Sib - Пилот

И ведь чует она спиною взгляд мой. Спина сразу прямая и походка вдруг эдак, от бедра, характерная такая. И заиграли мышцы, что выше бёдер, заволновались. И выгодно подчеркнулись. Идёт она, каблучками по бетону щёлкает, а я, если скромно выразиться тоже – но едальником. Это самое. Щёлкаю. И чувствую я, как со мной вдруг конфуз начинает происходить. Ёпрст! Вот уж некстати! Ведь четвёртый десяток на половине, а как мальчишка. Ох, стрём-то какой, мои маленькие радиослушатели! Дать бы кое-кому по башке за тупость и несвоевременный энтузиазм, да место больно открытое, неудобное. Совсем неохота мне привлекать к своей персоне внимание странными жестами.

В ангар она зашла, я за нею по стеночке шмыгнул. Тут тень мощная после солнца, так я в неё. А может мне стать в позу "пенальти"? Вдруг и не заметит? Нет. Заметила, точно заметила, снова в кулачок прыснула. Труба – дело! А уж не этого ли она добивалась, походкою своей? А вдруг это провокация? Подозрительно мне, мои маленькие дорогие радиослушатели! Перестала она меня взглядом компроментировать, повернулась, жестом широким указала на стоящий в дальнем уголке аэроплан и прорекламировала:

– Вот этот самолёт! Будете осматривать?

Да уж, вижу! Не слепой, поди! Так, о чем это она? Инспектид? А як же ж!

– Яволь, майне фрау! – Опять, опять она в кулак свой хихикает! Вот ведь вдова смешливая мне какая попалась. Сначала разводит на косячок и ржёт потом втихомолку. Ладно, замнём пока для ясности.

Я, как самолётик разглядел, так даже спинной мозг у меня в нужную сторону заработал. Первое, что в глаза бросилось – шесть иллюминаторов по борту. Не восемь, а шесть.

А ведь не прав, рыжий мент Костас! Я ещё тогда на оговорку его насторожился. Не 208-Б это. А просто 208. И в объяве написано правильно. Караван. И человеков он везёт не четырнадцать, а двенадцать. И значит, движок в ём скорее всего родной, PT6A-114, в котором не шестьсот семдесят пять, а шестьсот кобыл. Помнится мне, 114А ставить после 1990 года стали на 208B. Но и на 208-е тоже случается 114А попадают. А эта птичка 1987 года. Этто надоть посмотреть!

"Первым делом первым делом самолёты" – загундел я себе под нос и обошел птичку вокруг, полюбовался. Всё вроде цело. Дырок в фюзеляже не заметил, вмятин тоже. Крылья есть, пропеллер на месте. Киль торчит, как положено. Почти, как я! А я – торчу! В смысле – пребываю в восхищении и восторге предвкушения полётов.

Госпожа Катерина открыла ключиком правый люк в салон, подняла верхнюю половинку, опустила вниз нижнюю с трапом, слегка пригнулась, и оттопырив попку скользнула в кабину. Вот, гад буду, это специально она. Дражниццо! Ой, что деется!

И следом за ней в самолёт залез. Терпимо. В Аннушке-то салон повыше будет, а тут, как в микроавтобусе "Газель", примерно. Но, терпимо. А интересно салон оформлен. Кресла-то и вовсе не родные. Заводские только пилотские и ещё пара, следующих за пилотскими. Между ними шкафчики какие-то затесались. Остальные сиденья – самоделки откидные-раскладные, к бортам притянуты. Но не так, как в АН-3, по десантному, спинкой к борту, а лицом по ходу. Что-то подобное я в старом медицинском "РАФе" видел. В два ряда, по три штуки в ряд. Итого десять мест вместе с пилотскими. Нет, всё-таки двенадцать. Сзади ещё два, тоже можно развернуть. Когда нужны дополнительные места – отцепляем сидуху от борта, спинку поднимаем, и к борту тягой намертво приворачиваем. Получается жёсткая треугольная конструкция. И удобная. А когда не нужны – по стеночкам их обратно, как вот сейчас они закреплены. И грузи в салон, чего хочешь. Сколько влезет. Или матрасик надувай, и спи себе в уюте. Грузопассажирский вариант. Оно и понятно, раз владелец рыбаком был. Мало ли, вдруг рыбы наловишь. Или там лося завалишь. Не по сиденьям же добычу складировать.

Заглянул сразу из любопытства в хвостовой отсек, за занавеску. Есть такая опция! В наличии. В фирменном исполнении. Как Чкалов говаривал – "С тех пор как на самолётах появился клозет, небо перестало быть стихией сильных". А за унитазом, там маленький переносной японский многотопливный генератор "Honda" примостился, двухкиловатник. Пара парашютов неведомой конструкции. Плот спасательный оранжевый. Под парашютами и плотом ещё какая-то хрень припрятана. Наверное ещё кое-какие бонусы. Всё веселее и веселее становится. Полюбовался я сибаритством этим и в кокпит пошел.

Нет, надо будет за Теодора этого свечку в церкви поставить! Хороший был человек. Глянул я на приборную доску – ай да Теодор! В самом центре фотка госпожи Катерины главенствует. Без вуали. Глаз не отвести. На оригинал пялиться неудобно, так я на фото хоть погляжу. Потом только остальное разглядел.

Чуть ниже и левее тоже знаковая фотография прикреплена… Жираф валяется со сломанной шеей, а чуть далее валяется Сессна-172, с аналогичным крылом. Душераздирающее зрелище. Заставляет задуматься. Ненавязчиво так намекает, что высовываться бывает вредно для здоровья. Глянул я на эту трагедию и Семёныч на ум пришёл, вспомнилось: "Полководец с шеею короткой должен быть в любые времена…".

Помотал головой, наваждение отгоняя, присел в командирское кресло и делом занялся. Под себя господин Фокаиди приборы переделал. С душой. Во первых он втулил в среднюю панель GPS-навигатор, GARMIN – GPS 500W, десять килобаксов такой стоит, шикарно. На место штатного, под авиагоризонтом, установил навигационный дисплей HSI – Sandel SN-3308 Electronic. Дивная вещь, очень информативный прибор. Авиагоризонт – тоже дисплей. И тоже нехилых бабок стоит. Порадовал меня расходомер топлива. Цифровой. Электронный! Красавец! Остаток топлива в целом и по каждому баку по отдельности в килограммах, и также расход топлива в килограммах в час показывает, ну и время до конца веселья подсчитывает. Родной "фуел флоу" тоже на месте, но он невнятный какой-то. Не поскупился гоподин Тео и на многофукционалный метеолокатор. Справа, ближе к панели второго пилота, дисплейчик радара Bendix/King RS-181A. Дальнобойность 350 км. Совсем хорошо. Весомый шанс не вляпаться в грозу. Не всегда над ней проскочить возможно. Иногда и обойти не грех. Или на земле переждать. Картографировать проплывающую под крылом местность тоже можно. Ну, и не стукнуться об кого-нито в воздушной пробке. Тоже помогает.

Высотомер и измеритель скорости близко не родные. В метрах и узлах меряют. Тоже с цировой шкалой. Указатель крена заменён дополнительным АРКом. Он же VOR. А в остальном – стандартная панель для двести восьмых. Пощёлкал я тумблерами. Подключил аккумуляторы, авионику, зашевелились стрелочки. В исходное положение пришли. Полюбовался я на эту красоту и пощёлкал все тумблеры взад. Рано мне винтом размахивать. А жаль.

Повернулся к хозяйке, спрашиваю:

– Миссис Фокаиду, кто может мне рассказать историю этого летательного аппарата? Какие и когда ремонты он проходил, какие с ним неприятности случались, Что на нём меняли, ну, и всё такое? Формуляры мне бы почитать? Дай, а?