Борис Фрадкин - Тайна астероида 117-03

- Час тому назад я разговаривал с начальником строительства высотных сооружений, - сказал Анисим Григорьевич. Форсировать сборку локатора "Третий-бис" можно, но при одном условии.

- При каком?

- Необходима постоянная консультация Алексея Поликарповича.

- Разве я в ней отказываю? - удивился профессор.

Разговор подходил к тому трудному месту, к которому вел его заместитель министра. Несколько минут в кабинете царило молчание. Бурдин старательно разглаживал щеку ладонью и смотрел себе под ноги. Начальник астрономического отдела изучал пальцы рук.

- Вы твердо решили принять участие в полете за астероидом? - спросил заместитель министра.

- Да, - ответил Чернов, - а как же иначе? Моя консультация при сборке локатора "Третий-бис" вовсе не является незаменимой.

- Конечно, - вмешался в разговор председатель астрономического отдела, - в стране немало специалистов по радиоастрономическому оборудованию. Но ведь речь идет о предельном ускорении сборки. У вас же, Алексей Поликарпович, двенадцатилетний опыт работы по локаторам. Допустим даже, что сборку закончат без вас. За это время ракетоплан будет уже далеко в космическом пространстве и разыскать его сможет только очень опытный охотник за астероидами. Приобретать свойственный вам навык, Алексей Поликарпович, будет поздно.

- Я все понял, - Чернов насупился и покосился на Бурдина, ища у него поддержки. - Но кто заменит меня в ракетоплане? Там тоже потребуется умение обращаться с локаторами.

- Ваша ассистентка, - ответил заместитель министра. - Ее рекомендовал Иван Нестерович.

- Светлана Владимировна?! Вы хотите доверить контроль курса девушке?

- При чем тут пол, Алексей Поликарпович? Как нам известно, у вас она многому научилась.

- Да, но в таком случае почему не оставить ее у локатора?

- А где потребуется большее искусство: у локатора "Третий-бис" или в ракетоплане? Безделье, как вы заметили, будет во время полета самой утомительной нагрузкой.

Профессор почувствовал, что в споре против заместителя министра ему не устоять. Его положили на обе лопатки, и он сильно подозревал в этом закулисную помощь Бурдина. Кривить душой Чернов не умел. Возразить было нечего. Он понимал: правительство хотело иметь полную гарантию удачного исхода экспедиции. К перелету была допущена первая испытанная машина. В программу ближайших лет входила постройка межпланетной станции и освоение Луны. Только совершенно особое обстоятельство - появление гостя из Галактики - заставило пойти на преждевременное исключение.

- Могу ли я считать вопрос решенным, Алексей Поликарпович?

Чернов поднял на заместителя министра усталые глаза и молча наклонил голову. Разговор перешел к частным проблемам организации полета: испытанию космических костюмов, аварийных парашютов, выбору пищевых концентратов.

В гостиницу Чернов возвращался вместе с Бурдиным.

- Удивительно, какие нелепости бывают на свете, - посетовал Чернов. - Рассчитываешь на поддержку старого товарища, а он тебе в это время палки в колеса вставляет.

- Меня имеешь в виду? - улыбнулся Бурдин.

- Тебя.

- Ты думаешь, мне не хочется лететь с тобой? Но это не выдерживает никакой логики, Алексей. Я знаю, что с профессором Черновым хлопот будет куда меньше, чем с его двадцатичетырехлетней ассистенткой.

- Ну?

- Да вот, видишь, нашлись люди умнее. О нас же, дураках, позаботились. Астероид кому больше всего нужен? Тебе да мне. Вместе полетим - неизвестность. Ты останешься - полная уверенность в успехе.

В тот же день профессор Чернов вылетел обратно в Перекатовск. Он смотрел на меняющиеся под крылом самолета ландшафты и размышлял. Смирившись со своим положением, Алексей Поликарпович испугался за Светлану. И хотя он уверял правительственную комиссию в полном отсутствии опасности полета, теперь ему на ум приходили всевозможные "вдруг".

Вдруг откажут метеоритные сигнализаторы? Тогда ракетоплану будет угрожать столкновение с метеоритом. О последствиях подобной встречи лучше и не думать - ралетоплаа обратится в облако раскаленного газа.

Или вдруг откажет двигатель? Ракетоплан станет неуправляемым. Инерция заставит его двигаться в прежнем направлении, он исчезнет, навсегда растворится в мировом пространстве.

Ему как астроному слишком много известно было этих "вдруг".

Алексей Поликарпович вспомнил поведение Светланы на башне локатора. Как она дрожала от страха! Да разве же она согласится лететь с Бурдиным?

Чернов понял, что решение Светланы во многом зависит и от него. Дело даже не в страхе. Можно просто попросить ее отказаться от полета...

Чернов опустил голову. Если он сам стремился в полет, мечтал побывать в космическом пространстве, то какое право имеет он убивать эту мечту в другом человеке?

4. Ракетоплан "СССР-118" покидает Землю

Но Светлана согласилась лететь. С пятого по двенадцатое июля она принимала участие в тренировочных полетах на ракетоплане "СССР-118".

В носовой части машины находилась кабина управления, позади нее располагался грузовой отсек с запасами питания, кислорода и специальной космической одежды. За грузовым отсеком следовало моторное отделение.

Кабина занимала не более одной четверти ракетоплана. Вся ее оболочка, кроме стены с дверью в грузовой отсек, состояла из прозрачного сплава, что давало хороший обзор водителям. Здесь размещалось очень немного оборудования. Около небольшого продолговатого щита стояли три глубоких металлических кресла, два в ряд и одно позади. По мере роста ускорения кресла автоматически откидывались, ослабляя нагрузку на тело. Над задним креслом нависала коленообразная труба - зрительное устройство бортового локатора. В этом кресле сидела Светлана.

Последние дни перед стартом прошли для ассистентки Чернова как во сне. При каждом тренировочном полете она испытывала страх. Земля проваливалась в бездну. Никак не хотелось верить, что яркий, разноцветный шар, оставшийся за хвостом машины, и есть то место, где живет она, Светлана, живут ее друзья, родные. Черная угрожающая пустота окутывала ракетоплан. Звезды приобретали неестественный яркий блеск.

После каждого тренировочного полета Бурдин хвалил девушку:

- Быстро вы приспособились к нашей "ракетке", Светлана Владимировна. Бесстрашный у вас характер.

А докладывая заместителю министра о ходе тренировочных полетов, еще больше расхваливал Светлану:

- Девушка чувствует себя в ракетоплане как в собственной квартире. Курс корректирует без малейшей заминки. Работает быстро, точно. Правильно поступили, что взяли именно ее.

- Черновская выучка, - улыбнулся заместитель министра.