Валерий Гвоздей - Клуб любителей фантастики, 2013

— Так ведь я не знал ни о существовании никаких правил, ни о штрафах! — закричал Иванов. — Я первый раз перемещаюсь по времени.

— Незнание закона не освобождает от ответственности, — важно заметил на это инспектор.

«Н-да, — подумал Иванов. — Есть фразы, которые надолго переживают своё время».

— А большой штраф-то? — кисло спросил он.

— Надо посчитать, — надул щёки Петров.

— Превышение скоростного режима — раз. Выезд на главную трассу в неположенном время-месте — два. Неостановка по требованию инспектора ДВС — три. Вождение без документов и в нетрезвом виде — четыре и пять. Итого… — тут он слегка задумался, — 15 тысяч условных времяединиц.

Иванов задумался — «Ну пару тысяч у меня дома есть. Кое-что у брата займу…» «Стоп!» — вдруг сам себя остановил он, вспомнив, что не уточнил важную деталь:

— А в рублях можно будет оплатить? «Гаишник» ненадолго задумался, но потом махнул рукой:

— Можно. Только конвертировать придётся. Из какого времени рубли?

— Первая половина двадцать первого века.

Петров достал из кармана какой-то прибор и защёлкал кнопками.

— Это будет… Это будет… Пятнадцать с половиной триллионов рублей, — наконец объявил он. — Перевод можно будет сделать в любом отдалении Сбербанка. Наши реквизиты у них должны быть.

— Что?! Пятнадцать триллионов?! Да у нас бюджет страны меньше! — Иванов не знал точных размеров бюджета родного государства, но был уверен в одном — таких денег ему не сыскать, даже если он ограбит находящийся под его квартирой пункт обмена валюты.

— Что поделать? — пожал плечами Петров. — Инфляция, девальвация, хроноклазмация…

— А может договоримся как-то ещё? — вкрадчиво осведомился Иванов. С непривычки он даже покраснел.

— Уважаемый! — «расцвёл» «гаишник». Сейчас он как никогда стал похож на своих прототипов из времени Сигизмунда Бахтияровича. — Можно… Можно и как-то ещё.

Мысли изобретателя тут же пришли в состояние броуновского движения. Опыта дачи взятки гаишникам у него не было, как не существовало и самого автомобиля. Потому Иванову пришлось задуматься, что же в своём нынешнем положении он может предложить гаишнику-во-времени.

Из затруднительного положения его невольно спас сам Петров, в кожаной куртке которого вдруг что-то запищало. Инспектор наклонил голову к плечу, прижав ухо к воротнику, и замер, вслушиваясь в идущий оттуда звук. Закончив принимать сообщение, милиционер посуровел и недовольно бросил Иванову:

— Повезло тебе, мужик. Не до тебя сейчас, «погранцам» помощь нужна, — и, видя недоуменный взгляд изобретателя, снисходительно пояснил. — У них там нелегальное пересечение границы. Параллельные миры-то совсем рядом отсюда. Вот прямо на нас нарушители и прут, — Петров зацепил свой полосатый жезл за ремень на поясе и двинулся куда-то за спину Сигизмунду Бахтияровичу.

— А что делать мне? — робко осведомился Иванов у уходящего инспектора. Тот приостановился:

— Через пару часов тут всё оцеплено будет на двести лет в обе стороны. Так что, включай пятую сверхвременную и дуй отсюда, пока под облаву не попал.

С этими словами темпогаишник скрылся в тумане, оставив изобретателя и его машину времени одиноко стоящими на трассе ВМ-4000. ТМ

Алексей Лурье

ЭТНОНИМИКА

2'2013

Ещё совсем недавно мы считали, что были единственными разумными существами во Вселенной.

По крайней мере, в нашей галактике уж точно! Но это оказалось глупым заблуждением. Казалось бы, совершенно из ниоткуда появились «чужаки», родная планета которых находилась в соседней звёздной системе. Они были очень похожи на нас: четыре конечности, центральный узел нервной системы находился в вынесенной вперёд головной коробке. Общение у них происходило вербально, а научный уровень вполне соответствовал нашему. Различие было лишь в нюансах. Это было невероятно! Повсеместно в Содружестве Землян стали возникать демонстрации о дружбе рас и прочие мирные действия. Но, к сожалению, они были напрасны. Схожесть между нами проявилась не только во внешности, но и в складе ума, потребностях. Довольно-таки скоро стали поступать донесения о мелких пограничных стычках. А всего через полгода после «знакомства», которое было прохладным и исключало любые дипломатические миссии друг к другу, началась война.

Человечество нещадно боролось с инопланетными захватчиками. В эпоху свободных космических полётов и новых источников энергии оружие массового поражения применялось с особой жестокостью обеими сторонами конфликта. Потери среди мирного населения были ужасающими, но никто не думал останавливаться либо жалеть о проделанном, до тех пор пока больше не осталось резервов.

Враждующие цивилизации остановились у черты полного истребления друг друга. Одновременно в их головах появилась мысль о том, что пора это всё прекратить. Правда, донести идею о мире до врага удалось не сразу, ведь всё время, пока шла напряжённая борьба за выживаемость, дипломатических контактов между расами не было. Тем не менее посылы к перемирию были услышаны, поняты и приняты. Высшие чины людей и «чужих» собрались на самую масштабную мирную конференцию во всей обжитой галактике. Она происходила на нейтральной территории. По иронии это была космическая станция на низкой орбите планеты, с которой начался конфликт. Сейчас на ней не было ничего живого. Всего лишь ещё одна выжженная пустыня. Правительства обоих государств столкнулись с типичными языковыми проблемами, но из-за сжатых сроков дипломатов толком не успели подготовить. Конференция началась с выступления переговорщика «чужих», по некоторым причинам общение происходило на языке землян.

— Я Кса’тур — полномочный представитель Мой’Нбогов прибыл сюда, дабы заключить мир между нами, — медленно и с напряжением сказал дипломат «чужих», было видно, что каждое слово даётся ему с большим трудом.

— Я Декард — полномочный представитель Содружества Людей, рад нашей встрече, — учтиво ответил пожилой человек в строгом военном мундире серого цвета.

По рядам свиты пришельцев пошёл лёгкий шумок, который прекратился после того, как Кса’тур жестом заставил их замолчать. После чего оба дипломата поклонились друг другу и направились к столу переговоров. Дебаты были сложными, но обе стороны хотели прийти к какому-то компромиссному решению. В конце концов, был составлен договор, который предстояло подписать обоим уполномоченным лицам. Первым его стал читать Кса’Тур.