Константин Рогов - Взхоббит против тьмы

- Ух ты! - выдохнул восхищенный Полка. - И где это ты научилась так здорово врать?

- У меня - талант с рождения, - ответила Крохотуля.

Глава 13. Нежданная встреча. Врата.

Парой дней спустя (или что-то вроде того) путники вошли в Преддверье. Так называлась узкая долина, окруженная с трех сторон горами. Гор не было только на западе. На западе была мощенная желтым кирпичом дорога на которой зоркий глаз взхоббита то и дело находил собачьи какашки.

- Вон там, - показал взхоббиту Торкин. - Стояла когда-то сторожевая вышка Хлитор, что на гномьем языке означает "та, которая зрит у Преддверья"...

- Выразительный язык, - кивнул Полка. - А это что такое?

- Белые дубы. Эти священные деревья были высажены по обочине дороги и волшебной силой своей охраняли врата Моргии. Сейчас, как видишь они сморщились и высохли...

- Почему?

- Почему? Эгхм... Пологаю, лучше спросить об этом у Гумбли-Хумбли или у Пимпли. Они родом из Моргии, так кому знать об этом лучше, чем им самим?

Взхоббит поддал газу и пристроился рядом с Пимпли.

За время путешествия Полка хорошо узнал всех своих спутников (некоторых даже несколько больше чем хотелось) и испытывал к веселому Пимпли симпатию.

- Пимпли, а почему белые дубы вдоль дороги высохли? - спросил взхоббит.

Пимпли раскатисто хохотнул, пару раз сплюнул в сторону Хрю-хрюндли, который отреагировал недовольным ворчанием. и, потрепав свою рыжую бороду, ответил такими словами:

- Нас постигло большое насчастье, о юный взхоббит. Все наши садовники погибли, нажравшись быстрорастворимого сока "Ябли", а времени на обучение новых садовников у нас не было. С востока пришла дубогрызная древоедка и погрызла все священные дубы. Нынче безмолвными стражами стоят они у дороги и только ветер, гуляющий меж их узловатых стволов, поет печальную песню о ста восьми гномах-садовниках и запоре кишечника...

Полка прислушался, но никакой песни не услыхал и решил, что последняя фраза была всего лишь поэтическим оборотом.

- Врата! - воскликнул Хрю-хрюндли с тем выражением с которым когда-то безымянный матрос из команды Христофора Колумба воскликнул "Земля!"

- Вот они! Доехали! Ура! - дружно завопили гномы. Даже старый Радован Карагозис, который в предыдущей главе не произнес ни одного слова, пробормотал нечто одобрительное.

Мотоциклы были брошены и позабыты, а гномы помчались прямиком к серой скучной, абсолютно плоской скале. Подойдя ближе Полка увидел, что вся скала исцарапана какими-то тонкими линиями.

- Это знаменитый магический рисунок, который видели Гэндалев и Фродко Одноухий? - полюбопытствовал взхоббит, оглядывая внезапно притивших гномов.

- Нет! - резко ответил Торкин и судорожным движением выхватил "Гэндалеву зажигалку". - Это нечто странное, чуждое и непонятное, оставленное когтями невиданного существа.

Рейнджер ахнул.

- Как же так?

- Вот так, - ответил Торкин. - Эй, Пимпли, как сюда войти?

- Потяни за тот шнурок, справа, - посоветовал Пипмли.

- Сам тяни, - огрызнулся подозрительный Торкин.

- Это всего лишь колокол, - покачал головой Пимпли. - Он оповестит жителей Моргии о нашем прибытии и они придут сюда и откроют ворота.

- Вот ты и тяни.

- Трус! - воскликнул Гумбли-Хумбли.

Он подошел к Вратам и дернул за шнурок. Шнурок оборвался.

- Я не верю своим глазам! - воскликнул Гумбли-Хумбли. -Этого не может быть!

- Боюсь что в Моргии что-то неладно, друзья! - воскликнул рейнджер. Не повернуть ли нам назад?

- Оно выползло из Врат, - внезапно заговорил взхоббит. - Прямо вот отсюда. Не знаю что эта Тварь делала в Моргии, но не думаю, что какие-то приятные вещи. Я чувствую злобу и темную ненависть... Оно оставило эти царапины на Вратах - свой автограф и предупреждение нам, тем, кто захочет попасть в Моргию...

- Ни хрена себе! - ошарашено вздохнул Торкин. - Ты здоров, брат взхоббит?

- Да. Это просто так... Драматический монолог, - смущенно захихикал Полка. - Видели бы вы свои глупые рожи...

- Попал пальцем в небо, волосатолапый, - покачала головой Крохотуля. Я изучила следы. Все было точно так как ты говоришь.

- Она права, - кивнул рейнджер. - Я лучший следопыт отсюда и до самого Гон-Дыра и если вым нужно мое экспертное заключение, то...

- Заткнись! - крикнул Торкин. - Нам, гномам, надо посовещаться.

Полка потихоньку отошел в сторону, чтобы отлить.

Потом он выглянул из-за скорченного дуба и увидел что гномы о чем-то яростно спорят.

- Ну и ладно. Лучше потренируюсь, - решил взхоббит.

Он достал свой любимый пугач и принялся стрелять в пташек-красноперок, которые облюбовали ближайшие кусты.

- Какого хрена! - завопили кусты.

Полка попятился.

Из кустов, холодно усмехаясь вышел уродливый горбун. Волосатые пальцы его были сомкнуты вокруг рукояти мономолекулярной удавки.

- Сандальо! - ахнул Полка.

- Хорошая память, мохнатолапый. Зачем?...

БДЫМСЬ!

- Зачем снова в меня стрелять? - укоризненно проскрипел горбун, поднимаясь с земли и отряхивая свои дымящиеся лохмотья. - На мне все равно кевларовые одежды, которые не пробить из твоего пугача.

- Я стреляю, потому что мне доставляет удовольствие смотреть, как ты всякий раз плюхаешься на землю, гнусный горбун! - едко ответил дерзкий взхоббит.

- О! Какой едкий ответ дал тебе сей дерзкий взхоббит, о верный Сандальо! - сказал русобородый человек, выходя из кустов.

Он застегивал пуговицы на панталонах.

- Ты?!!!

- Я, - согласился русобородый обнажая желтые подпиленные зубы в широкой дружелюбной улыбке. - Меня зовут Омар. Омар из Кастрюли, к твоим услугам, о половичок.

- Я - Полка Брендипьянк, - автоматическки представился взхоббит. - А почему ты называешь меня половичком?

- Я много жил на востоке. Там из таких как ты делают отличные меховые половички, - пояснил Омар. - Но тебе не стоит меня бояться. Я не бандит.

- Правда?

- Нет. Но тем не менее. Я не такой уж плохой бандит.

- В самом деле?

- Э-э-э... ладно-ладно. Я плохой бандит, - с некоторым раздражением признал Омар. - Ну и что с того? Я живу так как хочу, вот и все.

- Да мне по фигу, - пожал плечами Полка. - А вы случайно не знаете ничего про секту Великой Лестницы?

- Еще бы! Я - ее основатель!

- Вы?

- Я.

- Взаправду?

- Без балды.

- Что тут происходит? - внезапно рявнул Торкин. - Кто тут основатель Великой Лестницы.

- Вот тот - русобородый.

- Привет тебе, о пропахавший пашню дочери Злопыхателя в майский день под городскими часами Анукактамваса, - приветствовал гнома Омар.

- Эге! Я знал тебя под именем Развязанный Шнурок, верно? - припомнил Торкин.

- Верно. Но с тех пор как моя бабушка умерла, я ношу сапоги на "липучках". Завязывать шнурки - слишком хлопотно, -сказал Омар.