Александр Белоткач - Дм Мой или Шанс №2

А через полчаса, к нам в комнату завалилась шумная компания Лизкиных подружек. Здесь была Лика, Милка с рыжей Олей и еще четыре незнакомые, но вполне себе симпатичные девчонки. Они принесли с собой какую-то снедь, и когда мы, с трудом уместившись за раздвижным пластиковым столом, начали праздничный обед, кто-то из девушек бросил:

— А мы ведь тоже ничего! Возьми и нас? Всех оптом!

И прыснувшие гости, смущенно захихикали.

— Ага! — ответил я как можно спокойнее, — А спать мы будем в местном спортзале!

26

Вечер прошел хоть и без особых изысков, но в довольно приятной атмосфере. Было весело. Гости много шутили, все дружно несли дежурную чепуху про счастье, семейный очаг, и прочее в том же духе. Стол тоже выглядел ничего так, нормально, даже четыре бутылочки вина имелись. И уговорив их, девочки стали совсем веселыми, так что Лизе даже пришлось кое-кого успокаивать. Одна из незнакомых девушек, которую звали Марта, так разошлась, поздравляя нас с Лизой, что зацеловала меня всего, а затем просто уселась мне на колени со словами:

— Ал! Возьми и меня, пожалуйста! Я ведь тоже красивая!

И хотя эта Марта была действительно очень даже ничего, все же гарем заводить я здесь не собирался. Поэтому аккуратно отцепив руки девушки, висевшей у меня на шее, я передал ее Лизе, дабы та успокоила свою подвыпившую подружку.

Я понимал, что девушкам в этом непонятном, порой пугающе странном мире, бывает особенно одиноко, и хочется опереться на крепкое мужское плечо, и спрятаться за широкую надежную спину любимого человека, но увы, в некоторых так называемых партиях, а особенно здесь, у сборщиков, соотношение мальчиков и девочек было очень неравномерным. По слухам, здесь такое соотношение было всего лишь один к пяти, так что парней просто физически не хватало. Возможно именно поэтому, Светоносный ввел в своем царстве восточные порядки, с гаремами, и абсолютной властью мужеского пола в семье. Но несмотря даже на эти нововведения, еще очень много девушек оставалось неудел.

Лиза о чем-то долго шепталась с той самой Мартой, и усадив ее вновь за стол, села рядом, шепнув мне на ухо:

— Она у нас сильно озабоченная! Прости ее!

Я понимающе кивнул, размышляя о том, что кое-кто здесь так навсегда и останется один. Так уж тут все несправедливо устроено.

И вот, когда уже за полночь гости стали расходиться, лукаво улыбаясь, произносить банальные слова напутствия, желая нам и спокойной ночи, и сладких снов, и еще… Я заметил, что моя Лиза на глазах становится все мрачнее и озабоченнее. Я же прекрасно понимая ее такое состояние, закрыв дверь за последней гостьей, подошел к своей суженой, растерянно стоявшей посреди комнаты с опущенной головой, и аккуратно обняв, произнес тихо:

— Лиза, расслабься! Ты ничего мне не должна. И трогать я тебя не собираюсь, обещаю! Я все прекрасно понимаю. Ты мне веришь? Иначе мне прийдется ночевать у одной из этих твоих подружек.

Лиза как-то странно напряженная, после этих моих слов действительно успокоилась, и заглянув мне в глаза своими изумрудными фарами, прошептала:

— Ты самый лучший Ал. Я очень тебя люблю! Но я не понимаю, что со мной происходит. Как только думаю о том, что… ну ты понимаешь. Меня просто в узел завязывает. Я сама себя из-за этого ненавижу!

— Что ты Лиза! Я все понимаю! Это все тот феномен, о котором я тебе рассказывал. Возможно это те самые картинки так серьезно повлияли! Но поверь, все пройдет! Просто нужно потерпеть. И я обещал уже, что ни в коем случае, даже если меня разорвет на части от желания, не прикоснусь к тебе с этой целью. Пока ты сама не будешь готова. Так что, давай просто будем рядом. Представь себе, что ты болеешь. Ну а я твой любящий муж, который ухаживает за тобой, как ты ухаживала недавно за мной.

Лиза, поняв, что я вполне легко готов принять эту проблему, и оставил последнее слово за ней, по-настоящему оттаяла, и ухватив меня за шею, поцеловала. И получилось это у нее так осторожно и искренне, словно знак благодарности. От чего, я сам поняв, что изменить пока ничего нельзя, успокоился. И решив, что пора уже действительно на боковую, стал помогать моей супруге убирать со стола.

Нужно сказать, жилотдел предоставил нам отличный, по меркам этого уровня ЖМ. Здесь, было квадратов двадцать, и в просторной, светлой комнате, легко умещалось довольно много всего. Здесь была и большая тахта, похожая на низкую двуспальную кровать, два простеньких, но вполне удобных кресла, большой пластиковый под дерево стол со стульями и здоровенный платяной шкаф. Камбуз здесь отсутствовал, но это компенсировал довольно просторный санузел с большой голубой ванной, стоявшей в углу душ кабиной, и большим стиральным агрегатом, который выдавался здесь только семейным. Остальным насколько я знал, приходилось носить свое барахло в местную прачечную. В общем-то, здесь было довольно уютно, и если бы не… болезнь моей невесты, из всего этого, могло получиться отличное семейное гнездышко.

Набрав полную ванную горячей воды, я предложил сперва Лизе искупаться. Но получив вежливый отказ, сам залез в просторную, видно сразу на целый гарем ванную, и отмокал там почти час, размышляя обо всем сразу, прикидывая чем заняться дальше.

Когда я наконец, выбравшись из воды, обтеревшись большим мохнатым полотенцем, вернулся в комнату, Лиза уже спала как ребенок, свернувшись калачиком, и подложив ладошку под щеку. Я, полюбовавшись на это милое создание, тоже улегся рядом, и со вздохом отвернувшись к противоположной стене, укрывшись вторым одеялом, уснул.

А через неделю нашей совместной с Лизой жизни, я обнаружил на своей линейке короткое сообщение: «С Климом плохо. Встретимся в выходной возле главного фонтана, третьей зоны. Олег».

Я перечитав несколько раз это послание, и вспомнив, что сейчас как раз и есть воскресенье, то есть выходной, а на часах уже время к ужину, сорвался с места. Я мчал по вечерним коридорам, расталкивая вальяжно прогуливающихся граждан, и вбежав в лифт, где уже находилось человек десять, первый, не спрашивая, вдавил кнопку нижнего уровня.

Я все же успел. Олег, собравшийся уже было уходить, заметив меня в толпе гуляющих, помахал рукой. И только увидев его, я слегка замедлил бег. Дабы не расталкивать прогуливающихся по аллеям граждан, и не нарываться на грубости. Подойдя к ожидавшему у большого фонтана Олегу, я расчувствовавшись, обнял его как старого друга.

Оказалось, Что Клим еще с того памятного восстания зеленых, находится в мед уровне, его с напарником, облили какой-то горючей дрянью и подожгли. Так что Олег, который был с ним тогда, и пострадал куда меньше, только сейчас вышел на свет божий, а обнаружив на общалке друга тревожные сообщение, решил, что оставлять бедного Алекса в неведении нельзя.