Кэтрин Куртц - Скорбь Гвиннеда

Помолчав, он продолжил:

- Отче, моя семья больше имела дело с Дерини, чем ко бы то ни было. Но когда мастер Реван завел меня в воду, я ощутил, как эта скверна растворяется, исчезает... Такое было чувство, будто солнечный свет окутал меня всего, омыл мою душу и уничтожил всю грязь, накопленную годами. Склонив голову, он посмотрел на аббата. - Они больше не смогут причинить мне вреда, отче. Впервые в жизни я свободен от них. Но я не желаю им зла. Напротив, если мастер Реван способен спасти из от самих себя - вот и слава Богу! Разве не этого желает Церковь? Вернуть заблудших овец в стадо?..

Секорим хмыкнул, разрушая хрупкие чары Джавана, и глотнул вина.

- Хьюберт, я потрясен, - пробормотал он, отставляя пустой бокал. - Ты и правда вознамерился сотворить священника из.., этого?

Джаван ощетинился от гнева, с трудом удерживая себя в руках. Хьюберт криво усмехнулся и также отодвинул свой кубок.

- Успокойся, Секорим. Принц Джаван слишком юн и порой не понимает смысла того, что говорит.

Однако отчасти я склонен с ним согласиться. Оставим пока в стороне чисто богословские вопросы и поговорим о делах насущных. Если, как мы всегда утверждали, Дерини и впрямь суть зло и должны быть уничтожены, значит, должен быть способ достичь этого. Мы не довели дело до массовых казней отчасти и потому, что народ начал протестовать, когда детей и женщин убивали вместе с мужчинами.

Однако если привести Дерини к гибели можно так, чтобы не возмущать противников насилия, да еще и руками самих Дерини.., то, выходит, мы все равно достигнем своей цели. Как совершенно справедливо заметил принц Джаван, перед тем как спуститься в лагерь виллимитов, Господь желает, чтобы все Его овцы вернулись в стадо. Может статься и так, что позднее некоторые из них найдут свое место на бойне - но это дело будущего.

Секорим гнусно захихикал при этих словах, подливая вина себе и Хьюберту и поднимая бокал в знак согласия. У Джавана внутри все сжалось, и он постарался отвести взгляд и стиснуть трясущиеся руки между коленями. Они с союзниками-Дерини также обсуждали вариант, о котором только что упомянул Хьюберт, но Джаван надеялся, что архиепископ не додумается до этого так скоро. Ведь понятно, что любой, о ком известно, что он бывший Дерини, с блокированными способностями будет так же беззащитен, если его схватят, как обычный человек - и даже более, если Церковь все же решит, что лишь огнем, а не водой можно очистить врожденную греховность Дерини.

Если только у них будет пару лет, чтобы все бывшие Дерини могли сменить местожительства, уехать туда, где никто ничего о них не знает - лишь тогда они будут в безопасности. Это был огромный риск, но Джорем, Ивейн и все остальные решились на него - за весь свой народ - и успех зависел теперь лишь от того, дадут ли Ревану свободу действий хотя бы на несколько месяцев или лет.

- Моя мысль не поспевает за вами, ваша милость, - пробормотал он. - О таком я и не думал. Но сейчас почему бы просто не подождать и не понаблюдать за этим Реваном, раз уж он все равно уничтожает Дерини? Конечно, за ним надо следить. Может быть, еще раз испытать его, если вы все же опасаетесь, что это какой-нибудь скрытый Дерини, или если он начнет проповедовать что-то такое, что вас не устроит. Расправиться с ним никогда не поздно.

- Да, звучит соблазнительно, - согласился Хьюберт.

- Вот как? - Секорим не скрывал возмущения. - Позволить ему продолжать эти незаконные крещения, подвергая угрозе души тех, кто не является Дерини?

Хьюберт задумчиво фыркнул, потягивая вино.

- Хм-м, сомневаюсь, чтобы тут крылась какая-то опасность, мой дорогой Секорим. Джаван верно заметил, что если все это лишь притворство, то нет никакой беды в том, что творит этот Реван. Зато это поможет успокоить людей. И тем сильнее будет потом их гнев, если мы разоблачим его как мошенника.

Именно эта возможность более всего пугала Джавана, и он почти не принимал участия в дальнейшей беседе. Он надеялся, что Хьюберт отнесет это на счет усталости и боли в спине. Позднее, когда Секорим наконец оставил их и отправился к себе, Джаван вдруг обнаружил, что все это время архиепископ раздумывал, как ему поступить со ставшим вдруг слишком независимым принцем.

- Будь у меня хоть капля здравого смысла, я бы запер вас на недельку-другую на хлебе и воде, дабы убедиться, что вы как следует усвоили нынешний урок, - заявил он, пристально разглядывая Джавана. - Вы начали слишком много брать на себя - опасная черта для лишнего принца.

Перепуганный, Джаван упал перед Хьюбертом на колени, гадая, осмелится ли он испытать свои силы на нем сейчас, когда тот в полном сознании.

- Если.., если вы сочтете это необходимым, ваша милость, я готов, прошептал он. - Вы дали мне много поводов для раздумий - и я, действительно, заслужил наказание.

Он сделал вид, будто давится слезами и попытался поцеловать подол хьюбертовой рясы, - и тот понемногу начал оттаивать и смягчился. Теперь, если архиепископ сделает то, что обычно...

- Ну, будет, будет, мой мальчик, не унижайся так передо мной. - Хьюберт небрежно опустил руку ему на голову. - Ведь я твой духовный отец и забочусь лишь о твоем благе...

- Тогда засни - ради моего же блага! - мысленно приказал Джаван, заставляя архиепископа повиноваться. Засни, и забудь обо всем...

Через несколько мгновений унизанная перстнями рука соскользнула с его макушки - Джаван поспешил схватить ее, чтобы удержать контакт, - и Хьюберт негромко захрапел, откинув голову на высокую спинку кресла. По-прежнему стоя на коленях, принц зажал его руку в ладонях и приник к ней щекой, дабы, если кто вдруг заглянет в комнату, он не заметил неладного. Затем очень осторожно проник в сознание архиепископа.

Долго удерживать связь было невыносимо трудно, ибо рыться в мозгу у Хьюберта было все равно, что копаться в выгребной яме. Тени, мелькавшие на обочине сознания, пугали и внушали отвращение, - но он все же заставил себя довести дело до конца.

- Итак, похоже, принц Джаван все же готов решиться - внушал он архиепископу. - Я боялся, что на это уйдет целая вечность, но думаю, нам все же удалось избавить его от всякой симпатии к Дерини - не в последнюю очередь, благодаря этому Ревану. Очень странный человек - и вероятно, мне стоило бы с ним разделаться, пока он не стал опасен, - но пока он как будто играет нам на руку. Так что стоит дате ему немного свободы, посмотреть, что из этого выйдет, - но, конечно, плотно следить за ним. Потом я всегда смогу с ним покончить, если он станет нам неудобен.

Ну а пока, мой загадочней юный принц... Я уверен, что рано или поздно Джаван будет с нами всем сердцем, но пока.., да, терпение - лучшая политика. Он примет религиозную жизнь, если я не стану на него давить. Он еще станет мощной фигурой в моих руках, рано или поздно.