Константин Якименко - Загадка Роберта Престона

Определенно, сегодня она хочет достать меня окончательно!

– Не волнуйся, наше воплощение справедливости, хватит на всех, и на тебя тоже.

– И никто не уйдет обиженный, – непонятно к чему добавляет Дмитрий.

– Вот! Все правильно человек говорит.

– А насчет этого не знаю. Ты же, Макс, у нас природой и судьбой обиженный, а тут – раз плюнуть, и подарить свою судьбу человечеству!

Так, похоже, ей таки удалось!

– Конрад, скажи своей кошечке, пускай фильтрует мысли в голове, прежде чем выкладывать на язык.

– Макс, да ты сам-то, засранец! Из-за тебя чуть не погиб Джо, и у тебя еще хватает наглости выделываться?!

Чертовка, ведь на самом деле она права!

И все-таки это не повод… В конце концов, всему есть предел. Предел моему терпению уже наступил. Пеняй на себя, Хуанита! И ты, Конрад, если вмешаешься!

Приподнимаюсь из-за стола, и рука уже сама начинает движение, которое должно завершиться ударом…

– Оп-па-па! – восклицает вдруг Дмитрий, и настолько необычно это звучит, что моя рука вдруг сама останавливается, и я поворачиваю голову.

Пустая тарелка нашего ученого висит в полуметре над столом. Спокойно так висит, и ничуть не собирается падать.

Приехали, дружище! Кто-то плачет, кто-то ругается, кто-то тарелку поймать пытается… Летающая тарелка, однако. НЛО – неопознанный летающий объект, как говорили давным-давно. Впрочем, нет – вполне даже опознанный.

– Так, спокойно, – это Конрад уже пытается взять ситуацию в свои руки. – Никому не шевелиться!

Мы и не шевелимся. Мы, как завороженные, наблюдаем за удивительным зрелищем, неожиданно разрешившим доведенный до предела конфликт.

А тарелка легко так подымается еще сантиметров на тридцать и зависает над серединой стола. Нет, конечно, мне доводилось видеть «парящие блюдца» и прочие антигравитационные игрушки, которые так любят дети, но сейчас-то передо мной самый обычный столовый прибор, и против фактов не попрешь!

– Кто-то из нас владеет телекинезом? – шутя спрашивает Джо. Правда, шутка звучит у него не очень-то весело.

Никто не отвечает.

Концентрируюсь на своенравной посудине и вывожу зрение на второй план. Все тут же обретает объем, а в особенности сама тарелка. Пододвинуть еще ближе… Вот так, достаточно. Я будто вижу ее со всех сторон одновременно. На самом деле впечатление обманчиво и порождается нарушенными пропорциями пространства, но меня искажения не смущают привык. Главное другое – я не замечаю вокруг ничего, что могло бы способствовать поддержанию тарелки в воздухе.

– Ну, ладно, – я поднимаю руку и провожу прямо под летающим объектом. – Никаких поддерживающих приспособлений не обнаружено. Здесь… – тянусь выше, чтобы достать до пространства над тарелкой. Впрочем, и так ясно, что о фокусах тут речь не идет. – Тоже ничего.

– Макс, не трожь! – это звучит как приказ.

А вот и фиг тебе! Ты мне не хозяин, Конрад!

Легко хватаю тарелку за ребро – и вдруг она в момент срывается с места. Я не готов к такому обороту событий – моя рука на миг так и остается наверху, а презревшая гравитацию посудина с громким звоном врезается в стол. Вот и долетались…

– Как всегда, Макс все испоганил, – замечает Хуанита. Стерва, даже сейчас не можешь без своих колкостей!

Командор не обращает на нее внимания – он просто обводит всех взглядом:

– Так. И кто же спрятал гравикон под столом?

Когда он останавливает глаза на мне, я понимаю, что он не шутит. Но какого черта – я?

– Между прочим, это можно проверить, – отвечаю с ехидцей.

– Правильно. Дмитрий, посмотри.

Толстяк и вправду неуклюже нагибается, чтобы заглянуть под стол. Нет, но это же просто глупо!

– Конрад, ей-богу, неужели ты всерьез думаешь…

– Думаю! – он повышает голос, чтобы пресечь все возможные возмущения. – А еще думаю, что если мы будем продолжать в том же духе, то не понадобится никаких монстров – мы просто сами перебьем друг друга. Между прочим, Макс, я в первую очередь к тебе обращаюсь!

Интересно, может быть, он всерьез считает, что такие разборки доставляют мне удовольствие?

– А что я, что я?! – в моем голосе звучит негодование. – Ей, значит, можно, а чуть что, так сразу Макс во всем виноват?

– С Хуанитой мы как-нибудь разберемся между собой. А ты… ты сам знаешь, о чем я.

Что ж, Конрад, если ты так ставишь вопрос… да, я знаю, о чем ты. Хорошо. Буду играть по твоим правилам. До поры до времени…

Естественно, гравикон нигде не обнаруживается. Ни под столом, ни у кого-либо из присутствующих. Почему-то есть больше никому не хочется. Да мы и так уже почти закончили.

Потом командор высказывает свое решение. Он дает нам три часа на отдых и приведение себя в порядок. После этого мы снова отправимся в шахту. Наверху останутся Акай и Джо: потеря пилота – недопустимая роскошь для нас, а Джо еще не успел оправиться после предыдущего похода. Оружие Конрад возьмет на всех, но получим его мы только тогда, когда по его мнению нам будет угрожать опасность. Я попробовал возмутиться, но был просто-напросто проигнорирован. Ну и ладно. Ведь кроме того импульсника, который командор добыл для меня (и для всех остальных) в качестве снаряжения к экспедиции, у меня есть еще и мой собственный.

Иду по коридору и никак не могу определиться: то ли побродить без какой-либо цели по внутренностям базы, то ли вернуться к себе и ухнуть на три часа в виртуалку. Решение находится само собой, когда по кому меня окликает Дмитрий:

– Макс, ты сейчас не занят?

– Нет. А что? Нашел-таки припрятанный гравикон?

– Да нет… Не мог бы ты подойти ко мне? Поговорить надо бы.

– Уже иду.

С ним, по крайней мере, действительно можно нормально поговорить, в отличие от…

В комнате исследователя мое внимание сразу приковывает изображение, выведенное с компьютера в пространство перед стеной. Это кадр, схваченный встроенной в меня камерой: неподвижная фигура поверженного монстра. Подозреваю, что Дмитрий уже поработал над ним: в темном коридоре пещеры эта тварь выглядела гораздо менее выразительно. Сейчас я могу рассмотреть его получше: коричневое шерстистое тело чуть меньше человеческого, все утыканное острыми иглами длиной с палец. Головы не видно, либо она у него не отделена от туловища. Одна массивная лапа торчит справа, и когти на ней не уступают шипам, разве что потолще. Остальных конечностей не разглядеть – оно скрутилось в клубок, вероятно в силу защитного рефлекса. Скорее всего, Джо оно ранило не намеренно – в таком случае вряд ли он сейчас еще был бы среди нас – а просто поцарапало его своими шипами. Может быть, эта дрянь на самом деле и не настолько уж воинственная, как показалось мне?

– И что же это за помесь медведя с дикобразом?