Анна Агнич - Полдень, XXI век, 2013 № 01

— Сама придумала или в книжке прочитала?

— В книжке. «Идиотка» называется.

— Про тебя, значит.

— Книжка хорошая. Поэтому мне лестно. Мы так и будем обмениваться колкостями?

— Извини, привычка. Ты меня раздражаешь.

Она покрутила в руках хрустальный шар и толкнула ко мне. Шар с легким стуком покатился по мраморной черной столешнице. Я поймала. Обжег пальцы.

Синхронно закурили.

— Как Ляля?

— С учетом обстоятельств весьма неплохо. Пытается шутить. Они с отцом не слишком ладили в последнее время. Ссорились.

— Была причина?

— Сложно сказать, — она стряхнула пепел в блюдце с шоколадом. — Олег в последнее время стал совершенно невыносим. Словно подменили. Когда бывал дома — срывался и кричал. В основном, на Ляльку, конечно. На меня — какой смысл? Мы с ним давно стали чужими людьми.

Я промолчала.

Алла внимательно вглядывалась в мое лицо:

— Рада?

— Чему?

— Тоже верно. Мертвого мужика уже не поделишь. А знаешь, почему я его у тебя увела? Что молчишь? Ведь интересно. А, подруга? Интересно тебе? А увела я его только по одной причине. Подумала, если он тебя ТАК любит в том состоянии, в каком ты была, то уж меня будет любить еще крепче.

— Ну и как?

— Ошиблась. И что он в тебе нашел? Ни кожи, ни рожи.

— Что следователь говорит? Убийцу не нашли?

— Сериалов насмотрелась? — Алла прикурила вторую сигарету. Пальцы слегка дрожали. — Не найдут. Дежурные вопросы. Полное равнодушие. Никому ничего не надо.

— А тебе? Можно частного детектива нанять.

— У-у, какие мы умные! И что? Платить «бабки», чтобы в итоге получить нулевой результат. Да и вообще. Какая разница, почему его убили? Убили и все. Не ты с ним жила в последние годы, не ты терпела весь этот кошмар. Он же параноиком стал!

— А в чем это выражалось?

Лялька точно мне не скажет. Алла — другое дело. Ей явно поговорить хочется, а не с кем. Кроме меня, подруг нет. Горькая ирония: бывшая жена мужа — единственная подруга.

— Пил он много. Сидит перед компьютером сутками, пьет и разговаривает сам с собой. Иногда, правда, в свой офис ездил, там какие-то проблемы начались, но его они совершенно не волновали. Я сначала думала — кризис среднего возраста. У каждого мужика бывает, сама знаешь. Ну, закладывать стал, любовницу завел. Ну и что? С кем не бывает? Пройдет и это. Так что поначалу я его даже и не ругала — все, как в журналах советуют. Романтические ужины, поездки вдвоем, чтобы чувства обновить. Нет, я не спорю, он старался. Честно старался. И так это было видно, что тошно становилось. Лежит со мной, а думает совсем о другом. А потом вообще, как с цепи сорвался. Знаешь, он недели за две до смерти стал фильмы смотреть. С бутылкой, как же без нее. Я на днях дивидишки собирала, все фильмы на одну темы. Апокалипсис. В общем, съехал с катушек наш муженек, Кассандра. Может, и хорошо, что так все вышло. Грех, конечно, говорить, но. Еще немного, и я бы его возненавидела. А получается, что и ненавидеть не за что. Все закончилось.

— Может, ему угрожали?

— Да кому он нужен?! Фирма по швам трещит. Продавать надо, мы с Лялей уже все обсудили. На торги выставим. Нам этот бизнес ни к чему, чего не скажешь о деньгах. Завещание огласят, и начнем подготовку. Жалко, что кризис, много денег не выручишь. Раньше, да, был лакомый кусок.

— Ляля хочет продать бизнес отца?!

— А что тебя удивляет? Молодая девушка — ей нужны деньги. Много денег, чтобы успеть вложить свою молодость и внешность с наибольшей выгодой. К тому же, Олег сам виноват. Она каждый год просила устроить ее в отцовскую фирму, чтобы дело изучить до мелочей. А он отказывал.

— Почему?

— Козлов старых наслушался, партнеров своих заграничных. Они своих детей сознательно в бизнес не пускают: сначала нужно сделать карьеру в другой фирме, и только потом — добро пожаловать в папочкину фирму. Иного пути нет. Олег решил, что это мудро, и дал Ляльке от ворот поворот. Мол, нечего за отцовской спиной прятаться. Welcome во взрослую самостоятельную жизнь! Кто возьмет девчонку без опыта и связей? Вот ты мне скажи, кто?!

— А что, разве она особенная? Тысячи выпускников в таком же положении. Каждый год! Мы сами с нуля начинали.

Алла с презрением передразнила:

— «Разве она особенная?» Хороши родители, нечего сказать! Да, тысячи людей в таком же положении, но у них нет богатого отца, который может помочь. Зачем отдавать силы чужой фирме, когда ты их можешь отдать своей?! Вот Лялька и возненавидела все это. И фирму она ненавидит. И продаст с наслаждением. А там, дай бог, разъедемся. Она замуж выйдет, а я наконец-то поживу в свое удовольствие.

— Замуж? За кого?

— Есть один на примете. Полгода уже встречаются. Хороший мальчик. Обеспеченный. Олег, правда, не очень был доволен, но Лялька его не слушала. Лично мне ее выбор нравится. Правильный выбор.

— Она влюблена?

— Собирается замуж. Отговаривать не стану. — Она дернула молнию на сумке, нервничает. — Поговорили, дорогая, и хватит. Время — деньги. Ближе к делу. Я ведь не лясы точить приехала. Собеседник ты так себе.

— Допустим. Что тебе надо?

— У меня письмо. Разбирала бумаги Олега, нашла. Тебе.

Белый конверт. Узкий. Почерк Олега не спутать. «Кассандре».

— Заклеено, — зачем-то добавила Алла.

— Спасибо. Не ожидала. Могла бы и не отдавать.

— Лялька так и предлагала. Но я решила, что должна выполнить волю Олега. Ты возьмешь этот чертов конверт или нет?! — Алла в сердцах бросила письмо на стол. — Как же мне надоела ваша семейка! И зачем я только со всеми вами связалась!

— Последний вопрос. Ты видела его в морге? Это — он?

— Что я, собственного мужа не узнаю?

— Марга сказала, вам с Лялей плохо стало. И опознала — она.

— Марга?! — Алла метнулась ко мне, схватив за грудки, зашипела в лицо: — ПО. КАКОМУ. ПРАВУ. ЭТА. СУЧКА. МОГЛА ЕГО. ОПОЗНАТЬ. КТО. ОНА. ЕМУ. Я ТЕБЯ. СПРАШИВАЮ. КТО. ОНА. ЕМУ.

— Отпусти, пожалуйста.

Алла сразу обмякла.

— Да. Знаю. Он с ней спал. В нашей кровати. Как я в твоей спала. Наказала она меня. Убить не убила, но почву из-под ног выбила. Я ведь была уверена, что Олег только тебе изменяет, а мне не станет. Где ты и где я? А он Маргу привел. Маргу! Думаешь, он ее хотел? Да он тебя хотел все время! А с ней спал только потому, что она с тобой спит! Знаешь, когда он ее трахал? Только если она после тебя была. И мыться ей запрещал. А она смеялась.

Алла теребила на шее жемчужное ожерелье, вот-вот нитка порвется. Вот-вот. Вот и.

Розоватые бусины брызнули в разные стороны и со звонким стуком упали на пол.