Илья Твиров - Вирус зла (СИ)

— И не боишься, что мы тебя сейчас, парень, немножечко помнем тут?

Гагарин горько усмехнулся:

— Было бы вас раза в два побольше, я б еще померился с вами силой, а так — проваливайте по добру по здорову, не мешайте людям честно трудиться и жить.

— Не тебе указывать нам, что делать, — сказал Мирослав, криво улыбаясь. Ребята его компании расступились, придвинулись к Гагарину плотнее.

Виктор вновь криво усмехнулся, и в этот момент его одежда превратилось в туманное облачко, на поверхности которого засверкали голубоватые искорки электрических разрядов. Облачко еще какое-то время посверкало, пожужжало и облекло тело Гагарина, превратившись в форму офицера спецназа. На голове Виктора был надет лихо заломленный черный берет с кокардой украшенной флагом Земной Федерации и гербом центра специального назначения, а на правом нагрудном кармане сияло изображение индитификационного знака, показывающего не только род войск, звание, имя и фамилию бойца, но и занимаемую им должность. ИЗ нельзя было подделать, и его наличие у спецназовца говорило о серьезности этого человека.

Видимо сей факт был прекрасно известен всем членам мужской компании, а статная фигура воина, возможностями уника одетая в офицерскую военно-полевую форму, добавила значимости этой ситуации. Кроме того, уник Гагарина не был просто унифицированным костюмом, возможностями нано-технологий, кибер-технологий и полевой инженерии способный менять форму и превращаться в любую заложенную в него программой форму одежды, а был создан и разработан в военных лабораториях, и умел превращать своего хозяина в практически невидимого призрака.

— Может, все-таки не стоит? — вновь произнес Виктор, явно довольный результатом происходящего. Его грозный вид заставил сбавить обороты членов хулиганской кампании. — Неприятности не нужны ни вам, ни мне, но если вы не остановитесь, то эти самые неприятности у вас появятся прямо здесь.

Вся шайка мужиков, непонятно для чего заскочившая в магазин, во главе с их боссом — чернявым Мирославом — застыла в раздумьях, но связываться с Гагариным передумала — все же о спецназе в народе ходили самые настоящие легенды, многие из которых имели реальную основу.

— Мы тебя еще найдем, супермен, — все же решил бросить свое последнее слово Мирослав, — у тебя будут проблемы, я тебе обещаю.

— С нетерпением буду ждать, дорогой.

Когда бравая компания ретировалась, в магазине установилась гробовая тишина. Обе продавщицы смотрели на Гагарина с широко раскрытыми глазами, в которых застыли самые разные чувства, от элементарного удивления, неверия собственным глазам, до восторга.

— Вам надо было сразу показать им, что вы служите в спецназе, тогда бы они быстрей ушли отсюда.

— Боюсь, тогда бы мое перевоплощение не возымело должного эффекта.

— Ой, — всплеснула первая продавщица руками, — мы ведь даже не представились. Вас как зовут? Меня Ира, а ее — Алла.

— Меня Виктором звать.

— Очень приятно, а вы нам какие-нибудь интересные истории со службы расскажите, — спросила Ира. Гагарин отметил, что девушка, в отличие от ее подруги, не пользовалась красотой искусственного происхождения.

— С радостью, — ответил Виктор, — но в другой раз, сейчас меня дома уже заждались.

Рассказывать о своей службе Виктор не хотел, да и не имел права. Центр специального назначения Главного Управления Специальных и Тревожных Служб — ЦСН ГУСТС — считался подразделением секретным.

Однако приключения на сегодняшний день еще не закончились. Едва он вышел из магазина, не забыв купить за достаточно небольшую сумму сувенир, как сзади в него на бешеной скорости чуть не влетел еще один левап, на сей раз двухместный. Виктора спасло только то, что он всегда был готов ко всякого рода неожиданностям и реагировал на окружающую обстановку не в пример быстрее любого, даже самого тренированного человека.

Ему не составило труда отскочить в сторону, совершить пируэт в воздухе и грациозно приземлиться на ноги. Однако вразумлять неумелых водителей летательной машины (мощной, скоростной — такая не у всех есть!) не пришлось. Едва он поднялся на ноги, стелящейся походкой «подплыл» к остановившемуся в полу метре над поверхностью аппарату, как его кабина сложилась сама в себя, и на землю спрыгнули две девушки.

Обе светленькие, с длинными прямыми волосами до талии, ниспадавшие на их спины золотым водопадом, достаточно высокие, они смотрелись рядом друг с другом даже ни как подружки, а как сестры, хотя таковыми, разумеется, не являлись.

Одна, та, которая, судя по всем, была первым пилотом, глядела на Гагарина, не ставшего к тому же менять свой облик и вновь превращаться в гражданского человека, виноватыми очами, не глазами, а именно очами — большими, глубокими, завораживающими, наверняка ни раз заставлявшими трепетать сердца мужчин в ожидании сладостных встреч и романических моментов.

— Вы… мы… я… ой, прости, я тебя чуть не убила! — произнесла девушка с такой детской наивностью и непосредственностью, что оставалось только умиляться. — Ты не пострадал?

— Нет, — ответил Гагарин, не в силах оторваться от собеседницы, едва только что не разбившей об него свою машину. Красота девушки повергала в шок, заставляла пьянеть, кружила голову, дробила, казавшийся нерушимым, монолит мыслей, и Виктору без преувеличения понадобилось все его самообладание, чтобы не выглядеть в эти минуты дураком или юнцом.

— Прости, я обычно нормально управляюсь с этой техникой, — очаровательная зеленоглазка изящно махнула в сторону покоящегося транспортного средства, — но сегодня что-то расслабилась, залюбовалась просторами, как говорит моя подруга. С тобой точно все в порядке, помощь не нужна.

— Нет, — повторил свой скупой ответ Виктор. Видимо девушки понятия не имели, что такое бойцы спецназа или не обратили вообще внимание на его форму. — Мне не впервой сворачивать с опасного тропы.

— Ты — военный? УСОБ или УСС? — спросила другая, голубоглазая и тоже довольно симпатичная, имея ввиду под второй аббревиатурой Управление спасательной службы.

— Не совсем. Я не разведчик и не пограничник, не слежу за порядком на улицах городов и не являюсь спасателем, и я даже не отношусь к Службе Безопасности Земной Федерации или к управлению Чрезвычайной Научной Комиссией.

— Но если ты не «контрас» и не ЧНК, тогда остается только одно — спецназ, — сказала голубоглазая, разбрасываясь специфическими терминами из жаргона спецслужб.

— А вы, мадемуазель, неплохо осведомлены, — Гагарин не преминул указать на это незнакомке.