Михаил Сухоросов - Дикий гусь

Учитель прошелся, разминая ноги:

— Теперь можем несколько минут отдохнуть и вашими ранами подзаняться.

Я склонился над лежащей на земле Ларико, пошарил у пояса в поисках кинжала, поднял глаза:

— Нож есть?

Грентвиг, естественно, в своем репертуаре: вынул из ножен на поясе длинный кинжал, продемонстрировал его мне, а потом резким, почти неуловимым движением метнул его в меня. Да, уж в этом старому ящеру не откажешь — бросок у него великолепный, я едва успел затормозить и поймать лезвие сантиметрах в тридцати от своего горла, а поймав, поблагодарил, как того требует этикет, невозмутимо:

— Спасибо.

— Видишь? — Грентвиг повернулся к хрященосому старцу. — Реакция у него отличная.

— Знавал я Чародеев, у которых она и получше, — проворчал тот.

Я разрезал веревку на руках Ларико, отошел в сторонку и уселся под деревом. Тут есть специалисты получше меня в том, чо касается приведения людей в нормальное состояние… Гельда устроилась рядышком со мной, я обнял ее, зарылся лицом в грязные и всклокоченные, но все равно такие родные волосы. Через некоторое время она высвободилась:

— Что случилось, Мик?

— Ничего не случилось, маленький.

— Мик, я же знаю, меня не обманешь… Что-то случилось. Нехорошее.

Угораздило ж найти подругу, от которой ничего не скроешь… Я горько усмехнулся:

— Случилось то, что меня опять убили.

— Но ты ведь здесь, живой!

— Это олько кажется… На самом деле я лежу на цинковом соле, и надо мной судмедэксперты колдуют.

Хрященосый, кажется, впервые проявил ко мне интерес:

— Так, а вот это и в самом деле может неплохо получиться…

— Уши, — многозначительно пробормотал Грентвиг, наклонившийся над Малышом. Тот уже начал потихоньку приходить в себя, попытался приподняться:

— ПРиветствую тебя, Магистр…

— Ладно, рыжий, без чинов, — взмахом руки остановил его Учитель, а потом повернулся к Гельде:

— Эй, ведьма! Раны лечить умеешь?

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ.