Александр Гейман - Инна, волшебница

- Но Тея же не моя!

- Ну, как знать, - загадочно отвечала фея. - К тому же, тебе совсем не обязательно быть владельцем Теи, чтобы её подарить. Вот я, к примеру, недавно была в гостях в одном похожем, но незнакомом месте. И один друг показал мне разные закоулки и всякие любопытные местечки, рассказал про тамошних жителей и прочие разности. Раньше я и не слыхала о том городе, а теперь он стал немножко мой. Ты меня понимаешь, Юма?

- Да, - кивнула девочка. - Мне надо будет вот так же провести его по городу и все показать.

- Больше, чем это, гораздо больше. Тебе надо будет сделать так, чтобы он был в Тее как дома. Ну, как? Хочется тебе сделать такой подарок? За Вайку?

Юма ненадолго задумалась: а хочет ли она этого? И вдруг ей это понравилось, у неё в голове даже сложилась картинка: какой-то волшебник внешность его Юма не придумала, просто кто-нибудь, протягивает ей Вайку, а она показывает на Тею и говорит: "Берите, пожалуйста, это все ваше". Ей стало как-то забавно, весело, и она рассмеялась.

- Ага, - торжествующе подняла палец Инесса, - вот видишь - тебе хочется это сделать!

- Да, - согласилась Юма. - Но, - тут же огорчилась она, - я же сама совсем не знаю Теи!

- Не беда, - беспечно отвечала наставница, - скоро мы туда переберемся.

Эта новость ошеломила Юму. Но Инесса не стала с ней об этом говорить.

- На твоем месте я бы лучше обошла все и попрощалась на всякий случай со всеми. Ты ведь не знаешь, увидишь ты кого-нибудь потом или нет, заметила фея. - Так что весь этот день в твоем распоряжении. Делай что хочешь.

Юма задумалась над её словами, и ей как-то даже взгрустнулось. Только сейчас она поняла, что успела привыкнуть и к этому их лесному домику, и к окрестностям, и к шиповнику у крыльца, и даже к задаваке Туану. И к тому же, она так и не забралась на Рыжую гору, хотя ей это давно хотелось. А гора была особенной, волшебной, так говорил Туан, впрочем, он называл её не волшебной, а завороженной, и уверял, что там обитают всякие странные существа и звери, хотя ни он сам, ни его отец туда не поднимался, потому что сразу за Рыжей горой начинались какие-то опасные места. А Юму все равно манило туда, притягивало, и не одно только любопытство. Когда с башенки она смотрела на Рыжуху, то у неё появлялось чувство, похожее на то, будто где-нибудь в чулане она нашла и разглядывает красивую вещь с секретом и сердце замирает от предвкушения, чем окажется эта находка. Или будто она протягивает руку к какому-нибудь лакомству и вот-вот отправит его в рот. А ведь эта огромная гора никак не походила на пирожное, но что поделаешь Юме все равно казалось, что её там ждет что-то очень интересное, настоящее... даже не объяснить какое!

Конечно, она собралась и отправилась в обход по любимым местам. Там она останавливалась и рассказывала, что скоро уедет, и на всякий случай говорила "до свидания". А потом ноги сами вынесли её к ручью, и здесь она повстречала Туана.

- Опять с тобой этот надсмотрщик, - проворчал мальчик, - он имел в виду марабу, который и теперь, конечно же, следовал за Юмой.

- Он меня охраняет, - объяснила Юма, не договорив, однако, слова Инессы насчет "от твоих же глупостей".

Туан фыркнул и спросил:

- Ну, что - спросила? Про принца Антонина?

- Конечно, что тут особенного, - пожала плечом Юма. - Он не король, потому что его право на трон нарушено. У него, - Юма припомнила слова Инессы и повторила со знающим видом, - нет заземления в Алитайе. И он потерял Соллу.

- Ох, до чего ваш брат кудесники любят важничать этими своими учеными словечками! Заземление в Солле, заземление в Солле! - передразнил мальчишка.

- В Алитайе, - поправила Юма.

- Ну, в Алитайе. А попросту он не может попасть в средний мир, вот и все.

Ни про Соллу, ни про Алитайю, ни про средний мир Юма ничего не знала, но признаваться в этом задаваке Туану она не собиралась. Вместо этого она начала сердиться и вдруг вспомнила:

- А я скоро уезжаю.

- Куда? Обратно в свою страну?

- Нет, в Тею. Инесса сказала, что мы туда на днях переберемся.

- А... - Юме показалось, что Туан произнес это с облегчением, и это ей неизвестно почему было приятно. - Ну, значит ещё увидимся. Я там тоже бываю.

Все же эта новость изменила их разговор, и они стали гулять вдоль ручья, беседуя вполне дружелюбно о всяких вещах. Юма начала рассказывать про Вайку - и вдруг заметила его лукавую мордочку, выглядывающую из листьев клена. Вайка сидел на ветке, посматривая на них двоих, и глазенки его озорно светились.

- Вон, вон он, смотри! - обрадовалась Юма.

- Где? - Туан широко раскрыв глаза озирался по сторонам.

- Да вот же, у нас над головой, вон, на ветке!

Но Туан никого не видел. Вайка спрыгнул на землю и стал столбиком у самого ствола.

- Ну, теперь увидел?

- Кого?!. - мальчишка в недоумении смотрел на Юму. - Ты что, нарочно все придумала?

Юма подумала, что Туан притворяется, чтобы подразнить её, и рассердилась.

- А ты... - начала она, но в этот миг Вайка заговорил с ней:

- Не сердись, он меня не видит.

- Ты просто его не видишь, - спокойно сказала Юма Туану. - Это волшебный зверек, вот и все. Я просто не знала, что он не для всяких глаз.

На сей раз обиделся Туан:

- Ой, ой, хвастунья! Тоже фея нашлась. Почему же тогда я вижу твоего марабу? Он ведь у тебя тоже волшебный!

Дело опять шло к ссоре, но тут Вайка подбежал ближе, и Юма заметила, что у него из пасти торчит какая-то острая черная травинка. Он делал движения ртом, как бы пытаясь её проглотить, но что-то ему мешало. Юма наклонилась - и вдруг разглядела: это была вовсе не травинка, а большая игла на нитке. Нитку зверек уже сжевал, а теперь пытался проглотить ещё и иглу. Юма вскрикнула:

- Вайка! Нельзя! Где ты только подобрал это?

Она нагнулась, чтобы взять эту опасную вещь и вытащить наружу. Но Вайка шарахнулся в сторону - движение Юмы его напугало. Булкут кинулся прочь. Юма сама вся перепугалась - она подумала, что он съест эту иглу, а потом погибнет, ей было жалко его и страшно. Она побежала следом, крича изо всех сил:

- Вайка! Вайка! Стой, не бойся!

- Сумасшедшая! Ты куда? - закричал Туан и тоже пустился за ними вдогонку.

Вайка, будто колеблясь, то бежал прочь, то останавливался на призыв Юмы, но стоило ей приблизиться, как он снова шарахался в заросли.

- Юма! - слышался сзади голос Туана. - Юма, перестань! Юма!..

Но, вероятно, он потерял её из виду и сбился со следа, потому что его крики раздавались все глуше и отдаленней.

- Юма-а-а!.. - наконец послышалось совсем слабо. - Ты идешь на Рыжую гору, верни-и-сь!..

Но как она могла вернуться, если впереди меж кустов мелькала мордочка Вайки и изо рта у него все так же свешивалась проклятая игла? Она гналась за ним добрый час, а то и все два, и наконец обнаружила его на камне, на скале. Вайка смотрел на неё как ни в чем не бывало, и во рту у него не было никакой иголки. Сердце Юмы так и екнуло: "Все-таки проглотил!" Но булкут не походил на умирающего и, казалось, смеялся над Юмой, довольный своей проделкой.