Дмитрий Изосимов - Метагалактика 1993 № 4

Антон, протерев присоски, стал прикреплять приборы к железному настилу. Сергей тем временем достал маленький полевой бинокль и стал, как полководец, осматривать окрестности. Увидев что-то из ряда вон выходящее, он неестественно громко сказал:

— Антон, смотри! — И показал на темную подвижную точку.

Антон взял бинокль и увидел человека, который бежал в сторону ближайшего холма. Он был одет в серый комбинезон и бежал, нелепо размахивая руками, выбрасывая их как в танце, абсолютно босые ноги увязали в снегу. Увеличив резкость, Антон рассмотрел лицо человека, бледное, изможденное, с глубокими ссадинами и царапинами. Из левого уголка рта бежала кровь. Человек спотыкался, падал лицом в сугроб, быстро поднимался и бежал дальше, только смахнув с лица таявший снег, смешанный с кровью.

— Быстрей! — крикнул Сергей и метнулся клюку.

Он первым добежал до люка и исчез в черном отверстии. Антон бежал за ним, слышал впереди его напряженное дыхание и все повторял про себя: только бы не упасть, только бы не споткнуться, только бы не упасть…

Он в спешке обогнал Сергея, первым добежал до антиграва. Откинув фонарь, он упал в кресло, включил двигатель, взялся за штурвал, посмотрел на приборы. Все это произошло так быстро, что когда он увидел Сергея, тот только выбегал из Павильона.

— Быстрей!

Сергей перемахнул через борт, закрыл фонарь, и антиграв метнулся вперед.

Сначала двигатель неприятно взревывал и завывал, но потом Антон опомнился, уменьшил подачу энергии, постарался сосредоточиться. Антиграв летел слишком низко и зацепил днищем за верхушку ледяной глыбы, подняв тучу ледяной крошки и снега. По правому борту ужасающе заскрежетало, машину подбросило вверх, и у Антона лязгнули зубы. Выровняв антиграв, Антон поискал человека.

При таких условиях невооруженным глазом его просто невозможно было найти. Сергей включил поисковый локатор и задействовал терморежим. На экране, пульсируя, появились разноцветные пятна, в зависимости от теплоизлучения. А вот и человек. Антон спикировал вниз, обогнул невысокий холм и увидел в метре от носовой части искаженное лицо.

Антон сжался, но ничего не произошло. Антиграв просто остановился и повис в полуметре над сугробом. Он ожидал чего угодно, только не этого. Ему казалось, что сейчас раздастся тупой удар, холодный хруст, и брызнет кровь, А вместо этого — тишина. И ветер снаружи.

Сергей сразу же вылез из антиграва и стал осматривать повреждение. Вдоль всего днища справа тянулась глубокая и неприятная царапина. Правый габарит был разбит и смотрел лохмотьями красной пластмассы. Но самое главное — человека нигде не было.

Сергей сел в кресло. Антон совсем тихо спросил:

— Он… там?

— Нет там никого. Я тоже сначала испугался — думал, сбили…

— Тогда где он?

— Не знаю.

Антон выглянул за оргалит фонаря и увидел человека на вершине далекого холма. Тот кричал, прыгал и размахивал руками, как на необитаемом острове. Сергей тоже его заметил.

— Посмотри. — Он показал на экран. Локатор его не воспринимает. — Его там нет, понимаешь? Не должно быть.

Незнакомец стал бледнеть, таять, испаряться, пока не исчез совсем.

— Вот такие-то дела, а? — загадочно произнес Антон. — Что же это такое?

— Ерунда какая-то получается, — говорил Сергей, когда они возвращались к Павильону. После пережитого волнения очень хотелось говорить. — Что? Где? Откуда? И этот незнакомец… Ты заметил, как он одет?

Они опустились на крышу Павильона. Антон молча собрал анализаторы, записал данные и все рассыпал. Дрожали руки. Антон сжал пальцы в кулаки, разжал и спрятал лицо в ладонях,

— Антон, все в порядке? — спросил Сергей. — Может, мне сесть за штурвал?

Антон посмотрел на него и кивнул.

— Пожалуй ты прав, — тихо произнес он.

Обратно летели на полной скорости. Сергей прижимал антиграв к земле, взметая легкий искрящийся снег, ловко огибал рытвины, холмы. Иногда он забирался вверх, в клубящееся облако пурги, и снег тянулся за ним четкой белой полосой.

Почему я так устал, спрашивал себя Антон. Что произошло? День только начался, и я уже никуда не годен. Ведь не случилось ничего сверхъестественного. Это же моя работа! Ну, увидел человека. Боже мой, о чем я думаю! (Антон прикрыл глаза рукой.) Рассуждаю, как циник, как скептик на Ученом совете, как будто каждый день доводится видеть босоногих и брошенных людей на чужих планетах. И тупая боль в голове. Сергей вот нисколько не кажется усталым? Или это только внешне? Кому хочется быть слабее других!

Они приземлились около распахнутых створок ангара. Нортон и Раманостр стояли и смотрели на рабочих, которые колесили вокруг проталины за кормой «Единорога», зачерпывали из дымящегося болота в пробирки и собирали кусочки растений. Нортон отдавал приказания в микрофон переносного пульта, болтающегося на шее, и тихо переговаривался с Раманостром.

— Как дела? — мрачно спросил Раманостр. Он явно был сегодня не в духе.

— Камеру разбили, — еще более мрачно сообщил Сергей.

— Так вам и надо. Опять новую доставать, да?

— Что еще? — Нортон посмотрел на Антона.

— Мы видели человека, — сказал Антон.

Никто даже не пошевельнулся. Все, кроме Нортона, смотрели на рабочих. Из густой, тяжко качающейся жидкости выпирал острый металлический угол и был забрызган чем-то зеленым.

— Однако странная у вас реакция, — констатировал Сергей.

Раманостр повернулся в его сторону.

— А какой она должна быть?

— Ну, не знаю. Все-таки не каждый день встречаемся с аборигенами.

— Да? Мне почему-то все равно.

— А мне не все равно. — Сергей начинал злиться. — Мне вообще непонятна ваша бездеятельность.

— А что бы ты предложил?

— Ну, собраться всем, обследовать холмы, что ли… Странно как-то вы себя ведете.

— Здесь нет людей, ясно? — вдруг резко сказал Раманостр. — И не может быть. Мы сегодня все утро с Нортоном, простите, с капитаном просидели за анализом данных киберов. Второй аспект Вандарова оказался верным: вероятность появления разумной жизни прямо пропорциональна удаленности от ядра галактики и разности температуры планет системы.

— При чем тут…

— Жизнь возможна в пространстве, равном числу «пи». А здесь отклонение на несколько десятитысячных. Так, что вам, Сережа, просто показалось.

— Но почему?

— Тебе повторить?

— Ну что вы в самом деле! — возмутился Антон. — Спорите не по поводу. И здесь, кстати сказать, довольно холодно.

Подкатил громадный кибер-лаборант, печатая рисунок грязными гусеницами, и поставил в снег тяжелую стеклянную бутыль, закрытую сверху крышкой с отверстиями. В сосуде вяло каталась болотная жидкость, а внутри что-то яростно ворочалось, прижимаясь к стеклу темным волосатым боком и тонкими лапами.