Михаил Сухоросов - Дикий гусь

— Да так…Собачка покусала.

— Знаю я этих собачек. Снимай камзол.

— Что, прямо здесь? — я невинно округлил глаза. Гельда, похоже, собиралась наградить меня приличным тычком, но передумала и взялась за пряжки камзола, а стащив его, занялась рукой. Я, стараясь, не морщиться, обернулся к Старому:

— Да, орлы, а Ларико-то вы в корчме оставили?

Он пожал плечами:

— Ну да, а что? Место тихое…

— Это "Желтый дракон" место тихое? — недоверчиво переспросил Роджер. Малыш усмехнулся:

— Нас, во всяком случае, не трогали.

— Неудивительно, — буркнул я. Рожу все-таки перекосило — скоростное чародейское заживление штука болезненная.

И в этот момент в проходе между стенами возникла темная фигура:

— Эй, Меченосец!

Я вывернулся от Гельды, развернулся, метательный нож незаметно даже для меня самого лег в ладонь, рука пошла вверх, для броска. Вот, кретинище, расслабился! Второй раз за сутки так лопухнуться — это, пожалуй, немного чересчур…

— Дикс?!

— Тише, идиот! Хочешь чтоб меня заметили?

Вот странно, никогда б не подумал, что Дикс захочет тайно со мной встречаться. И вообще, что это он в Столице делает?..

— Что это за?.. — осведомился Старый, ему ответил Роджер:

— Да так, старый знакомый. В горах встречались.

— Заткнитесь и слушайте, — прошипел Дикс тоном не допускающим возражений. Ох, сдается мне, опять жареным пахнет…А Дикс продолжал все тем же свистящим шепотом:

— Никогда не назначайте встреч в "Желтом драконе", там хозяин работает на внутреннюю стражу. Женщину, которая была с вами, схватили. Искали какого-то рыжего, длинного.

Вот это клюква…Я беспомощно выругался, вернул на место метательный нож и подхватил с земли перевязь с мечом. Старый моментально подобрался, одним движением вскочил на ноги и двинулся из проулка, Малыш загородил ему дорогу:

— Не пори горячку.

— Отойди, — негромко и повелительно бросил Старый, я разглядел его лицо, до странности спокойное. Малыш, стоя спиной ко мне, пошире расставил руки:

— Придурок, ты соображаешь, что делаешь? Если ты сейчас туда сунешься, от тебя места мокрого не оставят!

Старый так же тихо повторил:

— Отойди.

— Ага, уже спешу. Дожидайся.

И тут произошло нечто непонятное — Старый качнул корпусом, еще какое-то движение, которого я не уловил, и Малыш — Малыш! — отлетел в сторону. Следующим на пути Старого оказался я, он остановился передо мной:

— А ты — тоже мне помешать хочешь?

— Я еще не самоубийца, — проворчал я, отодвигаясь в сторонку и перехватывая поудобней ножны с Хельмбертом. — Но ты все равно идиот.

Старый мое утверждение к сведению не принял, а зря. Когда он миновал меня, я, махнув мечом, как следует приложил рукоять к его затылку. Роджер прыгнул вперед, подхватил обмякшее тело, бережно прислонил к стене:

— Вот так-то лучше.

— Так-то оно так, — Малыш задумчиво поскреб бороду. — ТОлько ведь и в самом деле что-то предпринимать пора.

Странно, Дикс еще не ушел…Я обернулся к нему:

— А куда ее повезли?

— Не знаю. Я тебе и так слишком много сказал. Все, прощай, — он повернулся и растворился в темноте.

— Я твой должник, — крикнул я ему вслед. Его уже не было видно, но до меня донеслось крепкое ругательство. Малыш сумрачно усмехнулся, потирая ушибленное плечо:

— М-да, отменно вежлив…Но и на том спасибо. Ладно, братишки-сестренки, попробую я туда сходить и тихонько разобраться.

— Искали тебя, — тихо напомнила Гельда, Роджер поддержал:

— Высокий рост от стрел не спасает. К тому же этому парню, орденцу, я бы с очень большой оглядкой верил — может, подруга ваша по-прежнему в "Желтом драконе" сидит, а вот вас там стадо арбалетчиков дожидается.

Малыш далеко сплюнул:

— На проблеме проблема…

— Ладно, — вздохнул я, набрасывая на плечи плащ, — поскольку из всей честной компании там только я не засветился, пойду и тихо разберусь именно я.

— Куда ты сейчас пойдешь? — накинулась на меня Гельда. — Ты на руку свою погляди, дубина!

— Она права, — кивнул Роджер. — Ну ладно, меня там тоже не видали, так что пойду-ка я побеседую с этим хозяином. А то уж я твоей популярности завидовать начинаю… Ученик Чародея.

Ч-черт, похоже, это идиотское прозвище намертво ко мне пристало…

Роджер бесшумно сгинул в темноте, а я стянул плащ и снова подставил левое плечо Гельде. Малыш посмотрел вслед Роджеру, потом перевел взгляд на меня:

— Слушай, а ты этому капитану веришь?

— Как себе. Гельда, а потише нельзя? У меня рука не казенная.

— Ничего, терпи.

И я терпел, только зубы пришлось сжать покрепче. Все на свете сейчас бы отдал за хороший глоток водки, но водки нет, так что остается отводить душу, ругаясь про себя последними словами. И кто их только придумал, оборотней этих! Малыш, нахохлившись как воробей-переросток, утсроился на каком-то камне и бережно покачивал на ладони секиру, бросая взгляды в темноту и время от времени что-то угрожающе боромоча.

Наконец Гельда велела:

— Забирай свою руку.

Слушаю и повинуюсь…Да, нормально, только шрам остался. Жалко, камзол весь в кровище — вроде ничего особенного, а все равно неприятно…Хотя в Столице такими вещами кого-то удивить трудно. Так что я принялся сосредоточенно напяливать его — и тут заворочался Старый.

Я на всякий пожарный отодвинулся подальше — кто его знает, а вдруг ему в голову придет разбираться…Но он сначала застонал, потом сел прямо, ощупал затылок и осведомился:

— Интересно, а какая сволочь меня долбанула?

— Поскользнулся, — на голубом глазу ответил Малыш.

— Да, гололед кругом, и как я не заметил…Ладно, давайте решать, что делать дальше, раз уж вы так настаиваете. Я бы все равно рискнул в этот трактир прогуляться.

— Роджер уже пошел, — сообщила Гельда. Роджер опять же совершенно бесшумно возник из темноты, заставив мою руку дернуться к рукояти меча:

— Роджер уже пришел.

Старый тут же оказался на ногах:

— Узнал что-нибудь?

— Узнал, узнал, только давайте об этом не здесь — а то у стен в этих краях не только уши с языками бывают, но и арбалеты.

— Ну так пошли, — нетерпеливо переступил с ноги на ногу Малыш, вбрасывая топор в петлю на поясе.

Мы шли по темным улицам, быстро и молча, но я все же, улучив момент, поравнялся с Роджером и вопросительно глянул на него, он тут же тихо ответил на мой непрозвучавший вопрос:

— Паршиво. Хуже просто не бывает. У этого инструктора как — нервы крепкие?

— Он вообще не знает, что это такое. Ты там что-то разузнал…У кого, кстати?