Владимир Контровский - Тропой неведомых Миров

Что дальше? Передавать своим воинам секреты наиболее разрушительных и действенных заклятий Эндар не спешил — оружие должно привыкнуть, притерпеться к руке хозяина, а не то и порезаться недолго. Катри с интересом наблюдал неприкрытый восторг, с которым Властитель Хаур и Верховный Хурру, присутствовавшие на демонстрации, следили за разворачивающимся перед ними действом.

В подземелье Храма, вместилище Орба, в святая святых, доступ имели немногие. И сейчас здесь, кроме самого Лесного Мага и его учеников, находились только Верховный Хурру с несколькими жрецами высшего уровня посвящения и Волк с десятком военачальников и приближённых. Кстати, совсем ещё недавно Властитель и помыслить не мог о том, что сможет сюда попасть. Отношения между жрецами Храма и светской властью веками балансировали на тончайшей грани между открытой войной и временным перемирием, и эта ситуация в корне переменилась лишь с появлением Властелина. Эндар прекрасно понимал, что при наличии постоянной — и непредсказуемой — внешней угрозы сущим безумием было бы допускать какие бы то ни было конфликты внутри самого Пограничного Мира.

А демонстрации магических возможностей воинов Отряда удалась — Эндар специально отобрал для показа наиболее эффектные с точки зрения зрелищности заклятья. По подземелью хлестали плети молний, в щебень разнося мишени, сложенные из тяжких плит. Призрачные силуэты магов–бойцов мгновенно перемещались, возникая в самых неожиданных местах и вновь исчезая. Аколиты принимали грудью пущенные в них стрелы и пропускали их сквозь тело безвредно. Заклятье Проницаемости — хорошая штука, особенно против механического оружия Юных Миров. И заключительным аккордом стало сотворение соединёнными усилиями отвратительного монстра, под грузной поступью которого трескались каменные плиты пола.

Позволив почётным гостям вдоволь налюбоваться исполинской мощью чудовища, ученики Эндара проворно искромсали закованную в роговую броню тушу сверкающими клинками. Чёрная кровь потоками хлестала во все стороны, пачкая стены, но когда псевдоящер издох, аколиты Катри так же споро убрали все следы побоища — громадные куски кровоточащей серой плоти и лужи липкой крови словно истаяли в воздухе. Властелин долго колебался, стоит ли вооружать своих подопечных магическими мечами, подобными его собственному, но всё же пошёл на это. Средневековый воин привык к ощущению рукояти холодного оружия в ладони, а творить волшебные лезвия каждый раз заново бойцам Отряда явно не под силу. Что же касается опасения, что острия мечей могут быть повёрнуты против самого Катри, — такую возможность нельзя было сбрасывать со счетов, — то Эндар принял меры для обеспечения собственной безопасности.

А над всем происходящим ровно светился Орб Силы, словно удовлетворённый тем, что творилось в его присутствии и с его помощью.

Когда всё завершилось, и аколиты расположились по периметру подземелья, сев на пятки согнутых в коленях ног в позах восстановительно–расслабляющей медитации, Волк повернулся к Лесному Магу. Эндар поднял ладонь, предупреждая незаданный вопрос Властителя.

— Я знаю, о чём ты хочешь спросить, Властитель Хам–а-Хери: почему, располагая такой мощью, мы не посылаем наши войска на юг, для завоевания и покорения Изобильных Земель? Верно?

— Ты прав как всегда, Великий Маг. — Волк избегал называть Катри Властелином, лелея иллюзию собственной исключительности.

— Так вот, Волк, — войны между континентами не будет. Она просто не нужна и не имеет смысла. И кроме того, твой флот владеет морями, но армии Короля сильнее твоего войска. Вспомни побоище у Хорских Ворот — разве у тебя найдётся, что противопоставить страшным лучникам южан? Отряды арбалетчиков? Да их выкосят начисто, прежде чем твои воины успеют хотя бы десяток раз разрядить свои самострелы в противника! А магия применяться не будет — в моём Отряде и Хурру, и Видящие. «Не говорить же Хауру, — подумал эск, — о нежелательности излишне частого использования заклятий, не слишком типичных для Пограничного Мира!».

Эндар не счёл также нужным объяснять, что стрелки юга смогли так опустошить ряды Детей Пустыни только благодаря его заклятьям — лук всё‑таки не пулемёт, оружие молодых техногенных цивилизаций, и не бластер галактиан. Лесной Маг в принципе сделал то же самое, что и при штурме Шемреза: вмешался в допустимых пределах. Старший–из–Видящих не заметил магии Катри, и Волку знать об этом совсем не следует. Вместо этого он сказал, глядя прямо в тёмные зрачки Властителя Хам–а-Хери:

— И самое главное, повторю — война эта совершенно бессмысленна. В этом Мире один Властелин — я, запомни это, Хаур. Тебе мало власти? Тогда продвигайся в глубь Великого Леса, завоёвывай новые земли с новыми данниками! Посмотри на те же Изобильные Земли — полки Короля начали наступление на Пустыню. Кто мешает тебе поступить так же? И ещё — каждому отмеряно определённое место, чёткий уровень, которого он может достичь. Ты своего достиг. Попытаешься забраться выше — сломаешь шею: если не сам, то тебе помогут.

Хаур промолчал, но в его жёлтых волчьих глазах плясало неукротимое пламя. Эндар сознательно провоцировал Властителя — открывшийся враг гораздо менее опасен, чем враг таящийся. Однако Катри не сомневался — у владыки Хам–а-Хери хватит здравого смысла не бросать вызов силе, одолеть которую он не сможет. Волк хорошо помнил и завоевание островов, и разрушение Сердца Пустыни, и самую первую свою встречу с Лесным Магом в своём собственном дворце. И даже гибель Катри не пошла бы Хауру на пользу — ведь тогда он остался бы один на один против невероятно возросшей магической мощи Храма Хурру.

От Верховного Жреца Эндар также не ждал удара в спину. Хурру из Отряда выполняют приказы Катри, и только его — высший иерарх Храма более не обладает реальной властью над ними. А на что бывшие Хурру теперь способны, жрец только что видел своими глазами. И в довершение всего, фатальное подчинение Верховного Предначертанному, воле Вечного Неба делает любую враждебную акцию по отношению к Лесному Магу с его стороны и вовсе маловероятной. Жрец не уничтожил Эндара ещё в самом начале, когда имел для этого реальную возможность, а уж теперь…

В сложном уравнении равновесия сил в Пограничном Мире только одна величина представлялась Катри неизвестной, вернее, известной недостаточно — Видящие. Нет, не те из них, которые состояли в Отряде, а те, кто остались у себя дома, в Эдерканне, на Южном материке. Король запросто мог точить зубы на Север (точно так же, как Хаур нацеливался на Юг — все владыки в этом отношении одинаковы), хотя следов враждебных намерений в его ауре Лесной Маг не замечал (пока?). Что же касается Старшего–из–Видящих, то он оставался вещью в себе, и это настораживало.