

— Да, по-моему.

Она повернулась, чтобы посмотреть на остальных. Флоримель и Т-четыре-Б сидели на полу, а Фактум Квинтус лежал на спине и разговаривал сам с собой. Эмили неподвижно распростерлась у дальней стены под одним из разбитых окон. Рени заспешила к ней, чтобы убедиться, что та еще дышит.

— Кажется, это просто обморок, — сообщила она остальным. — Бедняжка!

— Стены Приама, так ведь? — спросил Хидеки Кунохара, сидя со скрещенными ногами и с мечтательным выражением на лице прямо под колючей матерью. — Похоже, вы в самом деле центральные персонажи в этом сюжете.

— О чем это ты? — резко спросила Флоримель, к ней вернулось ее обычное хладнокровие. Она встала рядом с Рени около неподвижной Эмили, вместе они приподняли ее и устроили в более удобном положении. — Это ведь Троя? Крепость короля Приама, Троянская война — несомненно, еще одна идиотская симуляция. Что ты об этом знаешь, Кунохара, и что ты имеешь в виду под «главными персонажами истории»?

— Ту самую историю, что происходит здесь сейчас, — ответил он. — Госпожа появилась здесь, чтобы передать вам указания. Весьма впечатляюще, должен признать. Думаю, вас ждут в лабиринте.

— В лабиринте? — Рени посмотрела на него, оторвавшись от Эмили, которая начала проявлять признаки жизни. — Как у Минотавра?

— Это же было во дворце Миноса на Крите, — поправила ее Флоримель. — В Трое лабиринта не было.

Кунохара весьма противненько хихикнул. Рени опять показалось, что с ним что-то не так, какая-то лихорадочная нервозность. Она подумала, что это действие алкоголя, хотя могло быть чем-то другим — возможно, он просто сумасшедший.

— Ну, если вы знаете так много, сами и отвечайте на свои вопросы, — заявил он.

— Нет, — ответила Рени. — Извини. Мы в растерянности, мы испуганы. Кто эта… эта?.. — Она показала на окно, где появлялось лицо.

— Это была Госпожа Окон, — сказал брат Фактум Квинтус у нее за спиной благоговейным голосом. — Я думал, что сегодня я насмотрелся разных чудес. Но тут появилась она! Появилась во плоти! — Он сел ровнее и при этом тряс головой, чем-то напоминая насекомое. — Не одно поколение библиотечных братьев будет обсуждать это происшествие.

«Похоже, он даже не понял, что его могли убить, выбросив в окно», — с горечью подумала Рени.

— Но что же она хотела, эта… Госпожа? Я совсем ничего не поняла. — Рени обратилась к Кунохаре: — Что, черт возьми, здесь происходит?

Он поднял руки, развел их в стороны ладонями вверх.

— Вас вызывают в Трою. Это первая симуляция, построенная Братством Грааля. Она находится в самом центре.

— Что ты хочешь этим сказать? И откуда тебе все известно — ты говорил, что не входишь в Грааль.

— Я не являюсь частью солнца, но все равно знаю, когда наступает день, а когда приходит ночь. — Он был доволен своим остроумным ответом.

— Мы уже устали от твоих загадок, — проворчала Флоримель.

— Тогда Троя вас разочарует. — Он хлопнул себя по ляжкам и встал, отвесил шутовской поклон статуе Матери и снова повернулся к ним. — Честно говоря, вы не можете позволить себе грубость — вы недовольны загадками, но откуда же берется мудрость? Разве вы решили те загадки, что я задавал вам раньше? Закон Долло или Кишимо-джин? Понимание может оказаться очень важным для вашей роли в этой истории.

— Опять история! Ты все время повторяешь — история! — Рени хотелось ударить его, но ее удерживало воспоминание о том ужасе, что был на лице Биббера, когда Кунохара наслал на него пламя, моментально охватившее беднягу. Чего только не бывает в нереальном мире! Кунохара назвался одним из богов Иноземья, и тут он не ошибся.

— Пожалуйста, мистер Кунохара, скажите, что это значит? — попросил !Ксаббу, беря Рени за руку, чтобы успокоить ее. — Вы говорите о какой-то истории, а та женщина, Госпожа Окон, говорила о ком-то, кто видел нас во сне. Мое имя означает «сон» на языке моего народа. Мы считали, что находимся в полностью неживом мире, но сейчас я в этом не уверен. Возможно, есть особая причина, почему я здесь, — так мне кажется, — более важная цель. Если это так, я хотел бы знать.

К удивлению Рени, Кунохара посмотрел на !Ксаббу с некоторым уважением.

— Ты говоришь как люди Круга, но более осмысленно, — сказал тот. — Что касается снов, я не знаю, в Сети есть многое, чего никто не понимает, даже создатели, а есть такие детали, которые Братство держит в секрете от остальных. А вот что касается историй, вы, конечно, и сами видели. Вся эта Сеть потеряла предсказуемость. — Он замолчал, задумавшись. — Может, понятие непредсказуемости здесь как раз означает те истории, которых мы еще не знаем.

— Вы говорите, что есть что-то, управляющее Сетью? — вмешалась Флоримель. — Но мы это давно знаем. Ее ведь создало Братство для своих целей.

— А может быть, сама операционная система… — предположила Рени. — Сеть должна быть очень сложной и запутанной.

— Нет, мне кажется, что это нечто более тонкое. — Кунохара нетерпеливо тряхнул головой. — Я не могу объяснить свою мысль. Но это не важно. — Он склонил голову, изображая печаль. — Так, фантазии одинокого мужчины.

— Скажи нам, пожалуйста! — Рени боялась, что он снова исчезнет, как случалось уже дважды. Несмотря на сарказм, ощущалось, что Кунохара чувствует себя неловко, он не был из тех, кому легко общаться с людьми.

Кунохара закрыл глаза, сначала показалось, что он говорит сам с собой.

— Нет, бесполезно. Мем [29] истории? Кто станет это делать? Кто может это сделать? Нельзя запутать машину словами.