Александр Матюхин - Абсолютное правило

Я — его цель, его задача. Уничтожить — и все. Больше его ничего не интересовало.

— Ну, подходи же, хрен крокодилий, — прошептал я. — угощу кое-чем!

Он сделал еще один шаг вперед, а потом раскрыл рот и сказал:

Виталий Виноградов, вы обвиняетесь в несанкционированном нарушении правил Игры, повлекшем за собой отклонение от норм и установленных критериев…

— Ну так и что? За это мне теперь умирать? Оборотень словно не слышал меня. Его тихий и ровный голос даже не дрогнул:

…За подобное нарушение Высший Совет Исправителей приговорил вас к смертной казни. Мы — инквизиторы!

Приятно познакомиться, — я кивнул, отходя немного назад и здоровой рукой вынимая дубинку.

Ногтем подцепил колесико напряжения и довел его до трехсот шестидесяти вольт. Кончик дубинки покраснел.

Второй оборотень ступил в воду. Кажется, до них не дошло, что я собираюсь делать. Они оба решительно направились ко мне.

Ребята, если вы шевельнетесь, то я опущу вот это в воду. — Многозначительное покачивание дубинкой. — Пускай я и сам изжарюсь, но заберу с собой парочку… Как вы сказали? Инквизиторов?..

Я не успел. Первый вдруг хищно оскалился, изогнулся и прыгнул, выставив вперед руки с изогнутыми пальцами.

Я выставил перед собой дубинку, но оборотень немного отклонился в сторону и оказался слева от меня. Обернуться я бы не успел. А он уже поднял руку и обрушил на мое больное плечо сокрушительный удар!

Я заорал! Сволочи! Скоты! Ну нельзя же так с больным человеком! Не по правилам! Мир вокруг помутнел и перевернулся. Кажется, я вновь падал в воду, роняя дубинку и теряя последнюю надежду на спасение.

Падая, я понял, что мне вряд ли удастся подняться.

Голова погрузилась в ручей, я открыл рот и закричал под водой, ослепляя себя пузырьками воздуха, а потом вынырнул и понял, что упал на колени. Что дубинки нет, а оба оборотня стоят надо мной, искривив свои физиономии в отвратительном оскале.

А я так и не увидел настоящий рассвет…

Черты одного оборотня вновь стали неуловимо меняться. Он вдруг съежился, прижал руки к животу, и… его разорвало изнутри. Мне в лицо брызнула кровь, вперемешку с чем-то еще, то ли кожей, то ли внутренностями. Его левая кисть, описав в воздухе широкую дугу, со шлепком упала в воду в нескольких метрах от нас.

То, что осталось от оборотня, удивленно мотнуло головой, словно отрицало сам факт подобного происшествия, поднесло искалеченные руки к глазам и плавно упало на колени. Из разорванного живота в воду вывалились кишки, и я мог поклясться, что разглядел сквозь отверстие у него в груди противоположный берег. Глаза закрылись, и оборотень упал в воду, на мгновение погрузившись в нее, а потом всплыв. От тела, огибая меня, стали растекаться маленькие ручейки крови.

Все это произошло буквально за несколько мгновений, и ни я, ни оборотни не успели сообразить, что случилось.

Второй оборотень затравленно крутанулся на месте, чуть изогнувшись и выставив вперед руки.

Похоже, он вновь пытался превратиться в пса. Теперь ему было не до меня. Кто-то еще влез в их правила и нарушил их. Причем нарушил сознательно, не просто отгоняла бандитов от беспомощного гражданина, а стреляя на поражение. Причем стреляя из далеко не слабого оружия.

Деревья и кусты на обоих берегах хранили молчание. Я тоже вглядывался, пытаясь вычислить, где находится мой невидимый спаситель. Но он либо затаился, либо вновь прицеливался для повторного выстрела.

Я увидел блеск оптического прицела за секунду до того, как луч прорвал заросли и снес оборотню верхнюю половину тела. Наверное, ее просто разнесло на миллиард мелких кусочков, потому что не осталось почти ничего. Немногие остатки шлепались в воду вслед за упавшими ногами оборотня. Для него это была легкая смерть. Боли, в отличие от первого, он не почувствовал.

И вновь наступила тишина. Я вслушался. Неизвестный спаситель не спешил показываться.

Эй, ты кто такой? — крикнул я в никуда. — Дай хоть тебя поблагодарить!

Потом поблагодаришь, — ответил знакомый голос. Ветки раздвинулись, и на берег вышла Вероника. Обеими руками она держала лазерный транстерминатор. Оружие настолько редкое и дорогое, что в России достать его практически невозможно. Правда, для той безумной компании, в которую меня занесло, видимо, нет ничего невозможного.

Вероника! — заорал я, сам того не замечая. — Ты могла бы явиться намного раньше. Когда я подбегал к машине, например!

И это вместо слов благодарности? — отозвалась она. — Сам вылезти сможешь или и здесь тебе помогать придется?

— Смогу, — процедил я сквозь зубы и побрел к берегу.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

«Ландовер» выехал на Октябрьскую, мягко рокоча мотором.

Я откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза и некоторое время сидел так, глубоко дыша, чтобы успокоиться. Иногда, в детстве, это помогало. Сейчас — не очень. Потому что я понял, что все, о чем говорила Вероника, — чистая правда. Скоро меня убьют, и убегать, в принципе, бесполезно.

Всю дорогу от ручья мы шли молча. Я хотел взять у нее транстерминатор, но она указала на мою обвисшую руку. Плечо ныло, но не настолько сильно, чтобы к этому нельзя было привыкнуть. Скорее всего, вывихнул или выбил сустав. Мы подошли к машине, и Вероника протянула мне полотенце, чтобы я стер кровь оборотней с лица и шеи. Хорошо еще, что не было моей собственное Подождала, пока я это сделаю, потом забралась на водительское сиденье и завела мотор. Я сел рядом, скинун промокшую насквозь куртку на заднее сиденье. В ботинках хлюпало, но что поделаешь?

Уже совсем рассвело, и на улицах стали появляться первые люди. Седьмой час, наверное…

Я, знаешь, что хотел спросить. — Я открыл глаза и повернулся к ней. Вероника не отрывала взгляд от дороги. — Кто были эти оборотни?

Исправители, — коротко ответила она.

Она назвали себя еще и инквизиторами.

Да, они были и ими, только не сейчас. Даже не том да, когда охотились за тобой. В своей другой жизни, еще до того, как они стали игроками. Создатель Сумерек специально выбирал себе игроков из инквизиторов. Он считал, что они жестче и кровожаднее даже наемных убийц и маньяков. На деле так и происходило. Если бы ты знал! каков стал перевес Сумерек после разгула инквизиции во Франции… Мы думали тогда, что игра проиграна. Хорошо, что ошибались.

Я промолчал, так как почти ничего не понял. Пускай все объяснит Василий, когда приедем. Вместо этого спросил:

Тогда другой вопрос. Куда ты ушла? Меня искать?

Не совсем. — Вероника слегка запнулась, словно подбирала нужные слова. — Если честно, Виталий, я видела, как оборотни прошли в твой подъезд. Тут уж тебе либо удастся выбраться из дома, либо нет. Правда заключалась в том, что я понимала, что скорее всего тебе не удастся выжить, но с другой стороны, я ведь имею право надеяться? Я порылась в багажнике и нашла изумительный транстерминатор. Он был заряжен. Потом из подъезда появился ты, и я поняла, что сейчас появятся и оборотни. Наверное, тебе лишний раз не надо объяснять, что они ни в коем случае не должны были видеть, что я тебе помогаю. Иначе это было бы нарушением правил с моей стороны, и меня могла бы постигнуть та же участь, что и тебя.