Стас Северский - Боец тишины (СИ)

правда, рванем на север, развеемся.

– Нет, Швед, я не про север… я про восток. Мне вернуться надо – в Россию.

– А что так?

– Не знаю еще… Зов какой-то.

– Что-то с тобой не так…

– Что-то не так, Швед. Но я еще не понимаю, что… Словно вирус снова просыпается и в кровь

мутит… и мысли…

– Но мы его теперь контролируем… Крюгер дело знает…

– А что-то все равно не так идет… Мучает он меня, Швед, вирус этот…

– Это у тебя в голове, а не на деле…

– Не знаю еще, но не в голове дело точно…

Швед в задумчивости уставился вдаль, растрепав рукой сини волосы – это его зимняя окраска…

– Охотник, а следы видишь?.. С хутора ведут… снегом присыпанные…

– Точно, похоже на след… стертый, правда…

– Снегом занесло, но…

– Поехали. Проверим.

192

Так и знал, что был кто-то у нас… Девка к нам какая-то наведалась…

Глава 8

Саданул коня по ребрам, и полетел по следу.

– Швед, вижу объект!

Девка с канистрой и волосами, заплетенными в косу, курит в пролеске, смотря издали на наш

забор… Налетел на нее ветром, соскакивая с коня на ходу, набрасываясь на нее, бросая на снег.

– Ты кто такая?! Что здесь делаешь?!

Девка не стала вырываться, когда я ее придавил – только глаза сощурила…

– Что, изнасиловать меня решил? Мне нравится грубый секс. Я и не посмотрю, что ты

страшный такой. Мне плевать – у меня мужика давно не было.

Я ослабил хватку, оторопев, а она врезала мне кулаком в челюсть… Отшвырнула меня, еще не

пришедшего в себя, и поднялась, отряхиваясь.

– Это ты – Улаф, которого все здесь так боятся?

– Я!

– А я – Линд. Я здесь недалеко живу – вернее далеко, но не так, чтобы совсем. Встала вот на

дороге – бензин кончился. Мне старик англичанин сказал, что я у вас могу канистру взять.

Предупредил, конечно, чтобы я тебе на глаза не попадалась. А я на тебя хоть издали взглянуть

решила… Хочется же знать, что за человек такой, что пугает всех так…

– Линд?..

– Ты что, оглох?

Я поднялся, притирая ее к стволу облезлой елки. Мое сердце так и рвется из груди – не ждал

такого… такого явления, как эта Линд.

– Какой англичанин?! Отвечай живо!

Она не стала вырываться, нагло рассматривая мое изувеченное лицо.

– Ваш старик…

– Он не англичанин.

– Он на английском говорит…

– Он немец.

– Как ты и этот ваш Эрих? Старик сказал, чтоб я Улафу и Эриху на глаза не попадалась?

– Я не немец, я норвежец, а он – швед.

Я указал ей на Шведа, в недоумении смотрящего на нас с высоты – он ведь так и не спешился,

предоставив отлавливать девку мне.

– Я ничего против шведов не имею… если они против нас не имеют ничего. Я так поняла, что у

вас и поляки живут?

– Старик сказал?

– Он не в себе немного, кажется – отрешенный такой… как твой шведский товарищ.

– Это есть…

– Теперь ясно, почему мне тебе и Эриху на глаза попадаться старик не рекомендовал… Не знаю,

как Эрих, но ты уж совсем не отрешенный и не спокойный.

– Это точно подметила.

– Ты меня на обед не пригласишь, Улаф? Мы ведь вроде как соседи, хоть и дальние.

– Думаю, что надо пригласить, раз так вышло, раз старик с тобой такую дружбу завел…

– До дружбы нам со стариком далеко еще, как и с тобой. Согласись, что не особо по-дружески

мы с тобой встретились…

– Верхом ездить умеешь?

– Я на хуторе всю жизнь живу – все умею и все могу.

Глава 9

193

Я собирался ее только допросить, но, видно, теперь ее вытурить трудно будет. Она к нашему

обеду и вообще к нам подошла, как к старым товарищам. Быстро взялась помогать Агнешке и

Войцеху. Войцех, кстати, ей глянулся. Мне это по душе не пришлось, но пока я решил промолчать.

Все ж они друг друга с трудом понимают – английский они знают плохо, как и Агнешка. Сложная у

нас ситуация вообще с языками… Просто, я один знаю все языки собравшихся на моем хуторе

людей. Мы здесь за обедом на немецком говорим в основном, хоть поляки не особо хорошо его

знают. Пока Швед, Шлегель, Крюгер и Агнешка с Войцехом норвежский не выучат – придется с

немецким и английским перебиться как-то. Черт… Попали же все на одну территорию… Правда,

Линд особо со словами не напрягается – надо ей берет у Агнешки поварешку, а у Войцеха –

топор… Деловая она – за порядок быстро взялась… Что-то мне все это подсказывает, что она у нас

задержится… коль на совсем не останется с Войцехом, который смотрит на эту крепкую высокую

девку с нескрываемым восхищением. Еще бы – она красива. Такая фигура, такая коса за спиной…

Трудно ей не соблазниться, да и бойкая девка… Ничего не скажешь – хороша.

Глава 10

Вроде бы все у нас всех отлично – живем здесь, забыв про распри и раздоры, а у меня… мрак

на душе непроглядный. Сижу на полу в темноте, сжимаю в руке варган, напеваю заунывную песню

эвенков… А за окном в ночной тиши воет и затихает снежный ветер. Все вокруг замело – и землю,

и небо… Вот я и вою вместе с ветром… Бесприютно и тревожно…

Швед бросил на пол шкуру и опустился подле меня.

– Не спишь, Охотник?

– Нет. Не выходит.

– Тебя Агнешка ждет…

– Она спит.

– Как проснется – потеряет и искать пойдет.

– Она всегда так. Но пока она – спит.

– А ты?.. О том же, о чем я думаешь?..

– О том, что лекарство перестает действовать…

Швед отрешенно взглянул на тусклую ночь за окном и стал ковырять железки в брови – он весь

в этих его железках.

– Значит, о том же, что и я…

– Что нам делать, если мы с тобой не ошибаемся.

– На Крюгера надеяться – больше ничего.

– Надо в базах данных секретные сведенья глянуть.

– Охотник, я смотрел только что…

– И что?

– Ничего. Крюгер наш один вперед идет.

– Надо с этим делать что-то…

– С чем?

– С Крюгером, Швед.

– А что с ним можно сделать?

– Он все время наше лечение корректирует – и вирус подконтролен нам. Но вирусологи его не

контролируют… Он запущен на больших территориях, а вирусологи… они отстают от вируса,

когда мы, вернее – Крюгер, идет с ним нога в ногу.

– Думаешь, нам нужно передать разведке не сведения, полученные от Крюгера, а – Клауса

Крюгера?

– Да, Швед. Ему нужна серьезная лаборатория, а главное, – он нужен серьезным специалистам.